— Ну, вот и все. Шабаш. Наконец-то и я могу стать человеком. Настоящим. Если захочу, конечно. Ну, а почему на хотеть? Разве лучше жить по-волчьи? Да, я был вором.
Так все сложилось. Попробовал раз, другой, а потом уже от дружков не уйти, в один узел осе завязалось. Характера не хватило. Тряпка, а не мужик, да… другой бы смог «завязать» сразу, а я вот не сумел и влип на 5 лет. Случайный вор… Ну и ересь! Как это случайный? Все правильно.
И срок дали но заслугам. Да что сейчас вспоминать об этом, все уже в зоне передумано, осмыслено. Вот найти бы хорошую девчонку, чтобы поняла меня. Жениться. Пусть ребятишки будут. С работы приду, лягу на тахту отдыхать, а они на меня навалятся, сказку потребуют рассказать.
Хорошо! Жена на кухне гремит посудой. О какой другой жизни можно еще мечтать? Так должно у меня быть. Так и будет!
Рядом заскрипели тормоза. Из кабины «газика» выглянул шофер, молодой парень, улыбка со весь рот:
— Эй, куда топаешь? Подвезти?
— Подвези. — Николай сплюнул в сторону. — Только куда ехать, не знаю.
Так случайно познакомились два парня, бывший преступник, который ненавидел свою прежнюю воровскую жизнь, и веселый шофер Алексей.
В прошлом году Алексей стал членом добровольной народной дружины. Он был хорошо знаком с начальником отделения милиции капитаном Екибаевым и участковым Кульмагамбетовым.
После ночи, которую Николай провел у своего нового приятеля, они вместе отправились к Хамзе Екибаевичу.
Расспросив обо всем парня, пригласил к себе участкового и попросил, чтобы тот помог Осипову устроиться на работу и получить место в общежитии. На прощание начальник сказал: «Желаю успеха. Если чти вдруг будет не так, или, возможно, кто из «старых» приставать начнет, приходи — поможем».
Осипову понравилось в Михаиловке, на работе относились хорошо, ценили в нем отличного специалиста. Иногда наведывался к нему в гости капитан Кульмагамбетов. Посидит, поговорит о жизни и уйдет.
Николаи понимал, что участковый наблюдает за ним, проверяет, как жизнь он свою строит, но не обижался:
«Нужно, значит, пусть, проверяет». Ему даже нравился старик рассудительный, в душу не лезет по пустякам.
Шло время. Николаи женился, получил квартиру, и прошлое казалось ему теперь кошмарным сном. Будущее не волновало: все устроилось. Порядок. Часто забегал к нему «на огонек» Лешка. Он работал на такси, по-прежнему балагурил с пассажирами и считал себя прирожденным таксистом; поболтать было его слабостью.
Друзья играли в шахматы, смотрели репортажи о футбольных матчах…
Март в Караганде уже и не зимний, но и не весен!1;ш месяц. Дуют пронзительные ветры. Капитан Екибаев, кутаясь в плащ и прикрывая перчаткой лицо от попадающих в глаза колючих льдинок, прибавляет шаг: в девять ноль-ноль оперативное совещание у начальника райотдела. Он любит эти совещания — они проходят четко, главное, оперативно, без лишних слов. Дело есть дело.
У отделения милиции его ждала машина, около которой капитан Кульмагамбетов разговаривал с шофером.
— Что, Кульмагамбетыч, ко мне?
— Да вот, значит, какое дело. Я вчера в райчтделе был, слышал, ориентировка пришла о розыске преступников. Чувствую, что не минует нас это дело. Ой, как чувствую.
— Ну, что же, будем внимательны. Не впервой ведь нам. Верно?
В райотделе после оперативного совещания капитан Екибаев ознакомился с ориентировкой: трое особо опасных преступников совершили ограбление нескольких сберегательных касс в Ташкенте. Возможно их появление в Караганде…
Алексей Сырцов подогнал новенькую «Волгу» к железнодорожному вокзалу. Не успел он рассчитаться с пассажирами, как к нему подошли два парня и попросили подвезти в город.
— Давай, вези не спеша, а мы подумаем.
Парни уселись па заднем сиденье, закурили.
— Ну, трогай, что ли, — сказал парень. — Чего нас разглядываешь? Мы не Магомаевы, а работяги с Якутии.
Золотишко там добываем. Законный отпуск получили — на полгода. Отдыхать будем. Гулять. Эх-ма, — парень, расправив плечи, усмехнулся, — соскучились мы по ци-вя-лиза-ции. Понял?
— Понял, — ответил Алексей, — поехали.
Он тронул машину с места и не заметил, как за ними поехала еще одна машина, в которой сидел человек со шрамом на лбу.
Алексей вел такси на малой скорости, болтал со своими пассажирами, «отводил душу», — как он говорил. Парни ему нравились. Рассказывали о своем житье-бытье на золотых приисках. Хвалились, что заработали много денег и теперь гулять будут «на всю железку». Приглашали и его. Вдруг один из парней сказал:
— Слушай, Леха, ты молоток парень, я тебе зеленую брошу, только устрой нас где-нибудь переночевать. А может быть, у тебя можно?
— Да что вы, я бы с удовольствием, но у меня комнатенка, одному повернуться негде, а вас двое. Просто не знаю, как и быть.
— Может, кто из твоих корешей приютит?
— Да кто же может, — Алексей наморщил лоб, — дайте подумаю. У Володьки нельзя. Яшка в отпуске. Да, вот вспомнил. У Кольки две комнаты. Жена отличная. Только живет он в Михайловке, это не в центре, далековато будет, но место спокойное.
— Далековато, говоришь, — улыбнулся один из парней, — место спокойное? Ну, нам само то, что оно спокойное. Мы шума не любим. Привыкли к тишине. А как говорят: тише едешь — дальше будешь от того места, куда…
— Ну, лады, — перебил второй, — поехали.
Семья Николая Осипова уже собиралась ложиться спать, когда раздался звонок. Жена Николая, Зина, пошла открывать и ввела в комнату Алексея с двумя незнакомыми парнями.
— Вот, Коля, какое дело, — смущенно начал Алексей, — ребята приехали из Якутии, я возил их по городу, а переночевать им негде, они очень просили меня, я я решил привезти их к тебе. Ты, наверное, не откажешь нм, а?
Николай немного подумал, потом обратился к жене:
— Зинок, как ты смотришь на это? Поможем ребятам?
Выручим?
— Ну что ж, в чужом городе…
В это время распахнулась дверь и на пороге появился еще один со шрамом на лбу.
— Что же это вы, дорогие хозяева, — начал он и осекся, во все глаза смотря на Николая, — Колун, ты?
— Меченый! — скорее выдохнул, чем сказал, Николай.
— Ха, вот встреча, ты смотри, — развел руками Меченый. — Ну и ну. Ты что, завязал?
Николай заставил себя улыбнуться и небрежно бросил:
— Что же вы стоите. Располагайтесь. Вот на тахту садитесь. Сейчас сообразим чего-нибудь. Голодны, небось?
— Зина!
Зина стояла, опустив руки, откинув голову назад. Но ее щекам текли слезы. Она хотя и знала о прошлом Николая, но никогда даже предположить не могла, что это может повториться снова.
— Зина, ну что же ты, давай готовь на стол. Да, выпить есть у нас? Нет. Сбегай в магазин. Хотя да, он уже закрыт.
Ну что же. Есть, говорят, какая-то бабка, торгует, по пятерке за бутылку берет. Лешка, знаешь, где она живет?
Алексей стоял и качал головой, но нельзя было понять, то ли он знает, то ли нет.
— Да что вы в самом деле, как мешком из-за угла ударенные, а ну живо за полбанкой! Лешка, у тебя машина.
Найдете. Идите, да быстро. Кому говорю?
Зина с Алексеем пошли к двери.
Зина шла, еле волоча ноги, ничего не слыша и не понимая. Взяла сумку и вышла из комнаты. Хлопнула входная дверь…
— Да, черт. Деньги-то не взяла, вот дура. Сейчас я, ребята, мигом догоню, пока нe уехали.
Николай схватил пиджак, вынул из бокового кармана деньги и бросился на лестницу.
Догнав Лешку и Зину, он зашептал:
— Дуйте к Кульмагамбетычу, скажите, что три преступника у меня, пусть берут ночью, дверь будет открыта.
Все это он не сказал, а выдохнул, повернулся, и обратно в квартиру.
— А ты ничего живешь, — заметил как бы невзначай Меченый. — На заработки обставился али как?
— Ну, на заработки… — с иронией протянул Николай. — Клюем помаленьку.
— Эй, Чехол, — обратился Меченый к одному из парией, — принеси чемодан, я его у входа оставил. Поставь вот в этот угол.