— Что, уже в штаны наложил, Тайный Полицейский? А раньше о чём думал? Когда в Трамене Жезл защищал? Тогда я был готов отблагодарить за помощь. А сейчас…
И с размаху опустил хлыст на спину сгорбившегося парня. Получилось это у него легко и непринуждённо, словно, он каждый день тренировался. Впрочем, наверное, так и было, если судить по следам на спине увиденной мной девушки.
Нэйтас вскрикнул и выгнулся от боли:
— Гэттор, не бей меня! Не надо!
В ответ хлыст свистнул ещё дважды.
Нэйтас упал на колени и молитвенно сложил руки:
— Гэттор! Не бей! Всё для тебя сделаю, не бей только! Прошу! Не убивай меня! Я служить тебе буду! Все твои желания выполнять! Не убивай, молю!
Я смотрела на происходящее, и мне казалось, что мне снится какой-то кошмарный сон. Почему-то я всегда считала, что Нэйтас скорее умрёт, чем покорится откровенному злу. А выяснилось, что страх смерти оказался сильнее его гордости.
Мне хотелось сказать ему что-нибудь презрительное, обозвать трусом и предателем… но я не проронила ни слова. Потому что не знала, как бы я повела себя в такой ситуации. Возможно, тоже бы сломалась и начала просить пощады. Я не была уверена, что смогла бы с гордо поднятой головой переносить побои, а проверять опытным путём не хотелось. И я молчала, закусив губу, и вздрагивая от каждого, доставшегося Нэйтасу, удара.
— Надо же! Такой герой, а боли боишься? — насмешливо спросил Гэттор. — А что ж ты меня убить не пытаешься, не сражаешься со мной? Ведь это — твой долг, не так ли?
— Как я могу? — чуть не плача, произнёс полицейский. — Ты — могучий колдун, ты меня, как комара, прихлопнешь, я и пикнуть не успею. Ты меня один раз уже убил. Мне не понравилось быть мёртвым. Пощади меня, Гэттор! Всё, что хочешь, для тебя сделаю!
Гэттор окинул парня оценивающим взглядом и хмыкнул:
— Рубашку сними.
Не задавая вопросов, Нэйтас поспешно стал расстёгивать пуговицы. Руки у него тряслись, он с трудом выдавливал крупные пуговицы через тесные петли, но отчаянно торопился, боясь вызвать новый приступ гнева у стоящего рядом колдуна. Стянув, наконец, рубашку, отбросил её в сторону и умоляюще посмотрел на Гэттора.
— Ну, вот, — удовлетворённо кивнул тот. — Так лучше будет видно следы от хлыста. Они меня возбуждают.
И с наслаждением хлестнул Нэйтаса по голой спине. На коже сразу вздулся багровый рубец, а Нэйтас, с трудом сдержав крик, чуть не разрыдался:
— Гэттор! Пощади! Ты могучий колдун! Что для тебя такая букашка, как я? Но, когда ты станешь Властелином мира, я тебе пригожусь. Тебе ведь нужен будет управляющий, решающий мелкие вопросы, на которые у тебя не будет времени? Зачем тебе отвлекаться от глобальных проблем мироздания на склоки между лордами?
— Власти захотел? — поджал губы колдун. — Думаешь, я позволю тебе что-то решать?
И хлыст, свистнув, прочертил на спине ещё один рубец. Нэйтас закричал от боли. Слёзы потекли у него по лицу.
— Гэттор! — парень схватил его за руку и стал покрывать ладонь поспешными поцелуями. — Гэттор, не хочешь, не надо. Мне не нужна власть. Но я… я могу… — было видно, что он лихорадочно придумывает, чем же он может ещё оказаться полезным этому могущественному колдуну.
— Что ты можешь, букашка? — презрительно фыркнул Гэттор, отнимая руку и брезгливо вытирая её о брюки.
— Я буду прославлять тебя. Я стихи сочинять умею. Напишу Оду в твою честь. И жизнеописание подробное, чтобы и тысячелетия спустя потомки знали о Великом Правителе Мира, могущественном колдуне Гэтторе Хэйсиосе. Гэттор, я правда могу это сделать. Ты же помнишь, какие я сочинения в Школе писал.
Гэттор задумался:
— Жизнеописание, говоришь?
Отошёл к трону, уселся на мягкое сиденье. Взглянул на глядящего на него преданным собачьим взглядом Нэйтаса:
— Ползи сюда.
И Нэйтас пополз. Торопливо, словно боясь опоздать, не сводя глаз с развалившегося на троне колдуна.
Я опустила голову, не в силах смотреть на эту дикую картину. Нэйтас, которого мы уважали за храбрость, за чувство долга, за честность и порядочность, пресмыкался перед злым колдуном, чтобы вымолить себе жизнь под его властью. Будь моя воля, я бы вообще ушла, чтобы не видеть происходящего. Но, увы, от меня тут ничего не зависело…
Нэйтас, наконец, дополз и остановился перед Гэттором, сев на пятки:
— Я здесь, Гэттор.
— Значит, жить хочешь? — насмешливо спросил колдун.
Нэйтас поспешно закивал.
— Что ж. Дам тебе шанс. По старой дружбе.
— Спасибо, Гэттор, — воскликнул Нэйтас, но тот нахмурился и жёстко ответил:
— Не Гэттор! — Хлыст щёлкнул рядом со вздрогнувшим парнем. — Отныне будешь обращаться ко мне «мой господин». Понял?
— Да, мой господин, — покорно повторил полицейский.
— И делать будешь всё, что я прикажу, не задавая лишних вопросов.
— Буду, мой господин. Всё буду, — поспешно заверил новоявленный слуга.
— Ну, а не угодишь — не обессудь, — с издёвкой развёл руками колдун. — Смерть твоя будет долгой и мучительной.
И вдруг, словно только что вспомнив о моём присутствии, посмотрел на меня долгим, пронизывающим взглядом, заставившим меня поёжиться. Кажется, пришёл мой черёд. Вот сейчас и увидим, имею ли я право осуждать Нэйтаса.
А Гэттор, поудобнее устроившись в кресле, внезапно спросил склонившегося перед ним парня благодушным тоном доброго дедушки:
— Слушай, почему ты до сих пор не женился? Вроде, столько девушек было?
Нэйтас смутился:
— Да ну их. Не складывается у меня с ними. Сначала, вроде, всё хорошо, а как до дела доходит… Я их боюсь… стесняюсь… не получается у меня… А они потом надо мной смеются. А мне их за это просто убить хочется. Придушить. Но приходится улыбаться и чуть ли не прощения просить. Я, если до власти дорвусь…
Он вдруг замолчал.
— Ну, ну, — заинтересованно спросил Гэттор. — И что тогда будет?
— Я их всех отымею, — глухо сказал Нэйтас. — Всех, кто надо мной смеялся. Всем покажу, кто здесь главный.
Я не поверила своим ушам. Скромный парень, краснеющий из-за всякого пустяка, на моих глазах превращался в скрытого маньяка-садиста. Как я могла в нём так ошибаться? Я должна была почувствовать!
— Прекрасное желание, — усмехнулся добрый господин. — Хорошо. Я дам тебе такую возможность. Прямо сейчас.
И скомандовал:
— Встань!
Нэйтас вскочил, как пружиной подброшенный.
— Иди к ней, — Гэттор мотнул головой в мою сторону.
— Да, мой господин, — поспешно выполнил приказ добросовестный слуга.
Оказавшись рядом со мной, оглянулся на Гэттора:
— Что дальше?
— Ты хотел женщину? Бери. Она твоя. Делай с ней, что хочешь, а я посмотрю, на что ты способен.
Я до боли сжала кулаки: неужели Нэйтас воспользуется случаем? Тот Нэйтас, которого я знала… вернее, думала, что знаю… никогда бы этого не сделал. Но этот… трусливый предатель, пресмыкающийся перед подлым колдуном из-за призрачной власти в далёком будущем…
— Ну? — угрожающе выкрикнул Гэттор и щёлкнул плетью. — Целуй её!
Нэйтас поднял голову и посмотрел на меня долгим печальным взглядом, и я, взглянув в его глаза, вдруг, как во время ссоры со Стэнном, ощутила его чувства. Страха у него не было. Была боль от того, что не смог защитить меня, и бесконечная печаль. И я поняла, что сейчас он пойдёт на смерть, чтобы оттянуть время и этим попытаться спасти меня.
Нэйтас кончиками пальцев ласково провёл по моему лицу, а потом наклонился и лёгким, невесомым поцелуем коснулся моих губ.
Я замерла, боясь пошевелиться, чтобы не нарушить хрупкий мостик, пока ещё удерживающий Нэйтаса на этом свете.
А он снова посмотрел мне в глаза, словно прощаясь, и резко повернулся к Гэттору, закрывая меня собой:
— Не хочу.
— Что-о-о? — нехорошо прищурившись, протянул Гэттор. — Ты смеешь мне перечить?
— Я не люблю женщин.
— Да? — усмехнулся колдун. — А кто мне тут только что распинался по этому поводу?
— Я врал, — потупился Нэйтас. — Мне стыдно было.