Машина затормозила. Я отчаянно хлопала по карману Гиги, пытаясь выудить телефон из мятого кармана. Я даже не представляла, как наберу номер и буду говорить, но это лучше, чем лежать как свинья перед забоем.
- Достала? - спросила Гиги.
Машина остановилась.
Гиги захныкала.
- Айрис, что происходит?
- Не знаю, Гиги, - прошептала я, стараясь все еще достать телефон из ее кармана.
- Но с нами все будет в порядке.
Я слышала ее сопение.
- Ты этого не знаешь.
- Нет, но я старшая сестра и эта моя работа - врать.
Багажник распахнулся и над нами навис Джон. Я убрала руку от телефона и попыталась сделать вид, что успокаиваю сестру. Он снисходительно хмыкнул, натягивая обратно повязки на глаза.
- Гадкие, непослушные девчонки. Что вы тут двое задумали? Вы же понимаете, что я все слышу. Мне всегда было любопытно, о чем могут говорить сестры до глубокой ночи. И я буду удерживать вас так долго, пока не узнаю....
Тьфу. Злые, жуткие подростки.
Джон, подхватив нас под локти, вытащил из багажника и поставил на ноги. Он разрезал ленту на наших ногах, а затем взял под руки, так словно сопровождал на вечеринку в саду.
- Ступайте осторожно, мои красавицы, - сказал он, помогая нам идти по длинной, неровной тропинке и напевал веселую мелодию. Он аккуратно толкнул нас на скамейку, холодный металл был непреклонен к нашим неуклюже завязанным за спиной рукам.
Слева я услышала низкое, угрожающее рычание. Гиги рядом буквально вжалась в меня. Я шикнула ей.
- Теперь, вы двое просто сидите и выглядите аппетитно. И без фокусов.
Стало тихо. Я предположила, что Джон ушел. Гул прекратился и в голове снова прояснилось. Нас окружал приятный землистый запах.
Странное чувство зашевелилось на задворках моего разума. Что-то я должна вспомнить. Глициния. Легкий запах цитруса пригородных лилейников. Мульча... нет, гинкго. Кислый "землистый" запах гинкго. Где я была в последний раз, когда ощущала запах гинкго?
- О, сукин ты сын! - закричала Айрис.
Гиги ахнула.
- Айрис, ты только что выругалась.
- И я еще много чего хочу сказать. Сукин сын!
- Это одно и то же, - поправила меня Гиги.
- Глициния, гинкго, лягерстремия. И это называется убийца растений!
- Ты пьяная? - спросила Гиги.
- Его сад переполнен капризными диковинками, - продолжала я. - Он пересаживал Мексиканскую куфею. Ты хоть представляешь, насколько капризна Мексиканская Куфея? Я поражена, что он смог создать условия для нее, чтобы она не погибла. Наши зимы слишком холодные. А лето слишком жаркое. Если почва хоть немного пересохнет...
- Да поняла я, поняла. Ты ботаник-зануда, - сказала Гиги. - А чем ты вообще говоришь?
- Мистер Маршан. Когда я была у него на прошлой неделе, он сказал, что ему не везет с растениями. Он вел себя так, словно ничего не знал о садоводстве. Мне плевать, насколько хороши его садовники, если только они не сидят двадцать четыре часа снаружи со шлангом, потому что без постоянной заботы Мексиканская Куфея умрет. С таким уходом можно вывести огромное количество растений, которые используются, чтобы свести с ума вампиров.
- Что это значит?
- Мистер Маршан тот, кто выращивает все ингредиенты для вампирского яда. Более того, он готовит яд и продает его. И я задолжала огромные извинения мистеру Крауну.
- Круто, ты все поняла, - сказала она. - Что теперь?
- Ничего. Не думаю, что это нам как-то поможет.
- Черт, - заворчала сестра. - Я серьезно думала, что у тебя есть что-то.
- Ну, это показатель того, какой она самородок в мире ботаники. - Справа послышался новый голос. Мы обе подскочили от приятного баритона. Гиги сгорбилась, наклонив голову к моей шее. Холодными руками с наших глаз сняли повязки, и улыбающееся лицо злобного двойника полковника Сандерса появилось перед моими глазами.
Мистер Маршан встретил нас радушно.
- Дамы, спасибо, что заглянула этим вечером ко мне. Я понимаю, что повязки больше не нужны, раз мисс Айрис догадалась обо всем. Ты очень умная.
Мы моргали, до тех пор, пока глаза приспосабливались к темноте в ароматном уединенном месте сада мистера Маршана. Я не видела эту часть сада раньше, тихая маленькая беседка у западной части крыльца. Слева цвела великолепная гортензия.
Фонтан, в виде женщины с кувшином, радостно журчал рядом с небольшим столиком и коваными стульями. Вдоль, весели маленькие красные японские фонарики. Место выглядело бы элегантным и спокойным, не считая заложников и того факта, что к одному из этих кованых стульев был прикован наручниками Кэл, он сидел с кляпом во рту, а перед ним стоял открытый ноутбук.
- Кэл! - закричала я. - Какого черта?
Мистер Маршан радушно улыбнулся, в то время как Джон встал рядом с Гиги и начал играть с локоном ее темных волос. Хотя мистер Маршан и говорил все тем же светским тоном, но все добрейшие манеры представителя Совета, которого я знала, исчезли.
Этот мистер Маршан был холодным, двигался почти как рептилия, а его взгляд метался между его новыми гостями и Кэлом.
- Твой друг, мистер Каликс, оказался самым бесполезным в решении простейшего административного вопроса. Что могло привести к тому, что в его драгоценную кровь попал ослабляющий его яд. Видите ли, некоторые люди могут затаить зло.
Прищурив темные от ненависти глаза, Кэл следил за каждым движением мистера Маршана. Кэл скалился, пока боролся с наручниками. Каждый раз, когда он дергал руками, и наручники касались его кожи, то она чернела и тлела. Серебро. Мистер Маршан пытал его серебром.
Подонок!
Я сама оскалилась. Если я смогу всё это пережить, то мистеру Маршану будет очень больно. И вам лучше поверить, но я собираюсь расторгнуть с ним контракт.
- Вы были очень плохой девочкой, мисс Айрис, - проворчал мистер Маршан. - Никогда бы не подумал, что ты такая талантливая маленькая лгунья. Я ведь и правда поверил, когда ты сказала, что никогда не встречала мистера Каликса. А знаешь ли ты, что я защищал тебя перед остальными членами Совета? Мистер Краун и Софи хотели вызвать тебя на допрос, но я сказал: "О, нет, только не Айрис Скэнлон. Она на редкость верна нам". Как ты вообще смогла обмануть Софи? Она бы так расстроилась, узнай об этом. Софи уверена, что ее никто не сможет обвести вокруг пальца.
Я молчу, уставившись на горшки с геранью, свисающей с крыльца.
- Должен признать, что было глупо с моей стороны поверить, что мистер Каликс уйдет и затаится, как раненое животное. После того, как я взял на себя обязанности мистера Крауна по доставке крови, я заменил кровь в приветственной корзине мистера Каликса на мою особенную, и ты не представляешь, как я расстроился, узнав, что все оказалось впустую.
Он положил мне руку на плечо, этакое дружественное похлопывание от твоего соседа социопата-нежити.
- Джон нашел все документы и диски мистера Каликса в твоем доме. Но, как предусмотрительный человек, твой вампир сделал резервные копии каждого документа и загрузил все это в интернет-хранилище. Можешь ли ты представить, какую юридическую ответственность они несут, если их опубликовать? Это нельзя так оставить. Но, кажется, мы не можем его уговорить дать нам пароль и удалить учетную запись. Поэтому, я подумал, может быть, ты и твоя сестра помогли бы ему стать более сговорчивым.
Он зашел мне за спину и сжал плечо. Его губы оказались прямо у моего уха, а усы щекотали кожу.
- Видишь ли, если он не скажет пароль и не удалит каждый файл, то я вырву глотку твоей младшей сестре. И заставлю тебя смотреть на это. Представь, как он будет мучиться, видя то, как ты страдаешь. А затем, как бы мне не было больно, но я позволю Джону сделать с тобой все те развратные и извращенные вещи, о которых он не переставая твердил с того момента, как встретил тебя. И твой мистер Каликс будет сидеть в первом ряду, и наслаждаться представлением.
Несмотря на то, что каждое его слово превратило мои внутренности в воду, я сохраняла спокойствие. Я сохраняла спокойный, милый, дружелюбный тон, словно мы сидели в саду и ждали, когда нам принесут мятный джулеп и булочки "петит".