Девушка посмотрела на лица, освещенные пламенем костра, а затем на тени вокруг, как будто видела что-то в темноте.
— Я знаю, что вы не захотите прислушаться к тому, о чем я собираюсь говорить. Ваши тела и умы слишком устали, вы слишком ошеломлены ужасами гонений, катаклизмов и последовавших за ними войн, чтобы думать еще об одной битве. Может, стоит вам напомнить, что люди ждали Апокалипсиса более двух тысяч лет? И множество раз говорили о том, что конец света не просто близок, а уже начался?
Прошли времена, когда некоторые авторитетно заявляли о близости конца света. Все они ошибались, введенные в заблуждение самими собой или же Врагом. Что, возможно, одно и то же. Я говорю о том, что Враг может находиться внутри нас; возможно, он не существует реально и не является в принципе личностью, объективно существующей вне нас самих. Вопрос в том, не обмануты ли мы снова? Возможно, это не самообман, как раньше. Может, нас ввели в заблуждение какие-то внешние силы? Пришельцы, использующие в борьбе против Земли оружие, которое сильно превосходит наше? А сейчас всех верующих попросили собраться в так называемом Возлюбленном городе. Но почему? А что, если нам суждено породить грядущие поколения рабов этих неземных существ?
Последовала долгая пауза, которую нарушил крик Анны Силвич:
— Ты вынесла себе приговор, женщина! Ты хочешь внести сомнения в наши сердца, разрушить нашу веру! Ты язычница!
Кельвин поднял руки, призывая к тишине. Это не помогло, и тогда он заорал на Анну, веля ей заткнуться.
— Дана, а у тебя есть какие-нибудь доказательства существования пришельцев? — спросил он, когда шум затих.
— Точно такие же доказательства, которыми вы подтверждаете начало пресловутого тысячелетия, — ответила Дана. — Разница только в интерпретации. Попытайтесь объективно посмотреть на ситуацию и наши теории. И вспомните, что Антихрист обдурил многих, возможно, включая присутствующих здесь, когда объявил себя Христом. Но его разоблачили и предположительно уничтожили навеки. Или, по крайней мере, до финальной битвы, которая произойдет через тысячу лет. Но подумайте: а был ли это сам Сатана, который пытался последний раз сыграть с нами в свою дьявольскую игру? Возможно, пришельцы, которые знали о страстной надежде верующих в наступление тысячелетия, и вызвали начало этого псевдотысячелетия? И…
— И во всем виноват Сатана, использующий пришельцев? — презрительно добавила Анна.
— Все может быть, — ответила Дана Вебстер.
— Минуточку, — вмешался Кельвин. — Во имя всей моей жизни, во имя моей души, я должен сказать. А почему эти пришельцы должны возвращать к жизни умерших? Для чего им это надо?
— А ты видел хоть одного воскресшего? — спросила Дана Вебстер. — Видел их хоть кто-нибудь из вашего отряда? Или, может, кто-то из вас погиб или умер, а затем снова ожил?
— Да, действительно, никто из нас не был воскрешен, — ответил Кельвин. — Но неправда, что никто не видел воскрешенных людей. Я лично разговаривал с человеком, который погиб за веру. Хотя у него был шанс отвергнуть Господа и стать слугой Зверя после того, как он видел, как насиловали, пытали и обезглавили его жену и детей. Но этот человек не отрекся от Господа нашего, за что его живьем зажарили над костром и отрезали голову. Позднее он очнулся на дне разверзшейся могилы, выполз наружу и оказался среди нескольких других людей, возвращенных к жизни. Он не встретил среди воскресших жену и детей, но был уверен, что еще найдет их. У меня нет оснований не доверять этому человеку, поскольку я знаю его с детства.
— Ну и что ты теперь скажешь, Вебстер? — спросила Анна.
— Но ты ведь не видел, как твой знакомый был убит, и не видел, как он воскрес, не так ли? — ответила Вебстер. — Откуда же ты знаешь, что он на самом деле не отрекся от Господа и не стал слугой Зверя? Почему ты решил, что вся эта история о воскрешении — правда и что твой приятель не наврал, чтобы выдать себя за христианина, поскольку оказался среди христиан? На самом деле, кем бы ни был Враг — Сатаной или пришельцем, было бы очень благоразумно с его стороны разослать шпионов, рассказывающих подобные лживые истории с целью ввести христиан в заблуждение.
Кельвину пришлось признать, что у него действительно нет доказательств правдивости истории, услышанной от друга, и то, о чем говорит Вебстер, может оказаться правдой. Но он не думал, что Дана права. В некоторые вещи надо просто верить. С другой стороны, Антихрист обманул очень многих, включая и самого Кельвина.
— Давайте лучше прекратим эту болтовню, — раздраженно махнув рукой, сказал Кельвин. — Мы возьмем тебя с собой в город и, когда доберемся туда — узнаем правду.
— С какой стати мы должны брать ее с собой? — возмутилась Анна. — Отвратительной, гнусной ложью она уже вынесла себе приговор. И зачем нам лишний рот, нам и так есть нечего…
— Анна, — скривился Кельвин, — разве так говорят истинные христиане, любящие ближнего своего?
— Время любить врагов уже давно прошло! — гневно отреагировала Анна. — Наступили новые времена, когда нельзя более с терпимостью относиться к язычникам. А потому мы не можем взять Вебстер с собой, ибо она продолжит рассказывать свои сказки про пришельцев, будет придумывать другие изощренные хитрости и сделает все, чтобы ввести нас в заблуждение. И поскольку нам не у кого спросить, что с ней делать, мы должны все решить сами и выполнить свое решение, каким бы суровым оно ни показалось.
Дана Вебстер слегка вздрогнула. Даже в отблесках костра было заметно, как она побледнела.
— Так, может, вы у него спросите, что делать? — тихо, с дрожью в голосе сказала она, указывая куда-то в темноту мимо Анны.
Нащупывая оружие, сидящие у костра быстро повернулись и увидели высокого человека в белой рясе, с короткими и абсолютно белыми, как свежевыстиранная шерстяная пряжа, волосами. Незнакомец поднял руки высоко над головой, показывая всем, что он безоружен, и улыбнулся, сверкнув неправдоподобно белыми зубами. Глаза его, сиявшие в свете костра, походили более на фосфоресцирующие глаза льва, чем человеческого существа. Да и ни один человек не мог бы незамеченным прокрасться мимо часовых и появиться так неожиданно.
Наверное, тот легкий ветерок, который почувствовал Кельвин перед тем как заговорила Вебстер, возник при появлении этого мужчины… человека… из ниоткуда. Кельвин ощутил, как по спине у него пробежал холодок и волосы встали дыбом. Он был очень напуган, но и очень рад. Наконец-то появился кто-то, кто скажет им, что же происходит и что они должны делать.
Незнакомец медленно опустил руки. Статный, очень опрятный и чистый, пропорционально сложенный, он выглядел совершенной противоположностью грязной, одетой в лохмотья, неряшливой компании, все члены которой были тощими, сплошь покрытыми шрамами и дурно пахли.
Мужчина медленно распахнул рясу, показывая, что под одеждой у него не запрятано оружие, — и присутствующие увидели, что незнакомец не имеет пола. Кельвин понемногу вышел из состояния шока, в которое его ввергло внезапное появление этого человека, и подумал, что его нельзя с уверенностью назвать мужчиной. Черты лица незнакомца были женоподобны, но в общем он все-таки оставлял впечатление скорее мужчины, чем женщины. Поэтому Кельвин продолжал думать об этом человеке в мужском роде.
— Называйте меня Джонс, — заговорил незнакомец. — Я отниму у вас всего несколько минут.
Кельвин узнал этот низкий звучный голос. Это был тот самый голос, который время от времени звучал из динамиков радиоприемников, призывая верующих всего мира отправиться к Возлюбленному городу и рассказывая о том, что их ждет по прибытии на место. Ясно было только одно. Вновь прибывшим жителям города придется еще очень долго и тяжело работать.
— Мы были бы очень благодарны и рады, если бы вы остались с нами подольше… мистер Джонс, — сказал Кельвин. — У нас множество вопросов. К тому же возникла одна безотлагательная проблема.
Продолжая улыбаться, ангел посмотрел на Дану Вебстер.