Арсен Булатович снова схватился за левую сторону грудной клетки – как же его жена, дочь, сыновья? При таком столкновении неизвестно, удастся ли выжить. Неизвестно куда бежать. Безопасного места на земле просто не будет. Как хорошо, что его родители не дожили до этого и не узнают, что их сын будет напрямую задействован в начале всего этого хаоса.
Генерал Попов сегодня чувствовал себя нацистом. Предателем. Убийцей. Убийцей сотен тысяч, а скорее сотен миллионов людей. Он, Арсен Булатович Попов, своими руками. Вот этими вот руками.
Если бы его отец знал, кто вырастет из его сына… Своими бы руками еще в детстве придушил. Арсен Булатович был генералом в третьем поколении и все его предки свято чтили память о погибших на войне. Родственники, знакомые семьи – слишком многие там погибли. Их убивали жестоко, ставили эксперименты, издевались. Те немногие, кто прошел концлагеря и им удалось спастись – навсегда остались “не в себе”. Условия, когда в каждую секунду ты можешь быть убит просто так, без причины. Условия мучений и бесконечного голода, когда ты искренне завидуешь тем, кого расстреляли и кому не пришлось через все это проходить перед неминуемой скорой кончиной.
Ад на земле. А их мучители – дьяволы во плоти.
К чему же может привести Третья мировая – просто страшно представить. Сегодня у многих, кто стоит у руля, напрочь стерлось понятие совести, жалости. Все только и делают, что клянутся в верности Корпорации, ради которой они готовы истязать простых людей хуже, чем в лагерях. Человек эволюционировал. Да, что касается медицины – это очень хорошо. Но вот свою тягу к дележке имущества, территорий, он только усилил. Стал более жестко подходить к этому. Научился манипулировать массами.
– Владимир, покатаемся немного, – приказал генерал водителю.
Что же делать? Идти против Корпорации практически невозможно. На Росина многие работают. Даже его, Попова, могут сместить в три секунды, стоит только Хозяину пожелать. Этот человек с самого приезда в Москву зарекомендовал себя в этом плане. Он не гнушится использовать любые возможности – шантаж, компроматы, избиения, убийства.
Конкурентов Росин убирает со своего пути, как пешки на шахматной доске, все дальше и дальше пробиваясь к своей цели.
Генерал с удовольствием променял бы все это на отставку. Только вот теперь он так легко не отделается. Всех, кто слишком много знает, убирают по приказу Росина вместе с семьями. Не жалеют даже младенцев. Были случаи. И ничего не докажешь. На все преступления тут же находятся виновные, кто пишет чистосердечное и отправляются под суд. И это еще счастье, если тебе дана такая роль. Это еще очень повезло.
– Арсен у нас растет богатырем, – любил повторять его дедушка, когда он был еще совсем маленьким, – защитником! Будет родину защищать!
Им гордилась вся родня. Арсен рос необыкновенно честным мальчиком, всегда соблюдал правила поведения и ловил нарушителей. Именно благодаря этому качеству, он очень быстро поднялся по карьерной лестнице. Ему доверяли жизни.
Генерал вытер платком пот со лба. Это ж надо, на старости лет! Ведь держался же долго, вот тебе на!
Не-е-ет. С этим надо что-то решать. Его отец верил в него! И его дед верил в него. Арсен просто не может их подвести. Он придумает, как исправить ситуацию! Обязательно придумает и спасет Родину!
Подбородок генерала резко поднялся вверх, а в голубых глазах появился блеск. Он спасет мир, во что бы то ни стало, даже, если будет вынужден погибнуть сам!
Глава 38
Я проснулась от запаха горячей еды. Мирослава в комнате не было, я лежала в полном одиночестве. Желудок ныл просто невыносимо. Когда я последний раз нормально ела? Не помню. Что ни день, то приключение, уже не знаю, чего ожидать в следующую секунду.
Я села на постели. Ну, хоть голова уже перестала болеть. Надо найти Мирослава и узнать у него, есть ли новости от Бориса, уж больно долго он молчит. Гай, я надеюсь… что еще не поздно. Господи, да что же это за проклятие такое! И еще вчерашний вечер. Зачем маме и брату понадобилось поить меня снотворным? Что они хотели сделать? Просто так, без серьезной на то причины, они не стали бы так поступать. Ругаться на меня, забыть о существовании – да, в это вполне верю. Но вот так вот перейти в наступление…
Почему они не захотели просто поговорить со мной?
Урчание желудка не позволило мне дольше откладывать свое пробуждение. Вскочив с кровати, я пошла на запах и, естественно, правильно поняла, что идти нужно прямо на кухню.
Мирослав в компании Генриетты накрывали на стол.
– Проснулась? – весело спросил меня Ягудин, наливая в чашку горячий кофе.
– Да, доброе утро. От Бориса есть новости? – спросила я с порога.
– Нет, прости, – отрицательно покачал головой сыщик, – я звонил ему и ночью, и утром. Пока ничего. Нам остается только ждать.
– Анна, садитесь за стол, вам надо поесть, – предложила Генриетта.
– Да, давай позавтракаем, все равно пока некуда спешить, – поддакнул родственнице Ягудин.
– Спасибо, – я вымученно улыбнулась.
На самом деле паршиво себя чувствую, как будто по мне всю ночь танцевало стадо слонов. Что за дрянь мне подлили?
– Вообще-то, раз все равно новостей нет, я бы хотела кое-куда съездить, – осторожно начала я.
– Твою машину Анис уже пригнал, она стоит у подъезда, – опередил меня Мирослав.
– Нет, не о машине я сейчас думаю. И возвращаясь к нашему разговору сегодня ночью, я хотела попросить тебя поехать со мной.
– Конечно. Куда скажешь! – сыщик радостно отреагировал на мое предложение.
– Я хочу съездить к маме.
– Анна, простите, это не мое дело, конечно, – вмешалась Генриетта, – но это просто опасно!
– Не опасно, если она поедет со мной, – возразил Мирослав, – только что ты хочешь от нее? Узнать, почему вчера произошло то, что произошло?
– Да. Я думаю, у них случилось что-то серьезное. И как бы там ни было, должна разобраться в этом.
– Я не одобряю, но сделаю все, как скажешь, – ответил Ягудин, – но, хочу сказать. Ты им ничем не обязана. Они всегда хотели от тебя только денег. Их ты сама или твой сын никогда не интересовали. Даже когда они промотали миллион, пытались связаться с тобой, чтобы получить еще.
– Они пытались со мной связаться? А почему я об этом ничего не знаю?! И откуда об этом знаешь ты?
– Оттуда, что Ростов попросил меня помочь оградить тебя, Аня, от твоей вечно голодной до денег семьи. Не вижу смысла в данной ситуации скрывать эту информацию. После вчерашнего, ты просто обязана об этом узнать, – Мирослав закончил завтракать и сделал большой глоток кофе, – твой брат большую часть средств спустил в карты. Мама и сестра обыкновенно растратили в магазинах и ресторанах.
Я в полном шоке ковыряла вилкой омлет. Вот как… Но, в таком случае, я тем более должна поехать к ним и все разузнать.
– Я все равно поеду туда, – произнесла я вслух.
– Обязательно, но сначала я увижу, что ты поела, – сурово заявил Мирослав.
Я согласно кивнула.
Не видела смысла сопротивляться. В конце концов, силы мне сегодня еще ой как пригодятся. Быстро победив омлет, мне пришлось съесть еще и два тоста с абрикосовым джемом. Заботливая Генриетта настояла. Хорошая девушка, похоже. Надеюсь, мы с ней найдем общий язык. Когда все закончится.
К дому мамы мы с Мирославом приехали только через час. Ягудин пошел вперед, заслоняя меня своей могучей спиной.
Поднявшись на этаж, сыщик обнаружил, что дверь не заперта.