Амори вернулся домой, в свою модную квартиру-студию в старинном и самом творческом квартале Парижа – Маре, в приподнятом настроении. Минуту назад ему позвонили из издательства и сообщили странную новость – вечеринка года, которая должна была произойти в поместье Де Круа, только что была отменена. Взбалмошный миллиардер просто все отменил и уехал с друзьями в неизвестном направлении! Вот это поворот! Новые проявления и изменения в характере Гая де Круа могли быть признаком, ярчайшим, стоит заметить, признаком того, что этот человек не так давно осознал свою настоящую сущность. Теперь бы доказать, что маленький Ален не его сын, и красавец будет абсолютно свободен!
– Смуззи, дорогой, не прыгай на меня, – капризно сказал Лефебвр своему маленькому и часто слишком “живому” псу.
Журналист любил животных, но свои дорогие костюмы он любил больше. А этот маленький вельш-корги все время норовил испортить их. И зачем только они с Энтони купили эту дорогую и бесполезную собаку? Конечно, Тони любит животных, но причем тут Амори? И вообще, чья это квартира?!
– Это ты, любовь моя? – навстречу журналисту из комнаты вышел такой же невысокий, но более полный мужчина.
– Да, я, конечно, – практически огрызнулся вошедший.
– Ты опять отталкиваешь вельша? Он тебя ждет весь день, а ты такой грубый!
– Ничего я не отталкиваю, Тони, прекрати меня вечно во всем обвинять! – неожиданно почти на визг перешел Лефебвр.
– Ты опять? Почему ты кричишь? Что там у тебя на этой работе?! Я так и знал, что ты мне изменяешь! Ты, ты!
Амори отмахнулся от любовника и направился в комнату. Ему нужно было собрать чемодан, больше свою поездку в Россию он не намерен откладывать.
– Это что еще такое? У тебя опять командировка?! – следом за ним в помещение вбежал Ру, держа на руках испуганного маленького пса.
– Да, я лечу в Москву.
– Куда???
– В Москву. У меня очень важное задание.
– А как же я? Ты летишь без меня? Опять?
– Да, Тони, не истери. Мне, в конце концов, это уже надоело. Это моя карьера. Если я добуду этот репортаж, то смогу моментально взлететь на самый верх по служебной лестнице.
– Я не верю тебе! – мужчина сердито топнул ногой.
– Мне все равно. Я не собираюсь упускать свой счастливый шанс из-за твоей глупой ревности, Энтони. Ты взрослый, ты старше меня на пять лет и пора тебе понять, что есть отношения, а есть работа. И их нельзя смешивать.
– Вот именно! Я уверен, что ты отправляешься не один, а со своим любовником, с которым ты встречаешься теми долгими вечерами, когда “как бы уходишь на прогулку”! Я давно тебя в этом подозревал! Признайся, просто признайся мне, наконец! Я уйду. Нет, я пойду и убью его!
– Тони, – Амори задумчиво разглядывал содержимое огромного встроенного в стену шкафа, решая, что еще ему понадобится в этой далекой и, по слухам, холодной стране.
Сложно, у него совсем нет теплых вещей, все исключительно по парижской моде, видимо придется устроить шоппинг перед отъездом, ведь он там планирует пробыть несколько дней. Решив немного отложить сборы, журналист оставил чемодан и направился к кухне, жутко хотелось чего-то спиртного, похоже, Ру намерен ему еще помотать сегодня нервы.
– Что, Тони? Что ты хочешь мне сказать? Амори, прекрати же от меня бегать!
Любовник направился следом за Лефебвром.
– Тони, это задание касается Гая де Круа, – наливая себе бокал сухого красного, устало выдохнул Амори, – его секретарша сегодня сболтнула мне одну сплетню, но прежде ее отдать редактору, я должен все проверить, для этого и лечу в Россию. Думаешь, я сам этому рад?
– Опять Де Круа! О, сколько можно! Ты уже бредишь им! Я все жду, когда вернусь и обнаружу дома стены, оклеенные его портретами. Теперь еще и командировка! Это же дикая, варварская страна! Куда ты летишь? А если тебя там ограбят? Или еще хуже, убьют? Да, он красавчик, но он самый опасный человек. Ты помнишь скандал прошлых лет? Он в России? Горы трупов! О, Амори! Останься дома, ты просто разрываешь мне сердце.
– Тони, я же просил тебя перестать истерить, – сейчас Лефебвру очень хотелось закурить, он просто ненавидел такие скандалы, – его самого там не будет, сплетня касается его жены, я всего лишь опрошу ее знакомых вот и все. Пока Де Круа во Франции, мне ничего не грозит.
– Ты просто… Да ты просто влюблен в него! Признайся!
Амори поставил бокал. Он больше не мог это выносить. Схватив в коридоре куртку и ключи, он хлопнул дверью и вышел на улицу, оставив Тони наедине с его подозрениями.
Нет, надо заканчивать эти отношения, в конце концов у него теперь появилась надежда на… Так зачем же тянуть? Эта стычка заставила Лефебвра по-новому взглянуть на их жизнь. Он уже давно не чувствовал к Ру того, что было раньше. Так стоило ли тянуть и терпеть?
На самом деле, конечно, Амори должен был признать, что у Тони были все основания скандалить, он и видел, и чувствовал, что сожитель уже давно неровно дышит к герою своих статей. От правды не убежишь.
Журналист довольно быстро вышел к набережной Сены в районе Нотр-Дамм-де-Пари. Он знал, что Гай любит здесь находиться, несколько раз Амори даже удавалось увидеть миллиардера с наслаждением гулявшего по вечернему Парижу. И здесь он чувствовал в нем родственную душу. Лефебвр тоже любил Париж, очень любил. Все эти знаменитые на весь мир строения. Лувр, Башня, эти улицы и кварталы. Часто здесь можно было натолкнуться на очень молодых и очень привлекательных творческих людей, у журналиста так завязался не один бурный роман. Собственно и с Энтони он познакомился в одном из джаз баров в Латинском квартале.
Он хорошо помнил тот вечер. Его любимый бар был полон народа, в перерывах между композициями все выходили на улицу покурить. Было как всегда очень тесно, но уютно, все болтали друг с другом и как всегда вечер обещал неожиданные приключения – никто не знал, кто с кем в результате уйдет домой. Да, такой он, Париж. Свободные нравы, именно это Амори здесь очень нравилось. В тот раз его парой стал Тони. И как-то так получилось, что он был первым, кто остался до утра, а на рассвете приготовил Лефебвру горячий завтрак – такого у молодого человека никогда не было, обычно его пассии исчезали сразу после того, как получали удовольствие.
Тони же оказался заботливым. И поначалу не таким требовательным собственником, как сейчас. Журналист даже пустил его к себе жить, в свою идеальную квартиру на седьмом этаже, с видом на башню. Она весьма дорого ему обходилась, но это было частью имиджа, так привлекающего его бесконечных любовников “на одну ночь”. Статус весьма важен, когда живешь в Париже. Квартал, этаж и квадратные метры – все это характеризует тебя, когда ты устраиваешься на работу. Да, конечно, образование и рвение тоже важно, особенно в журналистском деле. И твои возможности спать со всеми – тоже не менее важны. Мир говорит об Америке, но на самом деле, нигде так не становится легко подниматься в должности, как во Франции. Разделить постель с шефом здесь, все равно, что дышать.
К черту Энтони. Его ждет бурный эмоциональный роман с месье Де Круа, ведь нет ничего слаще, чем посвящать в таинство интимного искусства только что признавшего себя гея. Это все равно, что лишить его девственности. И у Амори есть шанс быть первым в этом деле! К черту Энтони!
Глава 13
Как же медленно летит этот самолет. Что там произошло? Абелия ничего толком не объяснила, только то, что приехал Борис с супругой, а Гай уехал с какими-то людьми, которых она никогда прежде не видела и приказал позвонить мне.
В аэропорту я взяла такси и мы Аленом отправились в дом, из которого не так давно должны были уйти навсегда. Всю дорогу плохое предчувствие не давало мне покоя. Гай просто так никогда бы не попросил вызвать меня. Кто эти люди, что увезли его? Что здесь делает Борис? Что там вообще происходит.