― Я нашел резиновые тапки. Какой у тебя размер?
― Седьмой.
― Эти похожи на седьмой, но сложно разобрать в темноте, ― он снял пару со стены и повернулся к ней.
Бронте вытянула руки вперед, Логан кинул ей обувь. Держась за один из стеллажей, Бронте разорвала капроновую полоску, удерживающую тапки вместе и надела их. Слишком большие, но ничего, сойдет, она найдет более подходящий размер, когда у них будет свет. Она прошла дальше по магазину. ― Что нам нужно найти?
― Фонарики, если не будет, тогда зажигалки и сухую ткань, чтобы можно было сделать факелы. Еще воду, еду. И что тебе самой надо. ― Он надел резиновую обувь и ушел за прилавок.
Во что переодеться, подумала она. Она взглянула на плавающую в воде стопку футболок. Она говорила не об этом. Перебирая полки, Бронте нашла футболки в упаковке и схватила все пять. ― Я нашла сухую одежду.
― Отлично, неси ее сюда. Я нашел зажигалки.
Бронте пошла к нему, аккуратно обходя завалы. Он взял одну из футболок, намотал ее на ножку сломанного стула. Затем закрепил ткань шнурком и щелкнул зажигалкой. Логан выругался, когда она не сработала. Он снял кремень, вылив жидкость на ткань, и потянулся за другой зажигалкой. Та сработала с первого раза.
При свете факела она заметила его игривый взгляд. ― Вот теперь мы можем хорошенько друг друга рассмотреть.
В ее животе запорхали бабочки.
Логан был очень красивым. Зайдя в лифт, она успела увидеть его стройную фигуру в дорогом костюме. Тогда она мельком его осмотрела, но уже практически ничего не помнила. Огонь немного подергивался, отбрасывая тень на его лицо, но даже сейчас Бронте могла с уверенностью сказать, Логан ― красавчик. Прямой, идеальный нос, парочка восхитительно пухлых губ, окруженных небольшой щетиной. Волевой подбородок, темные глаза, густые брови. Широкие крепкие плечи. Через не заправленную в брюки промокшую белую футболку просвечивала черная татуировка. Он оставил пиджак где-то между лифтом и магазином, но это не имело значения, ему очень шел этот небрежный вид.
Да, Логан очень привлекателен, и что? Бронте робко улыбнулась и махнула ему рукой. ― Привет. Давно не виделись.
В пламени факела его улыбка выглядела очень таинственной. ― Здравствуй, Бронте.
Она немного вздрогнула от того, как он произнес ее имя. ― Ты мог и раньше меня видеть, было не так уж темно.
― Да, но сейчас я могу увидеть все, ― ответил он, пробегаясь взглядом по ее телу. ― Больше никаких очертаний и догадок.
От его пристального взгляда она почувствовала себя еще более раздетой. Смущенная, она вернулась к магазинным полкам позади нее. ― Я поищу еще что-нибудь нужное.
Они продолжили обшаривать магазин, перебирая все его содержимое. Рядом с окном стоял дорожный холодильник, Бронте начала наполнять его бутылками с водой и газировкой из сломанного автомата. Некоторые бутылки разбились, поэтому она опрокинула одну на себя и облилась липкой жидкостью. ― Чувствую себя мародером.
Логан в это время копался под прилавком. ― А ты итак мародерка и грабишь магазин.
― Ну, спасибо. А у тебя не будет из-за этого неприятностей?
― Бронте, я же управляющий. И я буду за это отвечать.
Она взяла несколько упаковок конфет и бросила в холодильник. ― Как думаешь, когда за нами приедут?
― Я не знаю. Мне еще не приходилось попадать в ураган.
Ей тоже. Бронте кусала губу, глядя на воду в холодильнике. Она посчитала бутылки. Двенадцать здесь и еще двадцать в упаковке. Из еды только сладости. А вдруг этого не хватит? ― А что если они не приедут раньше чем через неделю? Или даже дольше?
Он положил несколько зажигалок на прилавок, развернулся, подбоченился, осматривая стену позади себя. ― Тогда мы очень сблизимся.
По какой-то причине она покраснела от его слов. Эта фраза вызвала в ней непристойные мысли.
Часть ее хотела спасения, как можно раньше, но другая часть надеялась провести, как можно больше времени в обществе этого восхитительного, полуголого мужчины.
В одной из витрин что-то сверкнуло, и Бронте с любопытством пошла посмотреть что именно. В магазине был ювелирный отдел для тех туристов, кому было недостаточно привезти на память открытку или футболку. Выставленные на витрине колье были довольно красивыми, но одно из них привлекло ее внимание больше всего. Оно представляло собой ряды бриллиантов, связанных невидимой нитью. Также рядом лежали и подходящие сережки.
― Красивая вещица, ― прокомментировала Бронте находку, подошедшему к ней Логану.
― Тебе нравится? ― спросил он.
Она улыбнулась. ― А какой женщине не понравится? Оно прекрасно, но, вероятно, стоило бы мне руки и ноги.
― Хочешь, я утащу его для тебя?
Ее испугали его слова, и она быстро замотала головой, отходя подальше от витрины. ― Конечно, нет.
― Почему?
― Логан, не говори глупостей, оно же очень дорогое.
Он фыркнул. ― Бриллианты, скорее всего, поддельные, и оно не стоит этих денег, но я могу взять его, если оно тебе понравилось.
― Нет, у нас будут из-за этого неприятности.
― Бронте, кроме нас тут никого нет. К тому же я… управляющий. ― Он запнулся перед последним словом, словно оно ему было непривычным.
― Логан, оно мне не нужно, ― предупредила она. ― Воровать не хорошо, и не стоит из-за этого рисковать своей работой.
Он засмеялся. ― Они не смогут меня уволить, так что можешь делать все, что угодно.
К великой радости Логан оставил эту тему, и Бронте отошла подальше от ювелирного отдела. Для нее дорогие подарки ассоциировались с враньем и предательством. Эти мысли вызвали у нее воспоминания о ее детстве, долгих командировках отца ― он был торговым представителем, и ее матери, в ожидании его возвращения. Он возвращался через несколько недель, подготавливая извинения и массу подарков для жены и дочери. Ее мечтательная мама была польщена ювелирными украшениями и радовалась возвращению мужа.
Сейчас, будучи взрослой, Бронте понимала, что тогда происходило. Отец уезжал не в командировки, а проводил время с любовницей. Привозимые им подарки были больше извинением, нежели желанием порадовать. Поэтому она еще с детства усвоила - не доверять дорогим подаркам, они могут быть способом скрыть правду или отвлечь от подозрений. И по непонятной причине, ей не хотелось относить Логана к той категории мужчин, к которой относился ее лживый отец.
Они отнесли холодильник с водой, пакеты со сладостями и необходимыми вещами обратно на лестницу, как оказалось, это единственное место, куда еще не добралась вода. Уже на лестничной площадке Бронте села на ступеньку, взяв при этом бутылку воды, и начала жадно пить. Логан сел рядом с ней. Она передала бутылку, держа в руках факел, пока он пил.
Бронте любовалась играющим пламенем. ― Как думаешь, долго он еще будет гореть?
― Не долго, поэтому нам надо найти что-то лучше.
― Нужно обойти весь отель. Мне плохо от мысли, что в других лифтах могли остаться люди, ― она опять кусала губу. Она была уставшей, вымотанной, но застрявшим в лифте могло быть намного хуже, и она не хотела, чтобы кто-нибудь умер, пока она находилась совсем рядом с ними.
Он кивнул, допивая воду.
― Может, проверим верхние этажи?
― Думаю, не стоит, ― сказал ей Логан. ― Ты видела, в каком ужасном состоянии крыша лобби. И мы не знаем, что творится с полами и потолками на других этажах. Давай завтра посмотрим на здание снаружи и тогда уже решим.
― Хорошо, ― согласилась она, затем скривилась, когда ее живот громко заурчал. ― Полагаю, пора съесть немного сладостей.
― Или мы можем пройти на кухню, ― предложил он, ― посмотрим, осталось ли там что-то съедобное, после того, как выключилось электричество.
― Настоящая еда? Я только за, ― она быстро поднялась, чувствуя прилив энергии.
В отеле было две кухни, по одной к каждому ресторану. В одной был сильный запах тухлой рыбы, поэтому они даже не стали туда заходить и решили сразу проверить другой. Второй ресторан чуть меньше пострадал от урагана, чем первый, поэтому можно было поискать продукты. Огромный холодильник был набит маринованным мясом, но оно вероятней всего скоро испортиться. Также здесь был громадный морозильный шкаф, и, открыв его, оба застонали от удовольствия, когда прохладный воздух коснулся их жарких тел.