— Забудь о Джейсене Соло. Оставь его мне.
— Он – та еще работенка. Есть информация, что он приказал своей сестре–близнецу стрелять по гражданскому кораблю, а когда она отказалась, отстранил ее от службы. Какая милая и счастливая семейка эти Соло.
«Ага. Похоже, я знаю, к чему это приведет».
— Что еще? Любые сведения, не важно, насколько банальными они тебе покажутся.
— Он сейчас даже не носит одежду джедая, а разгуливает в черной форме. Его помощник — сын Люка Скайуокера. И это очень расстраивает парней из УБК. Парню всего тринадцать лет.
— Значит, он уже взрослый.
— Для аруэтиизе тринадцатилетний – это еще ребенок.
— Даже для джедая этот Джейсен Соло очень уж любит пользоваться своим могуществом.
— Знаешь, что про него говорят? Те, кто постарше и помнит Империю, заявляют, что он очень напоминает своего деда. Говорят, что он считает себя новым Вейдером.
«Ага». Ворох воспоминаний Фетта о последних сорока годах сложился в цепочку. «Ага».
— Еще что–нибудь?
— Нет, Манд’алор. Я могу еще что–нибудь для тебя сделать?
— Попробуй поискать мандалорца в серой броне и серых кожаных перчатках, который заявляет, что он клон, который сражался на Геонозисе.
Последовала продолжительная пауза. – Я поспрашиваю.
— И не поддавайся искушению отправиться за головой сына Соло. Оставь его в покое.
— Если ты приказываешь.
— Я приказываю.
Фетт сидел на мостике «Раба», бездумно глядя на панель управления, еще долгое время после того, как Бевиин отключил связь. Значит, внутри семьи Соло вражда, а их сын – тот, кто стоит за новой жесткой политикой Альянса. И он считает себя новым Вейдером.
И убивает арестантов, не прикасаясь к ним.
В академии джедаев на Оссусе этому не обучают: Фетт был в этом уверен. Он очень серьезно отнесся к совету отца о том, чтобы узнать, как думают твои враги. Он многое знал о джедаях.
«А еще я немало знаю о ситхах».
Вейдер мастерски умел причинять боль и смерть, даже не пошевелив пальцем. Вообще–то Фетту даже нравился Повелитель Вейдер. Он платил хорошо и в срок. Он никогда не требовал от людей делать того, чего не стал бы делать сам. В каком–то смысле, Фетту его не хватало.
«Я жил во времена, когда галактикой правили ситхи, а также тогда, когда ей управляли джедаи. Я был в прибыли в обоих случаях. В сущности, я вообще не замечал разницы, и галактика продолжала оставаться такой же помойкой. Это не моя проблема. И не проблема мандалорцев».
Значит, Джейсен Соло хочет быть похожим на деда. Возможно, он тоже хочет быть Повелителем–ситхом.
«Возможно, я позволю ему стать им».
Нет лучшего способа отомстить этим самодовольным джедаям, чем позволить им самостоятельно порвать друг друга на куски.
Ему вообще не придется карать семью Соло.
На это потребуется время, однако его это устраивало. Еще одна причина для того, чтобы позаботиться об излечении его болезни. Он хотел быть где–нибудь рядом, чтобы наблюдать за процессом.
«Тысячелетний Сокол», на подходе к запретной зоне Кореллии
Джейсен был бы больше рад лететь один, но со смертью Тракена Сал–Соло больше не было причины держать С–3ПО и ногри отдельно от родителей. Кореллия знала, что Соло вернулись.
— «Тысячелетний Сокол», это военный корабль Альянса «Возрождение». Вы приближаетесь к зоне полного запрета полетов. Измените курс на 90 градусов. Повторяю, ваш курс ведет в зону военной блокады, и если вы не измените направление, мы откроем огонь.
— Боже мой…, — сказал С–3ПО. – Хозяин Джейсен, пожалуйста, поосторожней.
— Успокойся. Я разберусь.
Джейсен переключился на открытый канал. – «Возрождение», это полковник Джейсен Соло, Гвардия Галактического Альянса.
— Радиоответчик определяет ваш корабль, как «Тысячелетний Сокол», зарегистрированный на Кореллии.
— Прошу прощения, «Возрожение». – Он отправил связисту военного корабля шифрованный идентификационный код. – Мне необходимо встретиться кое с кем в пространстве Кореллии. Теперь, когда Сал–Соло нет, они не будут стрелять по «Соколу».
— Нас не предупреждали, полковник.
— Это секретная операция. Соедините меня с вашим командиром, и он предоставит подтверждение.
— Нет необходимости, сэр. Просто идентифицируйте себя, когда будете возвращаться.
— Я вернусь на другом корабле. Не спешите открывать огонь, договорились?
«Возрождение» ему не подчинялось, но это правильно. Они серьезно относились к вопросам безопасности. Джейсен прошел через линию заслона вглубь запретной зоны, внутри которой, отрезанное от контактов как с Кореллией, так и с внешними линиями снабжения, было заключено орбитальное кольцо промышленных комплексов и флотских баз.
Сейчас у тех, кто находился на орбитальных верфях и фабриках, едва ли были поводы для веселья. Обычно гражданские специалисты отрабатывали недельную смену, а затем улетали домой, но сейчас они не могли никуда улететь, а запасы на комплексах не пополнялись. Рано или поздно у них кончатся продукты. Джейсен уже получил сведения, что на орбитальных комплексах введено ограничение потребления воды: по его расчетам, рециркулированная вода покрывала лишь часть их обычных норм потребления.
Когда Джейсен достиг припланетной границы зоны блокады, он переключился на гражданский радиоответчик, став для наземной службы контроля движения еще одним малым кораблем, прорвавшимся через блокаду. Сделать это удавалось многим, просто какого–то серьезного влияния на ситуацию со снабжением в целом они не оказывали, вот и все. Покинув зону блокады, и достигнув оговоренного места встречи, он направился на корму к грузовому отсеку, чтобы проверить мешок с телом Айлин Вел, лежавшую на репульсорных носилках в морозильнике.
Позади него в беспокойстве семенил С–3ПО.
— Позвольте мне, господин Соло.
Джейсен поднял руку в доброжелательном отказе.
— Все в порядке, Трипио. Я справлюсь.
«Что со мной происходит?»
Джейсен размышлял, как случилось, что он из джедая, которым гордился Люк, превратился в человека, способного на убийство заключенных или даже других джедаев. Во время его пятилетних поисков знаний о Силе, что–то его изменило. Джейсен задался вопросом, до какой степени Лумайя откровенна с ним.
К «Соколу» приблизился шаттл его родителей, пристыковавшись к грузовому шлюзу. Первой в дверном проеме шлюза появилась Лея, и, хотя первым ее движением было объятие, оно ощущалось каким–то формальным и холодным, словно она сдерживала себя. Вслед за ней появился отец, выглядевший сломленным, другого слова не подобрать. Обнять сына он даже не попытался.
— Привет. – Хэн смотрел мимо него, на С–3ПО. Обычно он не уделял дроиду столько внимания. – Привет, Трипио. Ногри с вами?
Джейсен предпочел не обратить внимания на такое пренебрежение.
— Привет, мама, привет, папа. — «Что ты обычно говорил в таких случаях?» Он решил сразу перейти к сути. – Да, они в каюте. С вами связалась Джейна?
— Нет.
Вмешалась Лея. — Ты хочешь нам что–то сообщить?
«Значит, Джейна еще не говорила им о военном трибунале».
— Да нет. С ней все в порядке. В боевых операциях она не участвует. – Если она не хотела рассказывать об этом, его это устраивало. – Уверен, что Зекк присматривает за ней.
— Джейсен, ты больше ничего не хочешь нам рассказать? – Лея говорила так, словно он был ребенком, сделавшим что–то ужасное. – Совсем ничего?
— О чем?
Хэн вздохнул и покачал головой: этот жест всегда подсказывал Джейсену, что у него неприятности.
— Сынок, мы забираем у тебя тело. Это должно тебе что–то подсказать.
— Ее наняли вас убить. Ей не удалось. – Джейсен открыл дверь морозильника, и наружу хлынул холодный воздух. Он показал на большую черную сумку, лежавшую на дюрастальных носилках. – Что еще сказать?
Теперь Хэн стоял между ним и матерью. – Мне нужно знать, что произошло. Чтобы сохранить здравый рассудок.
Лея почесала лоб, явно в замешательстве.