- Конечно, живой! Вот он я, из плоти и крови.
Я даже попытался себя ущипнуть. Не вышло, потому как кусок кожи на руке, в который я хотел вцепиться ногтями, на моих глазах почернел и отвалился вместе с мясом, смачно шмякнувшись на пол, и обнажив смутно белеющий лучезапястный сустав.
- Что происходит?! Что это за херня здесь происходит?
Я попытался вскочить, однако ноги меня не послушались, я их вообще не чувствовал, и в этот момент лицо Андропова снова выплыло из тьмы. Только теперь это уже было лицо монстра с растянутым в беззвучном смехе ртом. Посеревший язык из раззявленной пасти вывалился на стол, но Андропов каким-то образом смог разговаривать.
- Что, теперь ты такой же, как и я? Ну и каково это - гнить заживо, чувствовать, что по тебе ползают могильные черви? А знаешь, благодаря кому я оказался на три метра под землей? С чьей подачи я ушел почти на семь лет раньше отпущенного ИМ времени? Ты появился, Губернский, и стал мутить воду, обвинять меня перед товарищами по партии в несуществующих грехах. А те, недолго думая, устроили мне сердечный приступ. Думал, этим все и закончится? Думал, я забуду о тебе? Не-е-ет, дорогой ты мой человек, не получится остаться чистеньким. Я забираю тебя с собой, добро пожаловать в ад!
Сзади Андропова полыхнуло огнем, из которого ко мне тянулись сотни или даже тысячи неимоверно бесконечных в своей длине рук, с такими же отросшими ногтями, как у покойного Председателя КГБ.
- Простите, Юрий Владимирович, но мне там делать нечего. Я, в отличие от некоторых, свою страну не предавал, и всякую мразь наверх не тащил.
- Ты-ы-ы...
Лицо Андропова перекосилось, и в этот момент одна из тянувшихся из пламени рук обхватила его за шею и потянула назад.
- Нет, нет! Я не хочу, - закричал Андропов. - Я проклинаю тебя и весь твой род!
И в этот момент я с криком проснулся.
- Ты чего, кошмар, что ли, приснился? Даньку разбудишь так орать.
Валя включила ночник, пристально вглядываясь в мое лицо, и удрученно качая головой. А я чувствовал, как по мне струями стекает холодный пот пережитого только что ужаса.
- Да, что-то хрень какая-то снится, покойники. К чему бы это...
- Кто-то из родных, знакомых? Кровь была?
- Нет, не родные и не знакомые. Хотя этого человека я знаю... Крови вроде не было.
- Водички принести?
- Не маленький, сам дойду. Спи, я сейчас вернусь.
Выпил на кухне стакан воды из-под крана, посмотрел на часы. Начало пятого, за окном еще царит декабрьская темень. А мне что-то спать больше не хотелось. Прикрыв кухонную дверь, включил работающий от сети кофейник, засыпал в воду молотого кофе, и через несколько минут уже цедил обжигающий, ароматный напиток, подкрашенный ложечкой натуральных сливок.
Невольно вспоминались события, произошедшие со мной и страной в последнее время. Самым шокирующим стал уход Андропова, недаром он мне сегодня приснился. А ведь так и есть, вряд ли он случайно коньки отбросил, наверняка не обошлось без вмешательства людей Машерова, а вернее даже Ивашутина, поднаторевших в деле проведения спецопераций и в частности устранения людей, представляющих угрозу государственной безопасности.
Уже на следующий день по ТВ, радио и в газетах было объявлено, что обязанности Председателя КГБ СССР будет выполнять Семен Кузьмич Цвигун, с которым мы буквально накануне, в день смерти Андропова, общались по поводу продажи альбома моей группы в Англии. Вот эта новость меня действительно порадовала, учитывая, что с Цвигуном у нас установились неплохие отношения. Во всяком случае, мне хотелось в это верить.
Кстати, с его подачи повесть 'Крах операции 'Омега' без очереди вышла в 'Политиздате'. Семен Кузьмич был указан как консультант, которому автор выражает искреннюю благодарность за помощь в создании книги.
'Пираты XX века' тем временем ушли в прокат ГДР, Венгрии и Болгарии, и даже Италия вроде бы вела переговоры о покупке прав на прокат картины. Следом за 'Пиратами...' на экраны страны вышли еще два фильма по моим сценариям - 'Знак беды' и 'Крейсера'. На продукцию 'Беларусьфильма' я серьезной ставки не делал, хотя вполне вероятно, что какую-нибудь фестивальную награду картина получит. Однако в прокате явно она не сильно котировалась, разве что в самой Белоруссии более-менее прошла с успехом. Так там были живы еще многие участники тех событий, понятно, им интересно вспомнить и сравнить то, что было на экране и в жизни. А вот 'Крейсера' с серьезными батальными сценами на море и драматической линией главного героя сразу пришлись зрителю по душе. До 'Марсианина' и 'Пиратов...' фильму, впрочем, дотянуться в плане сборов было трудновато, но результат на старте все равно был показан достойный.
Высоцкий этой осенью вернулся в Москву и готовился к съемкам в картине 'Место встречи изменить нельзя', намеченным на весну следующего года. Через каких-то своих знакомых он узнал мой новый домашний номер, на который и позвонил, а я пригласил его приехать на мою кооперативную квартиру. Сидя на кухне за чашкой чая с медом, он признался, как не хотел покидать гостеприимный хутор, и только настойчивость Говорухина, апеллировавшего к совести актера, склонила чашу весов к тому, что Высоцкий неделю назад решил-таки вернуться к работе в театре и кино. За время, прошедшее после визитам Говорухина, он на хуторе наизусть выучил сценарий фильма. Заодно Володя поинтересовался прогнозами на будущее.
- Тебе по общемировым событиям, или только касающимся лично тебя?
- Ну, ядерной войны не ожидается?
- Вроде бы нет. Разве что 1 января под Бомбеем Боинг упадет, погибнут более 200 человек, а 20 февраля Брежневу вручат 'Орден Победы'. Ну это так, навскидку, может быть, и еще что-то случится, но только эти даты проявились у меня в голове. Что же касается твоего будущего, то ничего плохого в течение следующего года с тобой произойти не должно. К тому же дата смерти, которую я называл в прошлый раз, уже не так ясна, понемногу стирается. Видно, ты всерьез отнесся к идее как следует взяться за свое здоровье. Курить не бросил? Уже меньше дымишь? Постарайся отказаться совсем и найти время записаться в бассейн. Мы вот всей семьей как раз планируем пройти медосмотр, без медкарточки в бассейн не пускают.
- Я как-то больше баню люблю.
- Одно другому не помеха. Да и баня бане рознь. Можно попариться с пивком, а лучше с квасом, а можно из бани вернуться домой в невменяемом состоянии.
- Хорошо, но боюсь, что свободного времени будет все меньше и меньше. В театре вон Любимов вставил было мне пистон, а теперь снова вводит в спектакли. Да и с концертами зовут выступать.
- Пойми, всех денег не заработаешь. Жизнь дается один раз. Я вон тоже кручусь как белка в колесе, однако вечером еду домой, к жене и сыну, а не на квартиру к очередным друзьям, посидеть с гитарой под водочку с закусочкой. Как там, кстати, Марина?
- Опять в Париже. Вчера созванивались, обещает скоро прилететь. Говорит, обиделась сильно, когда я, даже не попрощавшись, спрятался в Белоруссии. Но сейчас вроде отошла.
1 декабря случился мой первый учебный день на 'Высших двухгодичным курсах сценаристов и режиссеров'.
- О, это же сам Губернский! Теперь и за режиссуру взялся?!
Такими словами меня встретил молодой грузинский режиссер Михаил Чиаурели, оказавшийся моим сокурсником. Веселый, компанейский парень, предложивший после занятий отметить первый учебный день с литровой бутылью отличного грузинского вина домашнего производства.
С учебой на все остальное времени стало оставаться куда меньше. Хорошо, что я догадался подцепить к моим рокерам Ованеса Мелик-Пашаева. Пронырливый администратор уже отправился с коллективом в турне по Западной Украине. У него там, как оказалось, жил какой-то армянский родственник, бывший на короткой ноге с руководством министерства культуры, вот он и договорился насчет гастролей. В СССР бандеровцы если и имелись, то хорошо шифровались, так что концерты проходили с аншлагами. Кроль и Мелик-Пашаев мне отзванивались из каждого города, радуя своими бодрыми отчетами мою мятущуюся душу.