— Пожалуйста, Макс, — прошептала я, уткнувшись в его кожу. — Ты мне нужен. Я хочу тебя как никогда, и я очень тоскую по тебе. Боже, мне так тебя не хватает.
Он отстранился.
— Малышка…
— Я люблю тебя, Макс. Прости меня, пожалуйста. Мне очень жаль, что я предала тебя. Прости, что разочаровала. Мне очень жаль, что я не выполнила обещание быть хорошей женой. Прости, что позволила тебе страдать в одиночку…
Он не дал мне продолжить, повернувшись и прильнув к моим мокрым от слез губам. Он целовал меня медленно, нежно и ласково, словно я была сделана из тончайшего фарфора. Все это было очень приятно, но не хотела, чтобы он обращался со мной так, как будто я могу разбиться на осколки. Я хотела, чтобы он выплеснул на меня весь свой многолетний голод.
— Не нужно нежности, Макс, — прошептала я, когда он подвинулся ко мне. — Я не рассыплюсь, и мне не будет больно. Я хочу увидеть все эмоции, что ты так долго сдерживал.
— Просто ты сейчас страдаешь, Колокольчик.
— Так избавь меня от этого.
Я опустила руку еще ниже и взяла его член, делая уверенные поступательные движения. Он застонал и убрал мою руку, положив ее себе на грудь. Я почувствовала биение его сердца.
— Я не буду заниматься жестким сексом, Ана, — хрипло сказал он. — Я возьму тебя, но не так.
— Пожалуйста, — умоляла я, хватая его за руки. — Прошу, дай мне то, что я хочу.
— Ты не хочешь этого.
— Я действительно хочу этого!
Он недовольно вздохнул, и разочарование взяло надо мной верх. Я не хотела, чтобы он был нежным. Он обращался со мной так, как будто я сама не знаю, чего хочу. Я четыре года была вдали от мужа. Тот короткий секс на парковке не в счет. Я хотела его прямо здесь и сейчас, мне нужно было всеми фибрами ощутить его внутри себя.
— Если ты не трахнешь меня, Макс, — прошипела я, скользя своим телом по нижней части его живота, — тогда я сама тебя трахну.
Я положила руки ему на плечи и столкнула его вниз, чтобы он лег на спину. Он изумленно уставился на меня, находясь в некотором шоке. Но он не стал меня останавливать, когда я забралась на него сверху. Я взяла его за лицо и жадно поцеловала, сплетая язык с его языком и, запоминая его на вкус. Я стремительно сбросила с себя одежду. Мне не нужны были прелюдии, я просто чертовски его хотела. Он уже успел скинуть остатки одежды, поэтому я, не теряя времени, обхватила его пенис руками и плавно опустилась на него сверху.
— Черт, — выдохнул он.
— Да, — промолвила я, тяжело дыша.
Внутри меня все растягивалось и горело, но я была как в раю. Черт возьми, я была просто на небесах, наполняясь им! Почувствовав его достаточно глубоко, я начала двигаться. Сначала медленно, дав себе возможность снова привыкнуть к его размерам, затем все сильнее и сильнее. Я просто неистово брала его, это было на грани сумасшествия. Чем активнее я двигалась, тем больше я забывала весь ужас прошедших недель. По всей комнате раздавались мои стоны и шлепки от наших тел, но я не могла остановиться. Я не хотела останавливаться!
— Боже, Белла, хватит! — застонал он, хватая меня за бедра и пытаясь притормозить меня.
— Нет! — закричала я, двигаясь все сильнее и быстрее. — Нет, Макс. Мне нужно забыть. Дай мне все забыть!
— Черт.
Я чувствовала, как он становился все тверже внутри меня, и я знала, что ему тоже хорошо. Да, я была просто уверена в этом. Увеличив скорость, я оседлала его словно дикая амазонка.
— Нет. Прекрати.
Я не успела ничего понять, как он уже поднял меня и положил рядом с собой. Он перевернулся и оказался сверху, взяв меня за руки, сцепив их над моей головой.
— Ты не будешь избавляться от страданий таким способом. Если ты хочешь меня, Колокольчик, я возьму тебя, но так, как посчитаю нужным.
Он раздвинул мои ноги, и я уже не могла сопротивляться, задыхаясь от желания. В голове все закружилось, и я совсем не понимала, в какой позе нахожусь.
Макс опустил руку и проверил пальцами, насколько я влажная. Убедившись, он медленно начал входить в меня, на этот раз нежно и осторожно. Это было просто великолепно, и я закрыла глаза от удовольствия.
— Спокойно, — слова давались ему с большим трудом. Прочувствуй меня полностью.
— Пожалуйста, — просила я, хватая его за руки. — Макс, пожалуйста!
— Нет, я буду делать это медленно, детка. Смирись.
— Я просто, - всхлипнула я, - Я просто хочу, чтобы мои страдания закончились.
Он взял мое лицо в свои ладони и прижался лбом к моему лбу. Этот жест всегда наполнял мою душу теплой волной. Это то, что мне было так нужно.
— Все закончится, я обещаю.
— Но без тебя ничего не закончится, Макс.
— Тише....
Он поцеловал меня в губы, и я прильнула к нему, обхватывая ногами, прижимая его еще ближе к себе, желая почувствовать каждую его клеточку. Он очень страстно поцеловал меня, затем начал плавно делать толчки. Я наслаждалась его мощью и напряжением между моих ног. Я хотела его полностью и сколько бы я не старалась, не могла насытиться.
Ощущать его внутри себя – это не просто утешение, которое я так отчаянно искала, это неземное удовольствие. Чем дольше он двигался, покачивая бедрами, тем ближе была ошеломительная развязка. Я дала волю рукам и трогала все его тело, я дала волю губам – и впивалась в его губы, я дала волю своему мужу – сделать то, о чем, я уверена, мы оба мечтали все эти годы.
— Макс, — прошептала я, уткнувшись в его шею. — Сейчас все закончится.
— Не сдерживайся, Колокольчик. Отдай все мне.
Я привстала, уткнувшись в его грудь затвердевшими сосками. Он издал возглас наслаждения и начал двигаться еще быстрее, пока я не достигла кульминации, вздрагивая в его руках. Я выкрикивала его имя и сжимала бедра, чтобы быть как можно ближе Он застонал, и его тело тоже вздрогнуло, и, наконец, замерло. Он прижался ко мне лбом, и я мечтала, чтобы это не заканчивалось.
Он осторожно слез с меня и включил светильник. Я зажмурилась и села, пытаясь привести в порядок свои эмоции. Макс потянулся к стулу, который стоял возле кровати, и снял с него полотенце. Обтерев себя, он передал его мне. Я взяла полотенце и постаралась тщательно вытереться, затем посмотрела на Макса, который сидел на краю кровати. Его статное тело было полностью обнаженным. Боже, он прекрасен. Я даже забыла насколько.
— Имоджен просто чудесный ребенок, Колокольчик, — сказал он, глядя прямо перед собой. – Она так много смешила меня, что теперь у меня лицо сводит.
Моя улыбка дрогнула.
— Да, она такая, — хрипло сказала я.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Я не хочу снова ее потерять.
Он не хочет ее потерять! Мое сердце вздрогнуло от счастья. Но ведь он ничего не говорил мне об этом, мое сердце пылало. Я рассматривала свои руки, не зная, что ответить. Я не хотела производить впечатления голодной или доведенной до отчаяния женщины. Я хотела, чтобы он знал, что я люблю его, и я не хочу снова потерять, что я все понимаю. Но мы принесли друг другу страдания, и я не уверена, что кто-то из нас имеет представление, куда двигаться дальше с этой мертвой точки.
— Я не собираюсь отнимать ее у тебя, — наконец сказала я. — Я обещаю. К тому же, мне здесь нравится, и я планирую остаться и устроить ее жизнь.
Он повернулся и пристально посмотрел мне в глаза.
— Ты собираешься остаться в городе?
— Ты - ее отец, Макс. Я ведь не настолько ужасный человек.
В его глазах отразилась боль, и он снова отвернулся, уставившись в одну точку.
— Ты действительно так считаешь?
Я прищурилась.
— Ты о чем?
— До этого ты сказала, что все еще любишь меня. Ты именно это имела в виду?
Мое сердце забилось быстрее.
— Конечно, именно это я и имела в виду, - сказала я слабым и болезненным голосом. – Как ты мог подумать, что я разлюбила тебя, Макс?
Он вздрогнул.
— Ты оставила меня на пять лет.
— Я ушла, потому что была беременна и очень страдала. Но не потому, что разлюбила.
Он ничего не ответил, а лишь смотрел прямо перед собой, как будто я вовсе ничего не сказала.