В мое время в здании с фонтаном располагались дорогие бутики, сейчас, понятное дело, все смотрелось не так пышно и пафосно. Ассортимент продукции мог удивить разве что провинциала, привыкшего ходить весной-осенью в резиновых сапогах и телогрейке. Но, с другой стороны, цены оказались вполне демократическими, доступными рядовому советскому гражданину.
Мое внимание привлекла небольшая очередь в отделе парфюмерии. Подошел, поинтересовался, что дают. Оказалось — духи «Красная Москва». Пустой флакон таких духов в красно-белой коробке стоял у Валентины дома на видном месте. Наверное, в Пензе этот аромат приобрести не так легко. Здесь духи стоили 5 рублей. Я прикинул оставшуюся наличность, и решил все-таки встать в очередь, а через несколько минут стал счастливым обладателем коробочки парфюма. Да, подарок Вале я сделаю за ее же счет, но вряд ли она меня за это отчитает. А все потраченные на меня деньги я рано или поздно ей верну, и лучше раньше, чем позже.
К вечеру подтянулся на Казанский вокзал. Перекусил в привокзальном кафе, а тут уже и посадку на поезд объявили.
— Ну как?
Это было первое, что произнесла Валя, когда утром среды 14 мая встретила меня на пороге квартиры.
— Все согласно сценарию, — улыбнулся я и торжественно вручил коробку «Красной Москвы».
Глаза Валентины округлились, она ахнула, чмокнула меня в щеку, вырвала из рук духи, распаковала и тут же нанесла несколько капель на шею и запястья. От нее так волнующе запахло, что захотелось уложить ее в постель и накинуться аки коршун. Но Валя охладила мой пыл, сказала, чтобы все ласки я приберег на вечер, а сейчас она опаздывает на работу. А мне желательно ополоснуться с дороги, переодеться в чистое, и дожидаться ее возвращения. Суп в холодильнике, там же вчерашние макароны с уже отваренной сарделькой. Второй комплект ключей от квартиры на книжной полке, это если мне приспичит куда-то прогуляться. Ну что ж, спасибо за доверие!
Оставшись один, я решил последовать совету возлюбленной и принял душ, благо очереди в ванную не наблюдалось. Выйдя на общую кухню, услышал из-за двери Акжигитовых подозрительный стрекот. Что-то он мне напоминал. Вечером поинтересовался у Валентины насчет необычного звука.
— А, это… Ну это же Айгуль на швейной машинке строчит. Я тебе не говорила, что она еще и заказы на дом берет? Просит немного, я, бывает, и сама у нее что-нибудь прошу прострочить.
— Ну то есть одежду она шить может?
— Почему нет? А что это тебя так заинтересовало? Хочешь заказать у нее что-нибудь?
Решившись, рассказал Вале о своей идее с пошивом джинсов. Та заинтересовалась.
— Заманчивая идея. Ткань и фурнитура твои, Айгуль получает только за работу, правильно?
— Ага. Почем у вас тут джинсы реализуются?
— В магазинах одежды ничего не найдешь, это или в Ухтинке на барахолке смотреть надо, или вообще в Москве искать. Я своей Ленке в Москве брала за 120 рублей.
— Ого, это ж целая зарплата инженера!
— А ты думал!
— Ну вот, смотри, пусть даже мы по сотне толкать будем. А еще я знаю способ, как сделать джинсы на вид словно вареными. Это за границей последний писк моды, а мы станем в Союзе первопроходцами. Такие можно и по 120, и даже по 150 толкать, если импортный лейбл приляпать.
Валя только покачала головой, ехидно улыбаясь.
— А ты подумал, как и кому все это продавать будешь?
— Ну мы же не массовое производство наладим, штучное. По знакомым джинсы только так разойдутся. У тебя в торговой сфере много знакомых? Ну вот, видишь, а у торгашей чтобы да деньжата не водились… Пардон, я не тебя имел в виду.
— Да ладно, я уж привыкла, про нас, работников торговли, только и говорят, что мы ворюги и подпольные миллионеры. В общем, план ясный, я поговорю с Айгуль, согласится она или нет. Насчет ткани и фурнитуры тогда подумаем. А сейчас давай доедай ужин и пойдем смотреть программу «Время». Узнаем, что в стране и мире происходит.
— Слушай, тебя это и вправду интересует?
— А что ты хочешь предложить?
Я недвусмысленно поиграл бровями, хитро улыбнулся, и в ответ получил ослепительную улыбку Валентины:
— Ну и кот ты, Сергей!
После чего плавно придвинулась и принялась медленно расстегивать на мне рубашку…
А через пару часов, уже готовый уснуть под теплым бочком моей красавицы, я как бы невзначай рассказал, как занес в редакцию «Работницы» стихотворение за ее подписью.
— А что за стихотворение?.. И почему меня указал автором? Это же ведь твои стихи!
— Ну, во-первых, это всего лишь маленькая благодарность за то, что ты меня приютила. И не вздумай сопротивляться! Все равно я больше прославлюсь со своими книгами, — тут я шутливо ущипнул Валю за попу, отчего так же шутливо получил в ответ игривый шлепок по шаловливой руке. — А во-вторых, слушай давай стихотворение, и не говори, что не слышала.
После чего, добавив в голос пафоса и едва сдерживаясь, чтобы не перейти на песенный жанр, я продекламировал «Миллион алых роз» со своей правкой в первом куплете. Валя призналась, что история очень грустная, и в то же время светлая, и она так здорово никогда бы не написала. На что я ответил, мол, кто знает, какие в тебе дремлют таланты, и еще немного поболтав, мы провалились в объятия Морфея.
Глава 10
Пообщаться с Айгуль насчет возможности подкалымить собиралась сама Валя. Но так получилось, что первым разговор на эту тему завел я, правда, не с нашей потенциальной швеей, а с ее мужем. Да, по большому счету, начал Ринат, когда следующим утром увидел меня на кухне в моих джинсах из будущего.
— Слушай, а где ты такие штаны отхватил? Дорого обошлись? И что это за фирма Диесел?
— «Diesel»? Да из Китая наверное, оттуда все подделки к нам везут, — ляпнул я, не сообразив, что в это время из Поднебесной поток контрафакта, наверное, еще не так силен, как в 21 веке.
Тут я и подумал, что если мы договоримся с Айгуль, то Ринат все равно узнает про наш маленький бизнес. И вполне может наложить вето, если ему что-то не понравится. Да и Айгуль, как верная татарская жена, обязана будет посоветоваться с супругом. Почему бы не заинтересовать Рината, пока он на волне, так сказать, популизма?
— Слушай, у меня к тебе деловое предложение, — понижаю голос, и Ринат непроизвольно приближается, обдавая меня запахом лука. — Сейчас ведь даже самопальные джинсы дешевле 100 рублей не найдешь, правильно?
Собеседник кивает и внимательно слушает дальше.
— Вот я и думаю, может, взяться за пошив таких штанишек? Себестоимость… Ну, цифры я пока не узнавал, но вряд ли выше тридцатки. То есть навар приличный, в месяц можно клепать с десяток штанов. А твоя Айгуль вроде на машинке строчит, наверняка и с джинсами справилась бы. Ну как, заинтересовало тебя такое предложение?
Надеюсь, Ринат не победит меня сразу закладывать в соответствующие органы. Что-то я еще не встречал на своем жизненном пути татар, предпочитавших личной выгоде служение партии и отечеству. И в этот раз в своих расчетах не ошибся.
— Это да, жена на все руки у меня мастер, что угодно сшить может. И джинсы как-то знакомым шила, те и материал приносили, и выкройки. Но какая наша выгода?
— Ну если я покупаю ткань и фурнитуру, занимаюсь реализацией, а с вас только работа — то предлагаю 30 процентов с продажной стоимости.
Ринат яростно скребет сначала щетину, затем затылок. Смотрит куда-то в окно, мимо меня. Я словно слышу, как в его голове крутится барабан арифмометра. Наконец, взвесив все «за» и «против», решительно рубит воздух ладонью:
— В общем, я не против. Якши. Как скоро планируешь начать?
— Да пока все еще в стадии обсуждения. Нужно найти поставщика расходных материалов. Ну и выкройки разные, а то что ж, по одному лекалу строгать?
Ринат со мной согласился и отправился к себе в комнату общаться с Айгуль. А я вечером поведал Валентине о заключенном с Акжигитовыми устном договоре. Та тут же отправилась к соседям, чтобы лично разъяснить диспозицию. Вернулась через 15 минут, вполне себе довольная.