Прежде чем Тэм успел раскрыть рот, Кроу со смехом произнес:
— Не думаю, что владельцы дома ожидали обнаружить такое в своем новом бассейне.
Маура посмотрела на облепленные землей череп и грудную клетку, частично прикрытые синим пластиком. Один взгляд на череп сказал ей, что кости были человеческими.
Она надела перчатки.
— Что тут приключилось?
— Собирались строить новый плавательный бассейн. Владельцы купили дом три года назад и наняли фирму «Строительство Лоренцо» выкопать яму под бассейн. Они вырыли два фута и наткнулись на это. Водитель экскаватора приподнял пластик, испугался и позвонил в 911. К счастью, не похоже, что он сильно повредил его ковшом.
Маура не увидела ни одежды, ни драгоценностей, но ей было необходимо определить пол покойного. Нагнувшись, она изучила тонкие надбровные дуги черепа. Она откинула пластик, обнажив таз с широкими подвздошными костями. Один беглый взгляд на бедренную кость сообщил ей, что покойный был невысокого роста, не более пяти футов трех дюймов.[65]
— Она давно здесь лежит, — сказал Тэм. Ему не потребовалась помощь Мауры, чтобы понять, что останки принадлежат женщине.
— Полностью скелетирована. Позвоночник больше не сочленен, — сообщила Маура. — Соединительные ткани уже распались.
— Это значит месяцы? Годы? — спросил Кроу.
— Да.
Кроу крякнул от нетерпения.
— Вы не можете сказать точнее?
— Однажды я видела полностью скелетированный труп всего трехмесячной давности в неглубокой могиле, поэтому я не могу дать более конкретного ответа. Моя приблизительная оценка посмертного интервала составляет минимум шесть месяцев. Тот факт, что жертва обнажена, а могила довольно неглубокая, мог ускорить распад, но она была достаточно глубокой для того, чтобы защитить покойную от трупоядных насекомых.
Словно в ответ раздалось громкое карканье над головой. Она посмотрела вверх и увидела трех ворон, сидящих на ветвях и наблюдающих за ними. Она видела, что эти птицы могут сделать с человеческим телом, как эти клювы могут разрывать связки и вырывать глаза из орбит. Вороны в унисон сорвались с ветвей, захлопав остроконечными крыльями.
— Жутковатые птицы. Похожи на маленьких стервятников, — заметил Тэм, наблюдая за тем, как они улетают прочь.
— И невероятно умные. Если бы они только могли с нами поговорить. — Она посмотрела на него. — Что насчет этого дома?
— На протяжении сорока лет принадлежал какой-то пожилой даме. Пятнадцать лет назад она умерла, дом перешел по завещанию к наследникам и постепенно приходил в упадок. Время от времени его арендовали, но большую часть времени он пустовал. До тех пор, пока эта пара не купила его около трех лет назад.
Маура оглядела периметр.
— Забора нет. И участок простирается до самого леса.
— Да, он упирается в парк Стоуни-Брук. Сюда легко мог проникнуть любой, кто искал, где похоронить тело.
— А что насчет нынешних владельцев?
— Милая молодая пара. Они постепенно приводили дом в порядок, отремонтировали ванную и кухню. В этом году решили заняться бассейном. Они сказали, что до того как начали рыть яму, эта часть двора была густо поросшей бурьяном.
— Значит, это захоронение, скорее всего, совершено еще до того, как они купили этот дом.
— А что насчет нашей девушки? — встрял Кроу. — Вы видите причину смерти?
— Имейте немного терпения, детектив. Я еще даже не полностью ее развернула.
Маура полностью отбросила синий пластик, раскрывая большеберцовые, малоберцовые, плюсневые кости и… Она замерла, уставившись на оранжевый нейлоновый шнур, все еще обвивающий кости лодыжек. В ее голове мгновенно возникла картинка. Другое преступление. Оранжевый нейлоновый шнур. Выпотрошенное тело, подвешенное за лодыжки.
Не произнеся ни слова, она вернулась к грудной клетке. Придвинулась поближе и вгляделась в мечевидный отросток, где ребра соединялись с грудиной. Даже в этот пасмурный день в сумраке леса она смогла увидеть отчетливую царапину на кости. Маура представила тело, подвешенное вниз головой за лодыжки. Представила лезвие, вспарывающее живот от лобка до грудины. Эта царапина располагалась как раз там, где должно было пройти лезвие.
Внезапно ее руки под перчатками похолодели.
— Доктор Айлз? — спросил Тэм.
Она проигнорировала его и посмотрела на череп. На лобной кости, где лоб переходил в брови, пролегали три параллельные царапины.
Она покачнулась, ошеломленная.
— Нам необходимо позвонить Риццоли.
«Запускайте фейерверки», — подумала Джейн, подлезая под яркую полицейскую ленту. Это было не ее место преступления, не ее территория, и она вполне ожидала, что Даррен Кроу с самого начала ясно даст ей это понять. Она подумала о Леоне Готте, орущем на соседского ребенка: «Убирайся с моего газона!» Представила Кроу на тридцать лет старше, таким же сварливым стариком, вопящим: «Убирайся с моего места преступления!»
Но на другой стороне двора ее встретил Джонни Тэм.
— Риццоли, — поздоровался он.
— В каком он настроении?
— Как обычно. Цветет и пахнет.
— Это значит, в хорошем?
— Он не особо обрадовался поступку доктора Айлз.
— Я тоже не особо этому рада.
— Она настаивала на том, что тебя необходимо вызвать. А когда она говорит, я слушаю.
Джейн посмотрела на Тэма, но, как обычно, ничего не смогла прочитать по его лицу, ей это никогда не удавалось. Хотя Тэм был новичком в отделе по расследованию убийств, он уже успел создать репутацию человека, выполняющего работу с тихим и спокойным упорством. В отличие от Кроу, Тэм не сыскал себе славы гончей.
— Ты согласен с ней, что эти дела связаны? — спросила она.
— Я знаю, что доктор Айлз — не тот человек, который полагается на догадки. Вот почему меня отчасти удивило, что она вызвала тебя сюда. Учитывая вполне предсказуемую обратную реакцию.
Им не было нужды произносить имя, они оба знали, что речь идет о Кроу.
— Насколько тяжело с ним работать? — спросила Джейн, пока они шли по выложенной плиткой подъездной дорожке к заднему двору.
— Не считая того факта, что я практически разорвал три боксерские груши в тренажерном зале?
— Поверь мне, лучше не станет. Работать с ним — все равно что проходить китайскую пытку водой… — Она остановилась. — Если ты понимаешь, о чем я.
Тэм рассмеялся.
— Возможно, мы, китайцы, и изобрели ее, но Кроу ее усовершенствовал.
Они вышли на задний двор, и она увидела объект их насмешек, стоящий рядом с Маурой. Все в фигуре Кроу просто кричало о том, что он в гневе: от напряженной шеи до яростной артикуляции.
— Пока Вы не превратили все в цирк с конями, — сказал он Мауре, — как насчет того, чтобы назвать нам более точное время смерти?
— Оно настолько точно, насколько я могу сказать, — ответила Маура. — Остальное зависит о Вас. Это Ваша работа.
Кроу заметил приближение Джейн и съязвил:
— Уверен, у всемогущей Риццоли есть ответы.
— Я приехала сюда по просьбе доктора Айлз, — произнесла Джейн. — Я всего лишь взгляну на труп и уберусь с твоего пути.
— Ну да. Точно.
Маура тихо произнесла:
— Она там, Джейн.
Джейн последовала за ней через двор к экскаватору. Останки лежали на синем пластике у края свежевырытой ямы.
— Взрослая женщина, — проговорила Маура. — Рост около пяти футов, трех дюймов. Артритные изменения в позвоночнике отсутствуют, эпифизы[66] закрыты. Я примерно оцениваю ее возраст между двадцатью и сорока годами…
— Какого черта ты меня сюда вытащила? — пробормотала Джейн.
— Прошу прощения?
— Я и так уже в его черном списке.
— Так же, как и я, но это не мешает мне выполнять свою работу. — Маура помолчала. — Учитывая то, в каких условиях мне приходится работать.
Не было сомнений, что речь шла о случае, когда показания Мауры в суде отправили в тюрьму полицейского, которого все любили. Отстраненность Мауры, которые многие бы назвали странностью, и без того не делала ее особо популярной у сотрудников департамента полиции Бостона, а теперь полицейские и вовсе считали ее предательницей.