Глава города обдумал вышесказанное. Наконец, решился задать вопрос:
-Если все так, как ты говоришь, почему Дайрен настаивает на том, чтобы мы применили пытки немедленно?
Ненавистный подчиненный судорожно сглотнул. Демон повернулся к нему и подмигнул.
- Вот тут-то и начинается самое интересное, не так ли, Дай?
В кабинете повисла тишина, такая плотная, что ее можно было нарезать ломтиками с помощью ножа. Дайрен опустил взгляд и внимательно рассматривал свои ботинки. Он понимал, что Деннис заранее написал сценарий для этого показательного выступления и сейчас выступает в роли режиссера. У демона были на Промира большие планы, но тот молод и глуп. Опыта не хватает. Сегодняшнее действие было частью обучения. Ему, Дайрену, была выделена особая роль. И он не мог изменить то, что должно было сейчас произойти. Поэтому он продолжал рассматривать свои ботинки, стараясь не провоцировать демона, а то с него станется повернуть сценарий в худшую сторону.
Деннис взял Дая за подбородок, от чего тот дернулся так, как будто к нему прикоснулись каленым железом:
-Ты знаешь, что, если Промир не справится с инициацией в самые короткие сроки, я отдам ее тебе. И пытать Риану из Радоса тоже придется тебе, а ты давно перестал наслаждаться процессом. Предпочитаешь, чтобы руки пачкал кто-либо другой, не так ли?
Дай, дрожа, попытался освободить подбородок, но у него не вышло.
- Отдашь мою работу?- возмутился до глубины души глава города.- Почему? Ну, не удастся соблазнить девчонку, ну, станет она сильнее, ну, затянется инициация! Что в этом такого? В первый раз, что ли? Придется мучить кандидата? Так я это умею!!!
Демон повернулся, отпустив, наконец, свою жертву:
-Я знаю, Промир! Ты обожаешь причинять боль, и именно поэтому, если дойдет до пыток, я отдам инициацию Дайрену!
Глава города не видел логики в происходящем. Его подчиненный привалился спиной к стене, словно нуждаясь в хоть какой-то опоре.
-Не понимаешь? Дайрен чувствует беспокойство, причиняя другому боль! – выплюнул Деннис. – Представляешь? Перегорел, не чувствует почти ничего, а вот беспокойство, пытая кого-либо, чувствует! Легкое такое беспокойство, но все же! Поэтому я буду заставлять его это делать! А то разбаловался!
Дайрен побледнел. Демон резко погрузил руку прямо в его грудь. Ведущий инициатор побелел еще сильнее, лицо исказилось от боли.
- Думаешь, можешь принадлежать мне и в то же время испытывать чувства, которые я не одобряю? Думаешь, тебе это сойдет с рук?
-Не думаю,- одними губами проговорил Дайрен. - Мне ничего и никогда не сходит с рук.
Деннис был доволен так, словно ему преподнесли какой-то ценный подарок. Он наслаждался каждой минутой. Милостиво кивнув своей жертве, демон погрузил руку еще глубже. Дайрен тихо застонал и посерел.
-Хватит, я все понял,- с трудом прошелестел он. - И Промир тоже понял… Прошу, хватит! Больно…
Демон блаженно светился. Глава города понимал, чему радуется его прямое начальство: заставить перегоревшего бояться и умолять – большое достижение! Эх, самому бы научиться!
Улыбка Денниса стала хищной. Он резко выдернул руку. Дай вскрикнул и упал на колени, упираясь руками в пол. Его трясло.
-Теперь исчезни! - лениво протянул демон. - Мне предстоит обсудить случившиеся с уважаемым главой города, твое присутствие больше не требуется. Вон!
Дайрен, шатаясь, поднялся на ноги и пропал. Он был рад убраться подальше от Денниса. Хотя знал, что это самообман. Деннис прочно поселился в душе, и избавится от него было невозможно.
Дайрен перенес себя за стены города, туда, где - так давно - он просил Шутника о помощи. Покрытая белым мхом равнина была его самым любимым местом в мире проклятых. Здесь он мог хоть ненадолго притвориться, что вокруг нет ни души. Ветер заунывно пел о чем-то несбыточном. Мох покрывал землю так плотно, что, казалось, будто от нее ничего не осталось. И от того проклятого, который когда-то молил Шутника о помощи, тоже, казалось, ничего не осталось. Ошметки вместо души, обломки вместо цельной личности.
Помощь от Шутника так и не пришла. Сейчас проклятый понимал, что не был ее достоин, и никогда не будет. Так зачем он все еще борется?
Когда Деннис узнал о том, что его вещь смеет обращаться к его Врагу, то пришел в ярость. Он примерно наказал проклятого, чтоб другим неповадно было. Казалось, демон окончательно сломал Дайрена, выбив из головы всякие мысли о сопротивлении. Многие годы Дай делал все, что от него требовалось, не пытаясь увильнуть, с ужасом наблюдая, как разрастается пустота в его душе, приближая к неизбежному концу.
Наконец несчастный перегорел, лишившись возможности чувствовать даже намек на радость или то, что проклятым радость заменяло – наслаждение. Дайрен ощущал себя живым трупом, бесконечно уставшим и желающим лишь одного – прекратить свое существование, которое стало пыткой, на которое у него попросту не было сил. Нужно было сделать лишь одно – посетить Терру и заставить людишек себя убить. Самоубийство было кульминацией в жизни любого проклятого, последний, самый страшный плевок в сторону Единого. Поэтому, когда тело умирало, душа отправлялась в нижний мир – мир демонов, потому что существовать рядом с Вышним не могла: не может находиться рядом с Ним ничто нечистое. Так заканчивали все проклятые. И так должен был закончить Дайрен. Он уже спланировал собственную смерть. Осталось только привести план в действие. Однако случилось неожиданное.
Дайрен, успевший за всю свою жизнь наделать много зла, вдруг ощутил, что что-то в его душе сопротивляется этому самому страшному злу, которое может сотворить человек – самоубийству. Человек, подписавший контракт с демоном, оскорбивший Единого самыми разнообразными способами вдруг понял, что не может нанести Ему это последнее, самое ужасное оскорбление.
Проклятый, у которого не осталось ни сил, ни чувств, стал оттягивать свой конец. День, неделя, месяцы, годы… Еще немного, еще немного… Он продолжал выполнять все приказы Денниса, не делая только того, чего тот с нетерпением ждал – не умирал.
Зачем он жил? Все равно он рано или поздно не выдержит и покончит с собой, отправившись в подземный мир на вечные муки. Зачем он тянет, ведь в Зачарованном городе жизнь для него стала просто невыносимой. Так какая разница, где мучиться: здесь или в мире демонов?
Происходящее не могло остаться незамеченным Деннисом. Новая попытка сопротивления, предпринятая Дайреном, довела его хозяина до белого каления. Демон вознамерился доказать строптивому проклятому, что, если он думает, что ему настолько плохо, что хуже быть не может, то он ошибается. Деннис всегда находил время, чтобы помучить Дайрена, а уж в этом ему равных не было. Демон доводил своего раба до уровня дрожащего, раненного пса, который, растеряв последние остатки своего достоинства, умоляет о пощаде, облизывая бьющую его руку хозяина. Казалось, этого достаточно для того, чтобы не просто подтолкнуть Дайрена к самоубийству, а дать ему хороший пинок под зад, отправив в нужное направление. Но не тут-то было.
Дайрен страдал, снова принимал решение умереть как можно скорее, однако потом, ужаснувшись, продолжал отодвигать день собственной смерти. Продолжал, не смотря ни на что. Назло Деннису. Назло остальным проклятым. Назло собственной усталости, собственной боли. Назло всему.
Дайрен стоял посреди пустынной равнины, прижимая руку к ноющей груди. Мох лизал его ноги. Ветер трепал волосы проклятого, пытаясь их оторвать. Пора было возвращаться в город, но Дайрен не двигался. Не хотелось ни с кем встречаться.
Он был готов сдаться.
***
Промир некоторое время смотрел на то место, где только что стоял Дайрен. Потом перевел взгляд на сияющего демона и взволнованно затараторил:
- Как ты его, а! Он тебя боится! Ты еще ничего не делал, а он уже трясся от страха!!! Потрясающе! Деннис, ты неподражаем! Дайрен плевать на меня хотел! А тебе потребовалось всего несколько минут для того, чтобы заставить его потерять самообладание. Умоляю, открой свой секрет: как заставить корчиться от боли перегоревшего?