Она тут же бросила сумку на пол, резко повернулась к Утай и на полной скорости кинулась к ней. Утай едва успела нахмуриться, как Фуко, долетевшая до неё со скоростью пули, крепко прижала её к груди и закричала:
— Уиуи! Я так по тебе скучала, Уиуи!!
С трудом выбившиеся из хватки Фуко тонкие ручки Утай судорожно задёргались в воздухе.
«UI> Фу, погпди, хватт, ты мня дкшиш»
— Как же ты подросла!.. Но ничего, это не помешает мне тискать тебя, как в старые добрые времена!!..
«UI> Кт-нибкдь, н помпщ»
— А-ах, Уиуи… Уиуи-и-и-и!!
![Жрица очищающего огня i_012.jpg](https://litlife.club/books/277663/read/images/i_012.jpg)
Харуюки, стоявший недалеко от кухни, осознал, что впервые увидел опечатки в сообщениях Утай. Стоявшие слева от него Такуму и Тиюри смотрели на происходящее с выпученными глазами, а Черноснежка сокрушенно качала головой.
Их противостояние не утихло даже после того, как они переместились на диван. Харуюки, то и дело косясь в их сторону, осторожно обратился к Черноснежке:
— Э-э… семпай. Кажется, ты говорила, что из Первого Нега Небьюласа ты в реальности встречалась лишь с Фуко и ещё одним человеком. Этим ещё одним человеком была Синомия?
— М-м… вижу, ты хорошо запомнил. Именно она.
— Но ты говорила не только это, семпай. Ты сказала, что Фуко — единственный человек, с которым узы дружбы связывают тебя и в реальном мире. Что-то здесь не сходится. И вот я просто задумался… короче говоря… кто кому кто?..
Черноснежка широко, но натянуто, улыбнулась и кивнула.
— А-а, ну-у… тут дело вот в чём. Естественно, мы с Утай боевые товарищи, а вот Фуко она приходится… как бы это описать… — ненадолго прервавшись, она развернулась к остальным и произнесла более назидательным тоном. — Вы знаете, откуда у Фуко появилась кличка «МБР»?
— А, да, я слышал от Нико. Во время битв за территорию она сажала на спину бойца поддержки и прыгала в тыл к противнику, — ответил Харуюки.
Кивнув, Черноснежка продолжила:
— Правильно. Это была очень эффективная тактика, когда противники как следует растягивали свои ряды, но пассажиру Рейкер при этом чего только не приходилось переживать. Порой она сбрасывала его в место, оптимальное для бойца поддержки, после чего противники начинали гонять его по всему уровню, а иногда Рейкер вообще использовала его как ракету, швыряя на базу противника… думаю, вы уже догадались, но в роли этого бойца поддержки выступала именно Утай. Она была «любимым аксессуаром Рейкер».
— Аксе… ссуаром? — неуверенно переспросил Харуюки.
Затем он вновь посмотрел на другой диван. Руки Утай, которыми она последние минуты продолжала умолять о помощи, уже смирились и опустились.
Прошло три минуты.
Во главе обеденного стола села Черноснежка. По правую руку от неё — Тиюри и Такуму. По левую — Фуко и Утай. Наконец, точно напротив — Харуюки. На столе стоял налитый им чай и сделанные мамой Тиюри сэндвичи, которые она принесла из дома.
Высившаяся на столе гора производила грандиозное впечатление. Тут были и свиные сэндвичи с зеленью, и овощные с сыром, рукколой и спаржей, и даже сэндвичи с жареным лососем на ржаном хлебе. Утай, всё ещё не до конца оправившаяся от горячего приветствия Фуко, изумлённо глядела на еду.
— Мы, как всегда, у тебя в долгу, Тиюри. Передавай матери благодарности от всех нас.
— Ничего-ничего, мама всегда радуется тому, что у Хару становится больше друзей!
Этот цикл — скромничающая Черноснежка, с улыбкой отзывавшаяся Тиюри и смущающийся Харуюки — повторялся из раза в раз перед каждым дружным обедом. Пожелав друг другу приятного аппетита, сидящие за столом начали в двенадцать рук уплетать гору сэндвичей.
Утай, пытавшаяся перепробовать все предложенные ей варианты, умудрялась продолжать печатать с удивительной скоростью:
«UI> Очень вкусно. Если я правильно поняла слова Саттин, то ваша мать готовит еду для каждого собрания Легиона, Курасима-сан?»
— Меня можно просто по имени! — смущённо отозвалась Тиюри и кивнула.
Утай уже успела рассказать всем присутствующим про эфферентную афазию, так что Тиюри сразу продолжила:
— Меня-то в Нега Небьюлас приняли лишь два месяца назад, и у меня опыт собраний не такой большой. Но мы уже много лет собираемся с Таккуном дома у Хару и едим то, что приготовит нам моя мама. Забавно, что раньше ей приходилось готовить на трёх человек, а теперь вот на шестерых.
«UI> Ах, да, Тиюри-сан, Маюдзуми-сан и Арита-сан ведь знакомы с детства, правда?»
Прервавшись, Утай посмотрела на них своими большими глазами, а затем дописала:
«UI> То, что все три друга детства смогли стать бёрст линкерами и сражаться плечом к плечу друг с другом в одном Легионе — настоящее чудо. Узы реального мира таят в себе огромную силу. Мне, Саттин и Фу удалось связаться ими, но на это ушло много, очень много времени. Наверное, они появились тогда, когда стало уже слишком поздно.»
В ответ послышались голоса Черноснежки и Фуко:
— Утай…
— Уиуи…
Утай посмотрела на них и мягко, но в то же время печально, улыбнулась.
«UI> Мы уже не могли взаимно прочувствовать глубину терзавших нас чувств — страха, который сковывал Саттин, мечты, которую скрывала Фу. Именно поэтому Саттин начали преследовать Шесть Королей, Фу потеряла свои ноги… и, в конце концов, был уничтожен весь наш Легион. Если бы мы трое, а также весь наш Легион, связались узами реального мира пораньше, всё могло бы сложиться по-другому. Именно об этом я жалею и по сей день.»
Стоило руке Утай остановиться, как сидевшая рядом с ней Фуко тут же положила на неё свою ладонь. Этот жест, в отличие от её приветствия, был полон нежности и заботы.
— И всё же мы встретились вновь в такой обстановке, Уиуи, — прошептала она с улыбкой.
Утай удивлённо распахнула глаза.
— Пусть прошло два с половиной года… но этот маленький Ворон-сан научил меня и Саттян тому, что всё можно вернуть назад. Саттян вновь стала Королевой Ускоренного Мира, а я вернула свои ноги. Поэтому…
— Мы готовы поклясться, Утай, — перехватила речь Черноснежка. Чёрная Королева вытерла руки салфеткой, вытянулась и величественно произнесла, — мы непременно освободим твоё тело, запечатанное на «Неограниченном Нейтральном Поле»… даже если наш противник — один из непобедимых «Богов».
Глава 9
Когда гора сэндвичей исчезла, Харуюки убрал тарелки со стола, налил всем новый чай, а затем, сгорая от нетерпения, спросил:
— А-а… что ты имела в виду под этими словами, семпай? Тело Синомии запечатано на неограниченном поле? Но ведь мы с ней вчера сражались в команде на обычном поле… ей что-то мешает на неограниченном поле?
Тиюри выглядела так, словно этот вопрос мучал и её. Но Такуму, судя по всему, уже успел догадаться о смысле тех слов, поскольку он сразу же сказал:
— Командир, неужели ты имеешь в виду… «бесконечное истребление»?..
— О. Молодец, профессор, сразу догадался, — кивнув, отозвалась Черноснежка.
Харуюки ничего не понял из их разговора.
— Бес…бесконечное истребление? Что это значит, Таку?.. — поинтересовался он, подавшись вперед.
Такуму же поправил очки и ответил вопросом на вопрос:
— Хару. Сколько ты знаешь способов уничтожить бёрст линкера?.. Другими словами, сколько методов лишения человека всех бёрст поинтов тебе известно?
— Э?.. Только один — постепенный отбор очков в постоянных дуэлях… — рефлекторно ответил Харуюки, а затем тут же вспомнил развернувшийся два месяца назад кризис и добавил: — А, да, ещё можно устроить «решающий бой» на неограниченном поле. Передать очки «дуэльной карте внезапной смерти», после чего победитель заберёт все… ах, да, к слову о внезапной смерти, аналогичное правило работает на девяточников…
— Ага, это уже три. Ещё?
Тут к разговору подключилась уже Тиюри, скривившаяся так, словно Харуюки подсыпал ей в чай пуд соли.
— Ещё можно сами знаете что. Как там… «физическое нападение»? Напасть на кого-нибудь в реальности, запереть в машине и забрать очки через дуэли с помощью кабеля прямого соединения. Возмутительно.