-Отбери у него бутылку и протри руки. – ровны голосом приказал Арсений, и Варя подчинилась. Когда всё было сделано, девушка встала рядом с ним, продолжая крепко сжимать бинт.
-Убирай лишнюю кровь, когда я скажу, поняла? Только не лезь им в рану. – Варя уставилась на разрез, когда Арс раздвинул кожу при помощи пинцета.
-Поняла. – убирая кровь, произнесла Варя, стараясь быть такой же сосредоточенной на своих действиях, как Арс. У него было такое спокойное лицо, словно под ним сейчас лежал не живой человек с пулей, а манекен. Когда Арсений ухватился пинцетом за пулю, Саша зашипел.
-Да какого чёрта ты там ковыряешься, вынь её уже. – Варя вздрогнула от сиплого голоса, и перевела свой взгляд на Арса, который никак не отреагировал на его слова. Плавно потянув на себя, он вытащил пулю и пристально посмотрел на неё. Саша облегчённо вздохнул, запрокидывая голову. Бросив пулю в тазик с приборами, Арсений повернулся к Варе, первый раз за всё время смотря на неё.
-Я заштопаю его, не стоит находиться здесь слишком долго. Тебя могут начать искать.
-Уверен, что справишься без меня? – Арс широко улыбнулся, наклоняясь к девушке и быстро целуя.
-Ты сомневаешься во мне, милая? – с игривыми нотками в голосе, прошептал он и потёрся кончиком своего носа об её. – Спасибо что довела его, я позабочусь об этом оболтусе. – серьёзным голосом добавил Арс, переводя свой взгляд на друга.
-Может, вы потом устроите телячьи нежности? Я тут как бы смертельно ранен.
-Боже, заткнись. – закатив глаза, усмехнулся Арс.
-Позаботься о нём. Если возникнут проблемы, ты знаешь где меня можно найти. – с этими словами Варя поспешила выйти из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь.
Кто-то ранил Лену, теперь Сашу. Варе не хотелось связывать эти ситуации, но другого выхода не было. Дима знал о бункере, и Варе оставалось только гадать, как много этому парню было известно. Она никогда бы не подумала, что судьба Димы закончится так трагично и скоропостижно. Но у неё ещё оставалась Лена, ранение которой продолжало оставаться загадкой. Помогала ли она Диме в краже морфия? Была ли она сама в центре всего того, что происходило с Димой? Почему то, Варя была убеждена в том, что эти двое разделяли одну тайну. Не может быть столько совпадений.
Стиснув кулаки, Варя уверенно двигалась по коридору в сторону палаты Лена. Ей нужны были ответы, и она устала ждать. Толкнув рукой дверь, Варя вошла в просторную комнату. Лена, после смерти своей соседки, жила здесь совершенно одна. Когда им было по девять лет, их распределили по комнатам первого этажа по парам. Варя так и осталась с Мариной, Лена должна была жить здесь со своей сестрой, но этому не суждено было сбыться. Поэтому, Лена жила в этой комнате с Дашей. Тихой и забитой девочкой, которая была словно диким оленёнком. Даша никогда ни с кем не общалась, она редко выходила из комнаты. Варя помнила, как тяжело было Лене жить с этой девушкой. Просыпаясь ночью, Лена часто могла встретить соседку, которая, не моргая, смотрела на неё своими большими карими глазами, прижав ноги к груди. В такие моменты, Лене было ужасно страшно однажды проснуться с перерезанным горлом или пулей у виска. Даша умерла спустя ровно год. Никто из девушек и парней не знал, что конкретно послужило причиной смерти девочки. Её, как и всех, завели в процедурный кабинет. Оттуда Дашу уже вывозили прикрытой белоснежной простыней. Сейчас, Варя могла предположить, что Даша просто не выдержала испытание препаратами. Всё они были здесь подопытными крысами. После смерти Даши, никого из детей долгое время не подвергали препарату.
Лена восприняла смерть соседки, как возможность свободно вздохнуть. Она сдвинула её и свою кровать, теперь у неё было просторное ложе. Провела полную перепланировку в комнате, сдвинув шкафы и столы, уютно заполняя светло-розовую комнату по своему вкусу. Здесь всегда было чисто, потому что это было тем, что Лена любила больше всего. Порядок во всём. В голове, в комнате, в жизни.
Когда Варя вошла, Лена читала книгу, лёжа в кровати. Её лицо больше не было бледным, но ссадины на лице и мешки под глазами выдавали её с потрохами.
-Хэй, давно не виделись. – откладывая книгу в сторону, улыбнулась Лена, приподнимаясь, чтобы удобнее сесть. На её лице отразилась мимолётная боль от движения, которую она тут же спрятала за улыбкой.
-Я тоже скучала, но нам нужно о многом поговорить. – прикрывая за собой дверь, ответила Варя.
-Я понимаю. Присядь, я многое должна объяснить тебе.
Варя медленно прошла через комнату, останавливаясь рядом с её кроватью, и присаживаясь на достаточном расстоянии от подруги. Им обоим нужна была эта дистанция.
-Я готова выслушать всё, что ты сочтёшь нужным мне рассказать, но это не значит, что я не буду задавать вопросов.
-Всё это началось ровно два месяца назад. Мы с Димой делали общий проект по биологии. Мы хотели создать вакцину от банального гриппа. Долгое время мы трудились, были вместе бок об бок каждый день. Когда находишься с человеком слишком часто, начинаешь подмечать буквально каждую мелочь. – она не смотрела на Варю, и говорила медленно, словно погружаясь в каждое слово. – Он был болен. – поднимая полные боли и слёз глаза, прошептала Лена.
-Никто не видел этого. Варь, это так страшно. Его головные боли были такими сильными, и могли настигнуть его в любой момент, заставляя его кричать так громко… - Лена обхватила себя руками, и Варя поборола в себе острое желание просто обнять подругу, забирая на себя часть её боли.
-Это я первый раз дала ему морфий. Я была растеряна. Мы договорились встретиться в нашей школьной лаборатории, чтобы провести ряд исследований, и когда я пришла…он лежал на полу, впиваясь зубами в сжатые кулаки, сдерживая крик. Я не знала что с ним, я не знала, что мне делать, и морфий – это первое что пришло мне в голову. Это самое сильное обезболивающее, а ему было реально плохо. Когда его боль прошла, он рассказал мне что случившееся для него не в первой. Он проходит через эти боли часто, и понятия не имеет, как с ними бороться. Я предлагала обратиться к нашим медикам, но он боялся. Говорил, что не хочет отправиться на кладбище, как испорченный товар. Мы понимали, что его бы убили, как самое слабое звено.
-Почему ты не рассказала мне? Арсу? Мы помогли бы ему. Нашли выход. – Лена горько улыбнулась и покачала головой.
-Эта была не моя тайна, не мой выбор. Я не имела права говорить об этом, пока Дима сам бы этого не захотел. После того случая, я ещё несколько раз видела его припадки. Но однажды, я поймала себя на мысли, что всё закончилось. Он был свежим, бодрым, весёлым. Не было и намёка на его боли, словно он ... исцелился. Когда я поняла что происходит, было уже слишком поздно.
-Он подсел на морфий. – озвучила за неё Варя, видя, как тяжело подруге даются слова.
-Да. Вначале, я была в ужасе, требовала ему взять себя в руки, пыталась заставить его бросить это. Он молча выслушивал мои крики, а потом…он сказал мне то, что я никогда не забуду.
-Что он сказал тебе?
-Что понимает, насколько жалок, но я никогда не пойму, какого это прожить хоть минуту без страха, что боль заставит тебя терять рассудок и скручиваться на полу в агонии. – Варя отвела взгляд, стараясь взять свои эмоции под контроль. Ей было знакомо это чувство. Каждый раз, когда боль затапливала её с головой, после очередной хорошей драки, она молила только о том, чтобы боль отступила, хоть на одну секунду. Но в конечном итоге, приходилось терпеть так часто, что она перестала замечать её. Эти травмы Варя могла контролировать, для Димы же всё обстояло совершенно по-другому. То, через что пришлось проходит молодому парню, Варя не пожелала бы никому.
-Скажи мне, что ты никогда не помогала ему воровать. – голос Вари надломился на последнем слове, потому что в голове она уже знала ответ. Лена всегда была милосердна.
-Помогала. И я не жалею об этом. Он мог спокойно жить, это приносило спокойствие и мне. Мы сдружились. – она замолчала, и Варя присела поближе к подруге, взяв девушку за руку.