Изменить стиль страницы

— Понял! — с таким видом, словно его посетило озарение, подскочил Драко. — Все эти шепотки про родовые проклятия — не что иное, как отголосок попытки объяснить возникновение среди родственников одних и тех же проблем со здоровьем.

— А это что за коллоквиум? — шепнул Люциус, повернувшись к Снейпу.

— Не знаю, — пожал тот плечами. — Когда я учился среди маглов, такое ещё было не в обычае. Эти-то все подряд из одной школы.

— Хм. Из школы, которую Эмма и Дэн выбрали для своей дочурки. Знаешь, Северус, я, пожалуй, ещё тут полежу и послушаю — очень уж интересно они препарируют устои нашего общества. Жаль, что Яксли и Розье не присутствуют — ну кто им что-нибудь подобное растолкует!

— Так, я не понял! — напрягся Гойл. — Теория чистокровности правильная или неправильная?

— Зависит от того, чего ты добиваешься, — зыркнула на него Гарри. — Если хочешь сохранить привилегии старых семей на монополию в доходных предприятиях, то правильная.

— И что в этом плохого? — язвительно спросил Нотт.

— Гасится активность предприимчивых маглокровок и полукровок, — объяснила Рони. — Волшебный мир стабилизируется и замедляет своё развитие. А, между прочим, у нормальных людей уже появляется беспроводная телефония и другие средства телекоммуникаций развиваются в бешеной скоростью. Бытовые удобства и транспорт уже сейчас сопоставимы с теми, которые обеспечивает магия. Лично я не уверена, что после окончания Хогвартса останусь в вашем средневековье. И так поступят многие — не слишком трудно устроиться на хорошую работу в большом городе, если вовремя незаметно колдануть «Конфундус». А там — уютный дом, детишки, ухоженный садик. И останетесь вы, уважаемые волшебники, без баб.

— Ладно-ладно, — замахал руками Невилл. — Считай, что ты нас напугала. Теперь начинай рекламировать теорию маглолюбия.

— Не буду. Пусть лучше Герм.

— И я не буду, — нахмурилась Миона. — Потому что они, то есть мы, выходцы из нормального мира, тоже желаем власти и богатства. Но мерять жизнь станем по нормам, к которым привыкли у себя. Так, навскидку, начнём бороться за демократию и всеобщее равенство. В результате перебъём все чашки и смешаем холодное с мягким. И вообще, пока я не пойму, откуда в Гринготсе появляются дешёвые фунты, и кто финансирует работу Министерства, Гарьку на пост министра не пущу.

— Мне кто-нибудь объяснит, что у этих детишек общего между собой? — снова повернулся к Снейпу Малфой.

— Радикалы, — пожал плечами зельевар. — Темный Лорд и Великий Светлый Маг для ребятишек одинаково неприемлемы, если ты понял, о чём трындела эта лохматая заучка.

* * *

На следующий день девочки с утра навестили Хагрида, который показал им двурогов и объяснил все про их привычки и полезности, содержащиеся в рогах и копытах. Близко к зверюгам не подходили, как ни уговаривал лесник — уж очень подозрительно они поглядывали.

— Из тех созданий, что в здешнем лесу обитают, вы только акромантулов не видали. Но они далеко живут, так что быстро нам до них не добраться, а вы сказали, что торопитесь. Так что это уже осенью, лучше в холодную погоду, — объяснил он на прощание.

— Спасибо, дядя Рубеус, — поблагодарила Гарри. — Ты самый лучший знаток всяких тварюшек. А у тебя случайно не завалялось единорожьих волосков?

— А чего же случайно? Вон висят на колышке справа от крыльца. Я ими тентакулу подвязываю. Бери, сколько нужно.

Девочка отделила тонкую прядь и смотала её на клочок бумаги.

— Мы во Францию едем сегодня, — пояснила Рони. — Через час нужно быть в аэропорту.

— Счастливо, — попрощалась Гермиона, и девчата заторопились к замку, чтобы за поворотом тропинки растаять в воздухе.

Почему опять во Францию? Потому что захотелось на пляж к ласковому морю. И лететь туда не так долго, как в Юго-Восточную Азию, куда ездили прошлым летом.

* * *

Дэн и Эмма следили за тем, чтобы девочки не перекупались. Для них не важно, что билеты и отель оплатила Рони — мало ли, сколько ты сумела заработать! Переохлаждаться всё равно вредно. Поэтому и рыжая и каштановая незадолго до поездки удалили одна косу, а вторая — гриву. Ведь критерий достаточной прогретости их тел, по мнению старших Грейнджеров, это когда просохли волосы. А сушиться магией… не хватало ещё на такой мелочи палиться!

Гарри обречённо впитывала в себя тепло солнечных лучей, не забывая о креме против солнечных ожогов, и, как всегда, зорко поглядывала по сторонам — привычка, укоренившаяся благодаря Дадли Дурслю, любившему устраивать разные подлянки. Поэтому она и обратила внимание на отдельно взятую девочку под кисейным зонтиком, почти не дающем тени. Что в ней было особенного? Возраст. Малышка выглядела лет на пять и, при этом, рядом с ней не наблюдалось никого постарше.

Вернее, совсем не так — пара мужчин поглядывала в сторону малявки издалека, но никак себя не проявляла.

«Тупые бодигарды ничего не понимают в том, что требуется этой крошке» — с этой мыслью Гарри подошла и протянула тюбик.

— Намажься, а то сгоришь на солнце, белокожее недоразумение. И этот зонтик тебя от ожогов не спасёт, потому что соткан из одних дырок, — добавила она, присев на корточки.

— Мерси, но не надо — я несгораемая, — ответила крошка.

— И незагораемая? — озадачилась подошедшая Рони.

— Да. А вы хорошо говорите по-французски, хотя и иностранки.

— Несгораемая и незагораемая, — хмыкнула Гермиона. — Вейла, что ли?

Незнакомка вздрогнула, но постаралась не показать испуга:

— Нет. Меня зовут Габриэль.

— И ты уверена, что сумела удрать к морю так незаметно, что родители не послали присматривать за тобой пару горилл в гавайских рубашках?

— Каких горилл? — не поняла француженка.

— Постарайся не дать им понять, что заметила, а то парням станет стыдно, что они себя обнаружили. Не стоит обижать людей, которые просто выполняют свою работу, — ухмыльнулась Гермиона. — Ронь! Дай Габриэлке зеркальце. А ты Гарри, объясни, где находятся наблюдатели.

На то, чтобы опознать охранников, ушло минут десять — одновременно двоим смотреть не получалось, да ещё приходилось маскировать истинную цель, притворяясь, что разглядывают какой-то прыщик на лице новой знакомой.

— Я их не знаю, — наконец уверенно заявила Габриель. — Но зато увидела свою сестру. Это она за мной присматривает, хитрюга. Ну да, я сбежала на пляж, а то здесь скучно, потому что ни с кем ещё не знакома — мы только вчера приехали. Папа и мама заняты на вилле, а пролезть через ограду совсем несложно. Пойдемте купаться?

Гарри пощупала свою шевелюру, заручилась согласным кивком Эммы, и девчата ринулись в море. Здесь выяснилось, что новая знакомая плавать не умеет и только покачивается на волнах на мелком месте, повизгивая, когда её отрывает от дна. Это откровенно скучно. Затащили малявку на глубину и научили более-менее барахтаться. Потом строили замки из песка, угощались мороженым, принесённым разносчиком, смотрели на то, как плавают Дэн с Эммой — старшие Грейнджеры любили воду и резвились, как маленькие.

Вскоре все устали и проголодались. Когда подкреплялись в кафе на затенённой веранде, Гарри снова обратила внимание на пару мужчин, устроившихся неподалеку. А вот сестру Габриэль она так и не увидела — слишком много девушек в купальниках было вокруг. На всякий случай решила проводить малышку и, заодно, осмотреться тут, на новом месте. Какой-никакой — всё-таки гид.

Тенистые улочки, экзотические фрукты на лотках, крошечные магазинчики, одуряющий запах из кофейни, ветви теплолюбивых растений и гладкий булыжник под босыми ногами — чары замедления на себе она почувствовала не в первое мгновение и сбросила их только тогда, когда её спутницу накрыли каким-то полотнищем — в это же мгновение вырубила обоих мужчин, напавших из-за припаркованной машины, толкнув грубой силой к стене точно так же, как когда-то Дадли и дядю Вернона. А потом удивлённо уставилась на спавшую с замершей в ужасе Габриэль тряпку. Это была асбестовая ткань.