В а с и л и й. А я и не боюсь.
В е р а П е т р о в н а. Вот и пойдем.
В а с и л и й. Пожалуйста.
Я ш е н ь к а. Слышь, друг, зачем у тебя в котелке снег?
В а с и л и й. Пить надо? А водопроводов на чердаках пока еще не водится.
Я ш е н ь к а. В любой квартире небось вода есть.
В а с и л и й. Сам говоришь — шатущий, еще по шее надают.
Я ш е н ь к а. Похоже — ты кремешок.
В а с и л и й. Какой есть…
В е р а П е т р о в н а. Свети, Яшенька.
Все четверо идут к чердачному люку.
Комната в квартире Крайнова. Входят К р а й н о в и В а с и л и й. Крайнов передвигается при помощи костылей.
К р а й н о в. Проходи, садись. Без стеснения. Тебя как звать?
В а с и л и й. Василий.
К р а й н о в. А меня — Семен Павлович. Я хочу с тобой откровенно поговорить. Идет?
В а с и л и й. Говорите.
К р а й н о в. Как тебе сказать — мне жаль тебя, и все.
В а с и л и й. А чего меня жалеть? Не у бога сирота.
К р а й н о в. Ночевать на чердаке — не сладость. Должно, характер у тебя крепкий. Другой скулить бы начал. Одну ночь промаяться — куда еще ни шло, а тут…
В а с и л и й. Вы откуда обо мне узнали?
К р а й н о в. Первой Нюся заметила. Сестренка. Видел сейчас? Вот она и обратила внимание. И это окошко помогло. Я всех вижу — и тех, кто входит в подъезд и кто выходит. Жить негде?
В а с и л и й. Негде!
К р а й н о в. Плохо, друг, плохо. Зима подходит.
В а с и л и й. Где-нибудь найдется место.
К р а й н о в. Откуда появился в нашем доме?
В а с и л и й. Не бойтесь, ничего не сопру.
К р а й н о в. Я не об этом. Мне… горько смотреть, когда человек мучается. У тебя же не жизнь, а настоящая каторга. Верно? Ну-ка, покажи паспорт.
В а с и л и й (обеспокоенно). А зачем вам мой паспорт?
К р а й н о в. У меня есть к тебе серьезное дело. А я знаю о тебе только то, что живешь на чердаке и зовут — Василий. Понял?
В а с и л и й. Пожалуйста. (Не выпуская из рук, перелистывает перед лицом Крайнова паспорт.)
К р а й н о в. Спрячь! В милицию когда-нибудь забирали?
В а с и л и й (возмущенно). За что?
К р а й н о в (рассмеялся). Не знаю. Спросил из любопытства.
В а с и л и й. Не за что… забирать. Живу себе, работаю…
К р а й н о в. Значит, работаешь?!
В а с и л и й. Есть-пить надо.
К р а й н о в. Точно. И где?
В а с и л и й. Артель «Механик».
К р а й н о в. Шарашкина контора. А по какой специальности?
В а с и л и й. Да я… (С неохотой.) Учеником. То одному мастеру помогаю, то другому…
К р а й н о в. Так ничему не научишься. Заработки плохие?
В а с и л и й. На хлеб хватает.
К р а й н о в. Не жирно. Знаешь что, переходи ко мне.
В а с и л и й. Зачем?
К р а й н о в. Поживешь у меня, пока устроишься получше.
В а с и л и й (не совсем веря, что правильно понял). Значит, вы меня на квартиру пускаете?!
К р а й н о в (сквозь смех). Люблю за догадливость. Конечно, отдельной комнаты тебе не будет.
В а с и л и й. И не надо! Зачем мне она?! Переспать бы где…
К р а й н о в. Найдется место. Словом — давай перебирайся.
В а с и л и й. А сколько положите с меня? В месяц.
К р а й н о в (махнув рукой). Без платы обойдется.
В а с и л и й. Вы-то сами платите за квартиру.
К р а й н о в. Мелочь. Говорить не стоит. А лучше при случае, если понадобится, помоги. Как в своей семье бывает. Понял?
В а с и л и й. Так я насчет помочь — пожалуйста!
К р а й н о в. Вот и договорились. Переселяйся! Барахло твое где?
В а с и л и й. Чемодан — там, наверху. Только пустой.
К р а й н о в. А смена какая-нибудь есть?
В а с и л и й (невесело улыбается). Все тут.
К р а й н о в. Небогато. (Кричит в дверь.) Вера!
Входит В е р а П е т р о в н а.
Вот что, мы с Василием договорились — у нас останется. Хватит человеку по чердакам скитаться. Только он совсем без приданого. Найдется там что-нибудь из моего?
В е р а П е т р о в н а. Найти можно.
В а с и л и й. Нет, нет, что вы?! Я куплю! Зарплату получу и… и все куплю.
В е р а П е т р о в н а. Тогда и разговор будет другой. Нарядишься в свое — наше вернешь. Только и всего. Тебе, я думаю, не мешало бы смыть чердачную пыль. Верно? Я сейчас в ванной разожгу колонку. (Уходит.)
К р а й н о в. Хороший человек моя Вера Петровна! Золотое сердце. А горя на своем веку тоже перевидала — ни конца ни края! Да и теперь ей не очень легко. Видел на двери объявление, что здесь живет мастер-скорняк? Это я. Принимаю разные заказы — инвалидам разрешается. Ну и на рынок тоже шью. На толкучку. В магазинах не всегда бывает, да и фасоны невидные. Шью, а сам-то поехать не могу. Приходится Вере Петровне. А приятного в этом мало. И обидеть женщину могут. В минувшее воскресенье один тип уплатил за шапку по магазинной цене, и будь здоров. А я за шкурку дороже отдал.
В а с и л и й. И никто не выручил?
К р а й н о в. Ну, кому это надо?! К будущему воскресенью опять товар подготовлю.
В а с и л и й. Какой товар?
К р а й н о в. Шапки. Я так беспокоюсь. Сам бы двинулся, эти проклятые костыли…
В а с и л и й. На войне были?
К р а й н о в (махнув рукой). Говорить не хочется.
В а с и л и й. Может, я помогу Вере Петровне?
К р а й н о в. Пожалуй, не стоит тебе впутываться в эти грязные дела. Толкучка до добра не доводит.
В а с и л и й. А мне что толкучка? Помогу, и все.
К р а й н о в. Смотри. За это мы, конечно, тебе спасибо скажем. А если все пойдет хорошо, я возьму тебя в долю.
В а с и л и й. Вы и так, спасибо, выручили.
К р а й н о в. Если будет желание, научу скорняжному ремеслу. Золотая профессия. Вечера у тебя свободные?
В а с и л и й. Как когда.
К р а й н о в. Будешь присматриваться, помогать помаленьку, незаметно и мастером станешь. Без профессии, брат, жить нельзя.
В а с и л и й. Сказать вам по секрету, у меня есть специальность. Техническое окончил.
К р а й н о в. Да?!
В а с и л и й. Формовщик я и литейщик.
К р а й н о в. А какого лешего в артели толчешься?
В а с и л и й. Временно. Я в Копинске работал. А друзья тут. На машиностроительном. Решил к ним податься. Там не отпустили. Вот и получилось.
К р а й н о в. Сбежал, что ли?
В а с и л и й. Вроде так.
К р а й н о в. Вон оно, оказывается, дела какие. Значит, дезертир?
В а с и л и й. Я же не лодырничаю. Уволюсь, получу справку…
К р а й н о в. Судить могут за дезертирство. Не боишься?
В а с и л и й. А почти никто и не знает, где я.
К р а й н о в. Никто? А я, например?!
В а с и л и й. Вы?!
К р а й н о в. Не поверил? Ну и правильно. Семен Павлович Крайнов сам ненавидит тех, кто предает друзей. И ты запомни это. А о себе помалкивай. Никому ни слова. Понял?
В а с и л и й. Понял.
К р а й н о в. Значит, жить придется тебе временно без прописки.
В а с и л и й. Вам не попадет?
К р а й н о в. Может, за такое спасибо не скажут.
В а с и л и й (поднимается). Тогда я лучше буду на чердаке.
К р а й н о в. Нельзя. Погибнешь. Как-нибудь выкрутимся. Не враг же ты в конце концов, а советский человек.
В е р а П е т р о в н а (входя). Ну, Вася, ванна готова, пойдем, покажу, что и как.
К р а й н о в (Василию). Давай двигай.
Василий какое-то время стоит в нерешительности, затем уходит вслед за Верой Петровной.
Пауза. Прошло около часа.
В комнату входит В а с и л и й, счастливый, довольный и посветлевший. Здесь х о з я и н, х о з я й к а и Я ш е н ь к а.