- Смеешься, щенок? - раздался неподалеку надтреснутый голос Ваала. - Весело тебе?! - а в следующее мгновение повелитель металла увидел, как в его сторону несется бывший великий герцог, каким-то образом успевший раздобыть оружие. Хотя чего было сомневаться: совсем недавно оно, скорее всего, было в руках у кого-то из тех, кого похоронил в своем пламени Златоглазый. Андо развернулся молниеносно. В поединках он промедлений не допускал...
Ваал в бешенстве наблюдал, как отпрыск рода Ор играючи превращает меч в его руках в жалкое подобие оружия: клинок под действием силы хозяина металлов разделился на несколько десятков лент, которые, словно так и было суждено, заветвились между собой, превращаясь в его руках...в букет невесты. Сам Стремительный все это время напряженно следил за действиями подчиненной ему стихии, под конец с удовлетворением отметив, что работа вышла поистине великолепной. Ваал рассвирепел окончательно:
- Решил напоследок поиздеваться?!
- Решил напомнить о том, чего в твоей жизни так и не случилось, великий герцог, - строго заметил Стремительный, глядя, как злобно отшвыривает его произведение искусства Ваал и как идет на него уже врукопашную. Полубезумный демон лжи и обмана не был страшен для блондина, все его выпады Андо предугадывал еще до того, как Ваал о них думал.
- Моя жизнь кончена! - взревел противник. - Все мои мечты пошли прахом из-за вашей тесной компании!
- Возможно, в этом есть некоторая справедливость, ты так не считаешь? - даже не запыхавшись, совершив обманный маневр с подсечкой, Стремительный захватил горло бывшего герцога, а самого Ваала поставил на колени, медленно лишая кислорода все меньше и меньше сопротивляющееся тело.
- Убей меня - поступи по справедливости... - прохрипел Ваал, уже видя цветные круги обморока перед глазами, и в это самое мгновение Андо его отпустил. - Что же ты, щенок? Не хочется марать об меня руки? Или трусишь?!
- Не хочу тебе уподобляться и оставлять ребенка без отца, - покачал головой Андо.
- Эсхаал уже не ребенок! - взвыл поверженный отец золотоволосого демона с хриплыми нотками в голосе, продолжя оставаться коленопреклоненным и бешено взирая на победителя.
- А кто сказал, что я имею в виду Эсхаала? - склонил голову Андо, и в то же самое мгновение Ваал почувствовал, как мимо него пронесся на огромной скорости сын. Когда же он посмотрел туда, где остановился отпрыск, замер, не в силах сказать ни слова от потрясения.
На руках Эсхаал держал его последнюю надежду. И девушка не видела никого, кроме Ваала, и никого, похоже, замечать не собиралась. Когда же сын опустил ее с рук, все существо бывшего герцога пронзило словно молнией, отчего тот сгорбился, приложив кулаки к груди и стараясь восстановить дыхание. Стремительный с траектории движения Минмэй отошел, и теперь ничто не стояло между Ваалом и девушкой. Он поднялся на коленях, со смесью ужаса и благоговения наблюдая, как к нему медленно идет та, к которой необъяснимо тянуло до этого, и к которой сейчас его привязал неумолимый зов крови. Сомнений быть не могло: девушка беременна. И цикл с момента их последней встречи уже минул...она понесла от великого герцога Дальнего Предела! Как? Как это могло случиться? Ведь вот он - законный наследник - стоит поодаль и с сомнением наблюдает за удаляющейся от него ношей. Переживает? Боится, что Ваал с ней что-нибудь сотворит? Как же это возможно, когда Мина, сама того не ведая, одним своим появлением перевернула с ног на голову его привычный мир?
Ваал не мог побороть в себе смущение при виде подошедшей к нему и легкой, как пушинка, златовласки. Она смотрела на него сверху вниз без тени превосходства: было в ее взгляде, пожалуй, огромное облегчение от наконец-то состоявшейся встречи.
- Я скучала, Ваал...знаешь, как давно я по тебе скучаю? - промолвила она, и это стало последней каплей в чаше терпения герцога: он со стоном притянул к себе любимое существо, уткнувшись лицом в живот девушки, в чреве которой - он уже не сомневался в этом - уже начал расти его второй ребенок.
- Мина...как же это возможно? - с болью в голосе прошептал он, чувствуя, как глаза начинает щипать, словно в них оказался песок. В следующее мгновение, ощутив в волосах ее ласковое поглаживание и устремляясь к нему, как к самой желанной ласке, демон зажмурился от удовольствия. Когда же поднял глаза, чтобы встретиться со взглядом девушки, завыл раненым зверем. Он наконец-то все понял...
Иллюзия спадала постепенно, словно издеваясь над ним и оставляя неизменными только волосы и глаза. Да и как он сам не замечал столь поразительного сходства? Как не придал значения похожести имен? Еле заметная сеточка морщин вокруг глаз, нисколько не портящая воздушности образа...грудь чуть больше, именно такой она и была после окончания кормления Эсхаала. Святые демиурги...к нему с того света вернулась ОНА...
- Как возможно, что великий герцог вдруг смог всем сердцем полюбить человечку? - непривычные для Минмэй - и такие характерные для НЕЕ - хриплые нотки в голосе словно вернули в ту, самую незабываемую в его жизни ночь. Ночь, когда, намеренно принося боль, он в ответ получал только крики наслаждения. Ночь, в которую глупая человечка подарила ему вместе с сыном частичку своей души. Демиурги! За что ему все это?!
Сарказм в голосе и не вяжущееся с этим ласковое поглаживание сломали последние барьеры в сознании герцога: ОНА, это была именно ОНА! Вернулась к нему с того света и теперь решила забрать с собой? Что же это? Что творится в мире Пределов?
Ваал как-то странно захрипел, затем глаза его закатились, а в следующее мгновение, потеряв сознание, демон мешком свалился к ногам обнимавшей его совсем недавно девушки. Эсхаал мигом оказался рядом с уже привычной на вид матерью и с сомнением произнес:
- Думаешь, стоило до этого доводить? Ты на него, как снег на голову, свалилась. Эти игры демиургов лично у меня вызывают одно отвращение...
- Это было условием Базилура: он сохраняет мне жизнь, но взамен хочет видеть лицо Ваала, когда тот узнает о втором ребенке.
- Так это действительно правда? Демону достаточно просто полюбить, чтобы иметь возможность зачать не одно дитя? - к ним подошел задумчивый Андо, с любопытством разглядывающий воскресшую из мертвых мать Эсхаала.
- Просто? - улыбнулась женщина, и в глазах ее отразилась вся мировая тоска и одновременно надежда на будущее. - Непросто любить, когда знаешь, каким подлецом может быть мужчина, избравший тебя матерью своих детей. Непросто простить, когда у тебя отнимают единственного и желанного ребенка, а потом еще и бросают в темницу, словно ты отработанный материал. Непросто продержаться сотни оборотов Аурона на одном только упрямстве, пытаясь и себе, и целому творцу этого мира доказать, что твой мужчина способен на исправление... поверьте, милорд, любить - это совсем непросто. Впрочем... - она склонила голову набок, и Андо показалось, что смотрит женщина в самую его суть. - Мне кажется, вы знакомы с этим не понаслышке, так ведь?
Стремительный растерялся под насмешливым взглядом больших серых глаз. Ему, почему-то, показались детскими играми погони за Амаринэ и ее постоянное бегство от замужества. Сейчас, в свете рассказанного матерью лучшего друга, он по-новому стал рассматривать все ревнивые взгляды своей нареченной. Нет...больше ждать нельзя, только эту женщину он хотел видеть рядом с собой.
- Вы святая... - только и проговорил вслух повелитель металла, вызывая, как ни странно, на щечках женщины чуть заметный румянец.
- Просто когда заключаешь договор с демиургом, а потом спишь столько, что не единожды пересматриваешь собственную жизнь, начинаешь по-новому оценивать свои мысли и поступки. Поверьте, это не дается без труда, милорд. Это делается через боль и кровь. Ломать себя не так-то просто.
- Вам кажется, Ваал способен хотя бы на небольшую часть ваших страданий ради него? - с сомнением глядя на бывшего герцога, поинтересовался Стремительный.