Ожесточенный спор возник после выступления Чарлза Гилпина, заявившего, что «если казнь через повешение будет общепризнано вещью нечистой и невозможной, английский народ больше не потерпит ее». Чарлз Ньюдигейт, нападая как на аболиционистов, так и на сторонников закрытой казни, представил коллегам петицию, подписанную 3000 жителей Бирмингема, которые считали, что в своем всепрощении министр внутренних дел зашел и так слишком далеко. Гилпин внес поправку к законопроекту, гласившую, что «по мнению этой палаты вместо того, чтобы вершить смертную казнь в стенах тюрьмы, необходимо отменить ее вообще».
Философ и основатель Утилитаристского общества[13] Джон Стюарт Милль (в сороковые годы — откровенный аболиционист) выразил свое несогласие с поправкой Гилпина, и в обстановке шума и взаимных пререканий, неподобающих джентльменам, но и сейчас характерных для парламентских дебатов, поправка была поставлена на голосование. 127-ю голосами против 23 поправку отклонили; аболиционистская идея потерпела поражение. Однако основная мысль билля, предусматривавшего закрытую смертную казнь, получила поддержку парламентариев, и билль был принят.
29 мая 1868 г., за три дня до того, как билль получил королевскую санкцию, на виселице встретил свою смерть Майкл Баррет, фений[14], готовивший взрыв в Клеркенвелле. Как оказалось, эта казнь стала последней в Англии публичной казнью. Характерная для Колкрафта неуклюжесть вызвала насмешки толпы, которая подгоняла его криками: «Ну, давай же, висельщик! Взгляни в лицо человека, которого ты только что убил!»
Статьи нового закона предусматривали, чтобы казнь проводилась в той тюрьме, в которой преступник содержался в момент вынесения приговора. Ответственность за исполнение возлагалась на шерифа. При приведении приговора в исполнение должны были присутствовать: палач, тюремный надзиратель, тюремный врач и священник. Право присутствовать при процедуре распространялось на местных и других судей (по разрешению шерифа), на родственников приговоренного и на «некоторых других лиц». Тот факт, что этими «другими лицами» оказались, кроме всех прочих, газетные репортеры, стал постоянным источником крайнего раздражения для неунимавшихся аболиционистов. Их общее мнение выразил в своих мемуарах Фредерик Хилл[15]:
«Однако возбуждающий звериные чувства эффект от смертной казни уменьшился, но не исчез. Дешевые газетенки разносят репортажи о последней сцене боли и позора по всем далям и весям, и эти репортажи с упоением читаются теми, кто охоч до кровавых зрелищ».
В правила проведения смертной казни вскоре были внесены новые предписания, предусматривавшие обязательный после казни осмотр тела врачом, а также наличие сделанного в 24 часа заключения коронера[16] о смерти приговоренного.
Утром 13 августа 1868 года на эшафот взошел Томас Уэлл. Последние конвульсии молодого Уэлла не сопровождались криками возбужденной толпы. Это была первая победа в столетней борьбе, закончившейся, в конце концов, полной отменой смертной казни. В своей статье о казни Уэлла газета «Морнинг Эдвер-тайзер» предупреждала:
«Когда мы обращаемся… к сообщениям о том, с каким спокойным самообладанием преступник встретил свою смерть, мы не можем не думать о том, что вчерашняя казнь стала для него актом милосердия. Но это вовсе не означает, что мы примирились со смертной казнью как таковой, даже если она вершится наиболее гуманными методами».
Несмотря на непрекращавшиеся требования наиболее просвещенной части общества об отмене смертной казни, потребовалось почти 100 лет, чтобы мечта аболиционистов осуществилась. В 1965 г. парламент принял закон об отмене высшей меры наказания. Этот закон предусматривал «упразднение смертной казни за все обычные» преступления, но законодательство сохранило наказание смертной казнью за такое преступление, как государственная измена и некоторые военные преступления.
Б
БАСТИНАДО
На Востоке, особенно в Китае и в меньшей мере в Японии, широко распространена порка, называемая бастинадо. Порка осуществляется при помощи легких бамбуковых палочек, а удары наносятся обычно по ягодицам, в редких случаях по пяткам (в Турции — всегда). Не сила удара причиняет нестерпимую боль, а количество этих ударов. Сотни легких постукиваний в течение нескольких часов оборачиваются нестерпимыми мучениями для истязаемого, и бывали случаи, когда подобная порка заканчивалась смертью узника.
Ниже приводится рассказ очевидца, присутствовавшего при порке бастинадо, рассказ, который я отношу ко второй половине прошлого века:
«Толпа отхлынула назад и один человек из группы, стоявшей перед креслом судьи, театрально воздел руки к небу и испустил глубокий вздох. Прежде, чем мы успели понять, что происходит, несколько пар услужливых рук помогли ему снять штаны, а когда это было исполнено, ко всеобщему удовольствию, он лег на пол лицом вниз. Затем вперед выступил один из свиты судьи, в руках он держал бамбуковую палочку или скорее дощечку, отщепленную от этого славящегося своей твердостью растения. Дощечка была в три фута длиной, в два дюйма шириной и в полдюйма толщиной. Сев на корточки перед лежащим на полу человеком и держа дощечку совершенно горизонтально, он принялся наносить легкие частые удары по ягодицам жертвы. Сначала все происходившее выглядело скорее фарсом, поскольку удары были легкими, и тот, кому они доставались, был даже безучастным. Но по мере того, как удары продолжали сыпаться с монотонным постоянством, мне на ум пришла старая пытка, когда капли воды, с таким же постоянством капавшие на обритую голову жертвы, доводили ее до безумия. После нескольких минут легкого постукивания из груди жертвы исторгался глубокий стон. Я подошел ближе и увидел, что то место, куда сыпались удары, стало синим. Затем оно налилось кровью, и если вначале он лежал спокойно сам, то теперь его удерживали несколько человек. Толпа глазела на происходившее с широкими улыбками на лицах, время от времени испуская удивленное «Хай-йа!», когда жертва начинала извиваться и кричать от боли. А тем временем дождь ударов продолжал сыпаться, причем по силе удары оставались такими же, какими были вначале. Наконец, судья проронил какое-то слово, и пытка была остановлена. Узника подняли с пола, провели через двор и прислонили к стене. По известным причинам он еще «долго не сможет пользоваться стулом».
![Пытки и наказания image40.jpg](https://litlife.club/books/274963/read/images/image40.jpg)
Пытка каплями воды.
БЕРРИ, ДЖЕЙМС
Несмотря на свое призвание, которому немногие бы позавидовали, палач Берри, по отзывам, был добрым и мягким человеком, который, по иронии судьбы, наилучшим образом проявил свои добродетели именно на эшафоте. Все время своего пребывания в должности государственного палача Берри старался отточить свое искусство так, чтобы осуществлять казнь с наибольшей скоростью и эффективностью и чтобы она приносила как можно меньше страданий осужденному.
Джеймс Берри родился 8 февраля 1852 г. в Хек-мондуайке, графстве Йоркшир, учился в школе Ри Грин, недалеко от Литама, после окончания которой работал литогравером. В 1874 г. Берри поступил в городскую полицию Бредфорда. Именно тогда, совершенно случайно, в доме друга он повстречался с бывшим тогда государственным палачом Вильямом Марвудом. Марвуд произвел на Берри сильное впечатление, и без какого-либо воздействия со стороны палача Берри вдруг загорелся желанием самому овладеть этой «профессией». Не медля, он обратился с письмом к шерифам Лондона и Эдинбурга и 21 марта 1884 г. получил письмо от чиновника эдинбургского магистрата, приглашавшее его исполнять обязанности палача в Колтон-ской тюрьме, где 31 марта должна была состояться казнь двоих осужденных, известных как «горбриджские убийцы». Очевидно, Берри показал себя с лучшей стороны. По его собственным словам: «Тюремщики, врачи и даже газетчики признавали, что казнь была проведена насколько возможно гуманно и что бедняги вряд ли могли что-либо почувствовать. Осмотрев тела, врачи дали мне наилучшие рекомендации, отметив искусство, с каким я привей Приговор в исполнение».
13
Утилитаризм — доктрина, гласящая, что все действия должны быть направлены на обеспечение всеобщего счастья.
14
Фений — член тайного общества, боровшегося за освобождение Ирландии от английского владычества.
15
Frederick Hill, Autobiography of Fifty Years: Times of Reform, 1894.
16
Коронер — следователь, ведущий дела о насильственной смерти.