«Неужели Селезнёв от радости инфаркт получил, раз на время его болезни главному технологу поручили типографией управлять? – со злорадством подумал Фельцов. – Опять Лиде повезло: пока Селезнёв будет лежать в больнице, она полноправной хозяйкой в его доме будет, а потом он её простит, как и после первого инфаркта…»
Желая найти какую-нибудь дополнительную информацию про Селезнёва, он вбил в поисковик фразу «Селезнёв Андрей Сергеевич» и получил огромное количество ссылок: ведь фамилия Селезнёв - весьма распространённая. Перелопатив кучу информации, Фельцов нашёл сайт «Деловое Подмосковье», где была подробная информация обо всех более-менее крупных бизнесменах Подмосковья. И на этом сайте, читая биографию Селезнёва, он с удивлением прочитал, что Андрей Сергеевич больше года назад женился на Ирине Николаевне Пироговой, которая в настоящее время занимала должность председателя правления акционеров Подольской типографии.
Но ведь эта самая Пирогова была родной тёткой Лиды! Фельцов хорошо помнил эту простоватую пожилую тётку, которая работала не то учительницей, не то воспитательницей и постоянно хлопотала вокруг Лиды и Пети. Селезнёв что, с головой перестал дружить? Ладно, женился бы на молодой плодовитой девке, которая нарожала бы ему детей вместо умершего Кости, но какой смысл ему было расписываться с этой старухой? И зачем ему позориться, назначая эту бабу, ничего не понимающую в типографском деле, председателем правления своей типографии, часть акций которой Селезнёв зачем-то продал, а, иначе, откуда бы взялось это правление акционеров?
***
Фельцов ломал голову над этим вопросом больше месяца, почти каждый вечер заходя на сайт «Деловое Подмосковье» и в сотый раз читая там биографию Андрея Сергеевича, пока однажды, открыв сохранённую в закладках интересующую его страницу, не получил сообщение, что страница удалена.
Он решил, что адрес сайта изменился, набрал в поисковике фразу «Селезнёв Андрей Сергеевич» и начал по порядку просматривать найденные ссылки. «Вчера в Подольске состоялось заседание суда над Селезнёвым Андреем Сергеевичем…», «Пожизненное заключение – справедливое наказание для Селезнёва А.С.», «Респектабельный директор типографии Селезнёв А.С. оказался циничным убийцей и растратчиком» - вот только некоторые заголовки статей, которые сразу же попались на глаза Фельцову.
Открыв первую из этих статей, он прочитал о том, что вчера Подольский районный суд вынес обвинительный приговор Селезнёву Андрею Сергеевичу, который, занимая должность директора благотворительного фонда «Милосердие», постоянно занимался финансовыми махинациями в особо крупных размерах, а всех, кто хоть что-то узнавал про его незаконную деятельность, физически устранял, для чего нанимал своего помощника – Фельцова Арсения Кирилловича, который в настоящее время объявлен в международный розыск.
Дойдя до чтения этой фразы, Фельцов почувствовал, что его лоб покрылся испариной. Всё-таки прижала хвост Селезнёву очередная проверка контрольно-ревизионного управления, и он сразу же «заложил» и его, Фельцова! Да, не зря он так поспешно бежал из Харькова, бросив свой автомобиль, а то сидеть бы ему сейчас рядом с Селезнёвым на нарах, причём, тоже пожизненно, ведь убийство по найму – статья более, чем серьёзная.
А потом он прочитал о том, что за нецелевое использование средств благотворительного фонда «Милосердие» всё имущество Селезнёва было конфисковано.
«Да, недолго музыка играла, - ухмыльнулся про себя Фельцов. – И остались Лида с тёткой на бобах. Ну, ничего: пожили пару месяцев и хватит, будет о чём горевать всю оставшуюся жизнь, вспоминая огромный особняк Селезнёва и трату денег на всё, чего душа пожелает. Правда, у Лиды осталась её машина, причём, не из дешёвых, но ведь на бензин и техобслуживание этого автомобиля денег немало уходит, так что, скорее всего, продаст она его, а деньги эти они с тёткой проедят. Кстати, а как там сейчас Лида?»
И он набрал в поисковике фразу «Селезнёва Лидия Михайловна», надеясь найти резюме Лиды, если она ищет работу. Но, увы, слишком уж распространённая фамилия – Селезнёва, поэтому через полчаса безуспешных поиском Фельцов махнул рукой на свою затею и вернулся к чтению репортажей из зала суда над Андреем Сергеевичем. И, дочитав до конца первую попавшуюся статью, выругавшись, вскочил из-за стола, за которым сидел, и начал нервно ходить по комнате, сжимая кулаки от бессильной злобы.
Оказывается, Селезнёв переписал всё своё движимое и недвижимое имущество на Лидину тётку, для чего и женился на ней, как только понял, что его деятельностью в фонде «Милосердие» заинтересовалась милиция. Поэтому теперь Лида с тёткой – сказочно богатые бабы, которые могут позволить себе всё.
Фельцов задыхался от душившей его злобы: он сейчас в тесной съёмной квартире, работает на чужой машине, подобострастно подбирает каждого пассажира на трассе, чтобы заработать лишнюю гривню, а Лида в это время жирует на селезнёвские деньги. И, вполне вероятно, Лида опять сошлась с этим журналистом Кастальским, из-за которого и пришлось Фельцову бежать из России.
***
Он не мог успокоиться несколько дней, срывая свою злобу на ни в чём не повинных пассажирах: то музыку на полную громкость включал и делал её потише только после просьб пассажиров, то льготникам, которые ездили бесплатно, отказывал в проезде на своей маршрутке, утверждая, что у него в салоне уже есть льготник. А ещё ему очень нравилось останавливать маршрутку за перекрёстком, объясняя пассажирам, которые хотели выйти до перекрёстка, чтобы лишний раз не переходить дорогу с напряжённым движением транспорта, что так положено по правилам дорожного движения.
А через неделю, как обычно просматривая сайт Подольской типографии, Фельцов обнаружил, что вместо главного технолога Гальперина исполняющей обязанности директора типографии назначена Селезнёва Лидия Михайловна.
- Девочке захотелось в бизнес-леди поиграться, - с гадкой ухмылкой проговорил он, глядя в монитор. – Ну-ну…
Ему очень хотелось, чтобы Лида своим неумелым руководством разорила типографию, но он знал, что она – очень грамотный бухгалтер, поэтому злился ещё больше, представляя, как она начнёт загребать деньги, разобравшись со спецификой типографского дела. Через месяц на странице «Контакты» сайта типографии вместо записи «и.о. директора» появилась запись «Селезнёва Лидия Михайловна – директор типографии», а рядом был рабочий телефон Лиды и адрес её электронной почты.
- Не быть тебе, Лида, директрисой, - злобно проговорил Фельцов, глядя на фамилию Лиды на планшете. – После того, что я сделаю, ты не только из типографии своей на следующий же день сбежишь, тебе на улице нельзя будет показаться, тётке и сыну в глаза смотреть стыдно будет… И Кастальского своего тебе бросить придётся, будешь целыми днями сидеть одна в комнате, как в Харькове, только по вечерам к тебе никто уже, как я, не придёт…»