В работе с гражданским населением нужно как можно активнее привлекать волонтёров — как из числа местных жителей в очаге эвакуации, так и из числа жителей близлежащих селений, выразивших желание оказать содействие. Сильной стороной первых является знание местности и владение информацией об основных местах скопления, не успевших эвакуироваться, а также, зачастую — о минных полях, позициях противника и так далее. Сильной стороной вторых — высокая инициатива и решимость действий. В то время как местные волонтёры. как правило длительное время находившиеся под воздействием огня противника и различных лишений, в существенной степени психологически и физически истощены, те люди, у которых хватило желания и сил прибыть в другой город для оказания помощи местному населению, как правило, достаточно активны. Естественно, местных волонтёров надо распределять между группами не знающих города — как волонтёров, так и военнослужащих. Это существенно облегчит ориентирование и ускорит поиски.
Психика гражданских людей в такой ситуации, как правило, весьма сильно подавлена — в общении с ними крайне желательно избегать без необходимости излишней экспрессии в тоне и содержании команд, желательно подбадривать и успокаивать. При этом обязательно нужно иметь в виду, что каждый привлечённый на помощь доброволец — большое подспорье, однако если уж они досидели до крайних стадий эвакуации, то это скорее всего означает, что они — малоинициативные, нерешительные люди, и могут не проявить достаточного рвения помогать вам. В таких случаях нужно найти аргументацию, призванную привлечь их к сотрудничеству. Лучшим способом является отправить семьи мужчин в тыл, на пункт сбора беженцев, а им самим объяснить, что спасение населения — общий долг, и теперь, когда их семьи в безопасности, они должны помогать.
Обязательно необходим краткий инструктаж по способам поиска желающих эвакуироваться, эвакуации неспособных самостоятельно передвигаться и так далее: люди, проинструктированные чувствуют себя намного увереннее. Пару команд на построение: смирно, направо и так далее тоже успокаивающе действуют на психику (разумеется. без злоупотребления). Телефонная связь скорее всего будет заглушена (как всегда в очагах интенсивных боевых действий), а у местных аккумуляторы будут разряжены (электричества там, как правило, нет), поэтому координация усилий и руководство действиями — только через посыльных. Важным моментом является заранее обозначенный сборный пункт для желающих эвакуироваться в относительно безопасном месте недалеко от медпункта: необходимо, чтобы они сообщали о его месторасположении максимальному числу местных жителей. которых обнаружат. Даже в отсутствие какой бы то ни было связи эта информация распространится среди местных очень быстро, и искать придётся гораздо меньшее число — многие придут сами.
У эвакуирующихся местных мирных жителей необходимо активно собирать информацию о местах нахождения местных, желающих эвакуироваться, и при малейшей возможности оказывать им содействие.
Об особенностях взаимодействия с командованием и подчинёнными в условиях иррегулярных боевых действий можно написать целую книгу. Если говорить совсем кратко, в отношении командования они сводятся к тому, что чудовищный беспорядок на всех уровнях, отсутствие какой-либо (не говорю уже — нормально налаженной) службы тыла и боевого обеспечения, приводят к жуткому цейтноту и сильнейшему стрессу у командиров всех уровней. Учитывая это, чем меньше вы будете напрягать командировать (и больше задач решать самостоятельно) — тем лучше. Вторым важным фактором является жуткий дефицит нормальных людей на командирских должностях: на них крайне редко попадают не просто кадровые офицеры, но даже и просто нормальные люди. Самый распространённый вариант — калька с гражданского общества, когда на командные должности пролезают те, у кого есть деньги и привычка быть на денежных местах — спекулянты и воры всех мастей, которых по недоразумению в современном обществе именуют «бизнесменами» и «коммерсантами». Если в мирное время они своим неуёмным воровством и полным отсутствием какой-либо работы «на перспективу» поставили нашу страну на край гибели, то в условиях войны (напомним, «война — это та же самая мирная жизнь, просто сконцентрированная до предела») они, как правило, раз за разом губят свои подразделения, чаще всего — вполне осознанно, частично или в полном составе, ради получения какой-либо материальной выгоды. Самое печальное, что даже наличие военного образования и «кадрового» прошлого не гарантирует от этой напасти — в современном обществе, когда именно торгашеские способности являются мерилом всех добродетелей человека, таких достаточно и в регулярной армии. Простейший рецепт борьбы с этой напастью — тщательно выбирать себе командира. Как правило, в условиях иррегулярной войны имеется много возможностей (особенно для медика) перейти в то подразделение. которое кажется ему более достойным.
С подчинёнными, военнослужащими своего подразделения и так далее гораздо проще: будьте всегда честны и доблестны, ни в коем случае не пятнайте себе расхищениями гуманитарной помощи или мародёрством, в бою старайтесь быть всегда с пехотой, решительно и профессионально исполняйте свой долг — и заслужите любовь и уважение простых бойцов, а также младших командиров. Правда, отношения со старшими (см. выше) этим вы можете испортить — но это в случае, если не последуете совету выбирать их из числа возможно более достойных людей.
1.4. Профилактика и лечение основных заболеваний, наиболее часто применяемые медикаменты (теория).
Как показывает опыт, тактическому медику не обойтись в своей повседневной практике без умения оказывать помощь при наиболее распространённых в боевой обстановке заболеваниях, личного состава. Это, в порядке убывания распространённости: простуда, потёртости нижних конечностей, понос, гипертония, язва, заболевания сердечно-сосудистой системы, различные расстройства нервной системы вследствие боевого стресса (бессонница, депрессия, чрезмерное перевозбуждение) (рис. 7).
![Тактическая медицина современной иррегулярной войны i_008.jpg](https://litlife.club/books/274833/read/images/i_008.jpg)
Получают ранения, к счастью, гораздо реже, нежели страдают от данных расстройств здоровья. В лечении данных заболеваний, как ни в чём другом, отчётливо проявляется необходимость для тактического медика заранее планировать свои действия и обеспечивать себя всем необходимым для выполнения своих задач. Во-первых, я бы в самой минимальной степени рекомендовал полагаться на «траволечение» и «терапию подсобными средствами». Прежде всего потому, что в боевой обстановке зачастую довольно затруднительно отыскать их, и отправившись в неизвестной местности за «целебной ромашкой» можно легко найти «кардинально целебную, от всех болезней» мину. Во-вторых потому, что современный человек вообще плохо разбирается в травах, способах их приготовления и применения. В-третьих потому, что современная фармакология шагнула далеко вперёд, и большинство её препаратов обладают реально высокой эффективностью, а боевые действия — не самое подходящее место для сомнительных экспериментов. Лучше выбирать то, что реально работает.
В условиях иррегулярных боевых действий хороший тактический медик должен быть готов к тому, что у других подразделений, которые во время боевых действий будут действовать совместно с его группой или отрядом, военнослужащих, болеющих всевозможными заболеваниями, прежде всего из числа здесь перечисленных, будет достаточное количество, а своих медиков, скорее всего, не окажется. Стандартной ситуацией на пике боевых действий было, когда на сводный батальон приходилось три — четыре медика максимум. Отказ же в медпомощи бойцам других подразделений не только некрасив с морально-психологической точки зрения, но и банально вреден с прагматической точки зрения: скорее всего, вам с этими людьми ещё не раз совместно действовать. Они сформируют о вас своё мнение и будут делиться им в среде прочих военнослужащих. Уверенность пехоты в своей «медицине», как уже не раз было указано, основывается именно на таких случаях не в меньшей степени, чем на героизме, проявленной парамедиками на поле боя.