Какие еще виды магии помимо стихийных могут быть задействованы? Вряд ли в драконов закладывали умения в части магии смерти: очень уж опасное оружие. Магия жизни? Неясно. Магия разума? То же самое. Да чего там думать: нет данных ни по одному из видов магии, кроме тех, о которых известно достоверно. И вот еще что интересно: по всей видимости, мои родители — не универсалы. А таковые вообще встречаются? Если да, то насколько часто?
Сам факт, что вообще существует специализация в магии земли, стоит внимания. В военном деле это не особо востребованная магия. А вот в мирных целях…
С трудом дойдя до своей подстилки, я закрыл глаза и попытался почувствовать потоки вокруг себя. Так, это огонь, без сомнения. Вот видны нити водной магии: ручей‑то неподалеку. А это… слабые потоки, но вокруг… магия земли? Нет, воздуха, поскольку явно очень изменчивые нити. А эти, что справа, от магии земли, потому что именно там находится стена пещеры. Интенсивность восприятия одинакова. Я ощущаю несколько видов магии: стало быть, у меня есть шестые чувства. Значит ли это, что я универсал? Нет, не значит. Для оценки моих способностей явно недостаточно моего же суждения, нужен квалифицированный специалист. Попробовать навести изменение потоков? Ну нет, с моими силами пробовать не стоит. Хотя… если очень осторожно…
Пришлось пустить в ход силу воли. Пока не наберусь сил, такие опыты проводить нельзя. Я хорошо помнил слова, сказанные Саратом вскоре после нашего знакомства: «Маг — самоучка, вероятнее всего, убьется сам. Но может заодно убить других». Не совсем мой случай, я все же владею порядочным объемом знаний в магии. Но пока что рисковать нельзя.
Тогда план меняется. Наряду с упражнениями мускулатуры придется делать упражнения в магии. Хотя нет, это будут не упражнения, а проба сил. С этой мыслью я уснул.
Как всегда, реальность преподнесла сюрприз. По пробуждении и после завтрака старший брат начал мое обучение. Но предметом была не магия, а правила драконьей гигиены.
То, что в нашей пещере есть подобие канализации, я и так знал. Отхожее место являло собой дыру в полу, уходящую, надо думать, на склон. Отдать справедливость архитектору, создававшему пещеру: в эту дыру тек даже тоненький ручеек для смыва, что, впрочем, не устраняло вони полностью. Тут же я узнал, что при отправлении естественных надобностей чешуйки должны встать дыбом; на освоение этого действия понадобилось сколько‑то времени. А после посещения туалета обязательно омовение. Вот последнее мне понравилось больше всего. Правда, ванной не было, равно как горячей воды. Ну да ладно, это переживем.
Брат расхвалил мою понятливость и чистоплотность, после чего убежал. У меня же появился еще материал для размышлений.
Та чешуя, что защищает нижнюю половину тела драконов — она, выходит, также прикрывает, используя сугубо научные выражения, выделительные отверстия, а равно органы размножения, которых я вообще не видел, хотя интересовался. Если не ошибаюсь, в животном мире земли аналогов нет. А можно ли отличить дракону от дракона по особенностям фигуры? Неизвестно.
Поскольку материала для научного исследования было явно мало, я дошлепал до своего уголка и занялся дальнейшим исследованием магии. На этот раз учебным пособием служил я сам.
Что там в учебнике было? По университетским правилам изучение магии жизни начинается с анализа магических потоков в собственном теле. Видеть же их легче всего в конечностях. С них и начнем.
Закрыть глаза. Отключиться от внешних звуков. Полная сосредоточенность, насколько это вообще возможно для моего мозга. Вот рука… то бишь передняя лапа… что‑то такое имеется… есть!
Невообразимая мешанина. Разобраться невозможно. Впрочем, это лишь кажется, что невозможно. Но я‑то к этой трудности готов. Точнее, составители учебников меня подготовили. До некоторой степени.
Сразу же выявились две трудности. Первая заключалась в недостаточном знании анатомии драконов: информации о том, что у меня имеются кости, мускулы, нервная система и внутренние органы, явно мало. Второе же препятствие было совершенно неожиданным. Я‑то наивно думал, что энергия мага расходуется лишь при воздействии на потоки. Как бы не так! Даже простое наблюдение за ними утомляло. В учебниках об этом ничего не говорилось. Тут могло быть два объяснения: либо при моей крошечной магической силе расход энергии даже на простое наблюдение достаточно значим, либо незрелый мозг просто не в состоянии сосредоточиться на одной задаче в течение долгого времени. В любом случае средство одно: тренироваться и тренироваться! И при этом регулярно менять вид магии — может быть, уставать буду меньше. Да, и ходить побольше.
И тут до моих ушей… нет, не так, у драконов нет наружных органов слуха… короче, до меня донесся разговор. Это были мой брат Саррод и отец.
— Пап, я сегодня учил Стурра мыться.
— Ррфф?
— Понимаешь, он как‑то очень странно моется.
На этот раз папенька снизошел до речи:
— Странно?
— Он не вырывается, хотя вода холодная. И не завывает. Он не расплескивает ванну. Он… если хочешь знать, моется, как ты.
Глава семьи не задумался над репликой.
— Я уже заметил: твой младший брат развивается очень быстро. И не вижу в том ничего плохого. Кхрм!
— Все равно… как‑то это не так.
Подслушанное стоило хорошего обдумывания.
Пока что я не спалился, но осторожность точно не повредит. А на чем я могу сгореть? Быстрое освоение речи? Чушь. Такое бывает. Быстрое усвоение магии? Это опаснее, особенно, если я вдруг окажусь более образованным, чем наставник. Правда, для этого надо иметь наставника. А просто использование магии? Это само по себе не криминал, но лишь в дозволенных пределах. Значит, надо узнать, какие это пределы. Наверняка ведь дракончики пробуют свои магические силы самостоятельно. Но все же лучше подальше от любопытных глаз. Возможно такое? Да, но в пределах этой пещеры и в отсутствие родственников. А в детском саду — или что там у них есть — и тем более в школе о таких делах забыть напрочь. Иначе неизбежен скорый провал. Известно, что дети — самые лучшие контрразведчики. Где еще меня ждет палево? В знаниях, вот где. Если вдруг окажется, что знаю нечто, что другие не знают… ведь и на умные книги не сошлешься. У драконов книг почти наверное нет. Во всяком случае, в пещере нет… Стоп. Есть одно место, которое я не обшарил: «чердак». То самое отверстие под потолком, до которого мне не добраться, пока не научился летать. Лестницы в пещере точно нет, в этом могу поклясться. А еще я ни разу не видел, чтобы в него вообще кто‑то полез, хотя размеры входа подходят даже под рост взрослого дракона.
Выводы? Набраться терпения и продолжать тренировки: мускулы, реакцию, координацию. И всеми силами набираться знаний. Это значит: быть тем самым несносно любопытным Слоненком. Есть, конечно, риск, что приобрету хобот вместо носа, но с этим смирюсь.
Со следующего утра я начал проводить в жизнь задуманное. Почти начал. И тут же усвоил умное, необычайно емкое, многозначительное и поучительное слово «нельзя». Объяснено он было до последней степени доходчиво — чисто физическими методами.
Для начала нельзя было выходить из пещеры без присмотра старших (хотя бы сестры). А у меня не хватало авторитета в семье, чтобы организовать такой присмотр по своему желанию. Конечно, ребеночка регулярно выгуливали, но… хотелось большего. Приходилось довольствоваться тем, что есть. Ничего, я посчитал это обстоятельство за тренировку терпения. Имевшихся прогулок мне хватало, чтобы якобы бездумно носиться по площадке перед входом в пещеру, отбегать направо и налево от воображаемого препятствия (или врага) и деятельно махать хвостом, стараясь попасть в намеченную точку на стене. Это я изображал охоту на насекомых.
Еще нельзя было приставать к отцу, когда тот отдыхает. Для этого надо было улучить удачную минутку. Но я твердо знал, что как раз он самый лучший (в смысле безопасности) источник информации. Глава семейства почитал ниже своего достоинства задумываться над странностями в поведении младшего сына.