Принимая это решение, Гот не знал, что в то же самое время советская сторона запланировала перейти 12 июля из района Прохоровки в наступление силами выдвигаемых туда из резерва Ставки 5-й гвардейской (генерал А. С. Жадов) и 5-й гвардейской танковой (генерал П. А. Ротмистров) армий. Основной удар наносила 5-я гв. танковая армия. Ей ставилась задача, совместно с атаковавшей западнее Обояни 1-й танковой армией Катукова, взять в клещи и уничтожить передовые части армии Гота. Этот удар Воронежского фронта наносился одновременно с началом советского наступления в районе северного участка Курской дуги.
Пока 5-я гв. ТА направлялась к месту боя, три танково-гренадерские дивизии 2-го тк СС («Мертвая голова», «Лейбштандарт Адольф Гитлер», «Рейх») двинулись 10 июля на Прохоровку. Путь к Курску через Прохоровку был длиннее. Но немцы рассчитывали, что советская оборона здесь слабее. Они планировали прорвать ее и выйти на оперативный простор. В реальности же лучшие танкисты Третьего рейха шли навстречу битве, которая остановит последний порыв «Дранг нах Остен».
За 2 дня жестоких боев испытанные бойцы Хауссера преодолели лишь 3–5 км. Но они верили в успех и неуклонно пробивались к Прохоровке. Приблизившись к ней, 2-й тк СС занял рубежи, с которых намечалась атака 5-й гв. ТА. Та уже подошла к поселку и рассредотачивалась по исходным позициям. Ротмистрову пришлось менять план атаки. Для нее он выделил четыре танковых корпуса (560 танков). В резерве осталось еще 228 танков, чтобы развить успех наступления. Хауссер имел 293 танка. Соотношение сил накануне Прохоровского сражения приведено в таблице (см. таб. на с. 267).
Утром 12 июля советская танковая армада рванула вперед на фронте в 15 км. Главный удар пришелся по центральной дивизии «Лейбштандарт». На нее обрушились 29-й и основные силы 18-го корпуса. Южнее наступали 2-й и 2-й гв. корпуса. Танки с обеих сторон поддерживали: пехота, авиация, артиллерия. Это была битва всех родов войск.
2-й танковый корпус СС | 5-я гвардейская танковая армия | ||
Дивизии СС* | Танки и штурмовые орудия | Корпуса* | Танки и самоходные орудия |
«Мертвая голова» | 121 | 18-й | 190 |
29-й | 191 | ||
«ЛАГ» | 77 | 2-й | 59 |
2-й гв. «Тацинский» | 120 | ||
«Рейх» | 95 | 5-й гв. механизированный | 228 |
Всего | 293 | Всего | 788 |
* Перечислены в расположении с севера на юг.
«Они атаковали нас утром. Они были вокруг, над нами и среди нас. Мы дрались врукопашную, выскакивали из окопов, чтобы швырнуть магнитные гранаты во вражеские танки, прыгали на свои бронетранспортеры, чтобы попасть в любой танк или солдата врага, какой только удавалось заметить. Это был ад!» — вспоминал комвзвода штурмовых орудий унтерштурмфюрер Гюрс.
Из-за превосходства брони и вооружения новейших немецких машин легкие и средние танки 5-й гв. ТА (они бились под Прохоровкой) искали успеха в ближнем бою. Но их лишил преимуществ маневра переход немцев к обороне. Толстая броня, мощные орудия, хорошие прицелы позволяли немцам точно стрелять на дальних дистанциях, без особого ущерба от огня атакующих.
Из-за неразвитой связи действия советских танкистов были слабо согласованы. Радиопередатчик имел командирский танк. Другие обычно имели приемники и не могли общаться по рации. Неразбериху усилил новый план наступления, изменивший взаимодействие частей, их дислокацию, график артподдержки. «Не было ни времени, ни места оторваться от противника, выстроить боевой порядок или сражаться организованно в составе своей части», — сетовал Ротмистров.
Все это превратило поражающий масштабами удар в ряд сумбурных, часто разрозненных атак. К вечеру бои на центральном участке стихли из-за крайнего утомления войск. 29-й и 18-й корпуса не смогли сокрушить фронт «Лейбштандарта». Но немецкий прорыв через Прохоровку они все же предотвратили.
Главная опасность возникла на флангах 5-й гв. ТА. Так, в 20 км к югу от Прохоровки части группы «Кемпф» (3-й тк) прорвались на участке 69-й армии. Это вынудило 2-й гв. корпус прервать атаку на левом фланге и развернуть основные силы навстречу этой угрозе. В помощь ему Ротмистров направил часть резервов. На другом фланге «Мертвая голова» нанесла после полудня таранный удар, угрожая обойти Прохоровку с севера. Туда были брошены остальные резервы. С задуманным наступлением Ротмистрову пришлось распрощаться. В результате своего контрудара 5-я гв. танковая армия утратила наступательную мощь.
Успешней действовала 1-я танковая армия Катукова. Она прорвала оборону 48-го танкового корпуса и овладела рядом населенных пунктов. Хотя ей также не удалось достичь намеченной цели, но ее удар разрушил планы Кнобельсдорфа пробиться к Обояни.
В тот день под Прохоровкой сражалось (с учетом ввода резервов и 3-го тк группы «Кемпф») порядка 1200 танков. Это была одна из крупнейших танковых битв. Но это не был единый классический бой. Прохоровка стала сплетением разновекторного натиска, часто неожиданных столкновений и не связанных атак на больших, удаленных друг от друга территориях.
По советским данным, 5-я гв. ТА потеряла ок. 300 танков (особенно пострадал 29-й корпус, лишившийся 60 % машин). Такой крупный урон объясняется недостатками подготовки и обеспечения наступления, преимуществом немцев как обороняющейся стороны, высоким уровнем их техники и тактических навыков.
О немецких потерях точных сведений до сих пор нет. Советские источники завышают цифру до 350 танков. Немцы подчас занижают свой урон до нескольких танков. По ряду оценок на основе немецких отчетов 2-й тк СС потерял 60–70 танков. Он сохранил атакующий потенциал. На 13 июля Хауссер намечал: совместный удар «Мертвой головы» и «ЛАГ», соединение правофланговой дивизии «Рейх» с группой «Кемпф» для прорыва к Прохоровке с юга.
Итак, 12 июля не стало днем одновременного советского наступления на Курской дуге. Если на севере Центральный фронт начал Орловскую наступательную операцию, то на юге перелом не наступил. Немцы не только отразили удар Воронежского фронта, но и готовились продолжить натиск на прохоровском направлении. Прибывший 13 июля в Ставку фюрера «Вольфшанце» Манштейн просил выделить ему резервный 24-й тк, как последний шанс успешно завершить битву. Но Гитлер больше не верил в успех «Цитадели».
На то имелись веские основания. На севере удар провалился, и немцам приходилось уже обороняться. На юге наступление частично продолжалось. Но оно не походило на былые блицкриги, а скорее напоминало гонки улиток. Оказалось, что хорошо подготовленная пехота, совместно с танками и авиацией, может остановить танковый блицкриг. Этот «меч-кладенец», которым немцы добывали победы в 1939–1942 годах, был разбит под Курском советским солдатом.
Отныне вермахт нуждался в новых дивизиях уже для сдерживания натиска. И не только на севере Курской дуги, но и в Сицилии, где 10 июля высадились союзники. При такой ситуации Гитлер решил закончить «Цитадель». Манштейн получил не резервы, а лишь разрешение нанести последние удары.