Отчасти подобная ситуация была вызвана просчетом германского командования, полагавшего, что зимой 1945 года советские войска нанесут два основных удара: главный — через Венгрию и Чехию и второй — в Восточной Пруссии. Гитлер рассчитывал, что Красная Армия, понеся в 1944 году огромные потери, будет неспособна на общее наступление. Советский удар на Висле ожидался, но с ограниченными целями. В результате плотность сил и средств на варшавско-берлинском направлении оказалась в 1,5–2 раза ниже, чем в среднем на советско-германском фронте.
Недостаток сил на данном направлении компенсировала грандиозная оборонительная зона из 7 полос капитальных фортификационных сооружений, созданная в основном трудом военнопленных. Первая линия обороны проходила по Висле, а последняя располагалась за Одером. Таким образом, глубина висло-одерского оборонительного района растянулась до 600 км. Она была достаточна, чтобы вести эффективную позиционную войну и измотать в оборонительных боях любую армию. Впрочем, войска занимали лишь первый вислинский рубеж обороны глубиной до 70 км. Остальные рубежи предполагалось занимать по мере отхода и подтягивания резервов, изматывая и обескровливая наступавших. На этих ощетинившихся сталью и бетоном рубежах Гитлер планировал остановить Красную Армию, утопив ее наступательный порыв в море крови. Однако советские войска опрокинули эти расчеты.
С сокращением линии советско-германского фронта (примерно в 15 раза по сравнению с началом 1944 г.), которое позволяло немцам создавать более жесткую позиционную оборону, ударная техническая мощь советских вооруженных сил приобретала все большее значение.
Соотношение сил и средств на советско-германском фронте (январь 1945 г.)
Германия | СССР | |
Численный состав войск (млн чел.) | 3,1 | ок. 6 |
Орудия и минометы | 28 500 | 91 400 |
Танки и САУ | 4000 | 11 000 |
Самолеты | 3400 | 14 000 |
Особенно плотной была концентрация советских войск на плацдармах за Вислой. Так, на Магнушевском плацдарме был сосредоточен ударный кулак, включавший 52 процента всех пехотных и 71 процент всех танковых частей 1-го Белорусского фронта. Рекорд же побил Сандомирский плацдарм, где на площади до 70 км в ширину и до 60 км в глубину разместилось 7 армий. Здесь было сосредоточено 89 процентов всей артиллерии и 100 процентов всех танков 1-го Украинского фронта.
12 января 1945 года Красная Армия перешла в наступление, которому предшествовала мощная артподготовка. На участках прорыва огонь вело по 250–300 орудийных стволов на 1 км. В данном смысле начало Висло-Одерской операции можно назвать «артиллерийским наступлением». Получая достаточное количество боезапасов, советские орудия могли вести ураганный обстрел по типу огненного вала, который, чередуясь, переносился от переднего края немецкой обороны в ее глубину.
В прорыв, вслед за огненным валом, обгоняя передовые ударные части пехоты, двинулся первый эшелон танковых соединений, плотность которых была не менее внушительной — по 80–115 танков на 1 км. Первая танковая волна, не задерживаясь, проходила передовой рубеж и сразу атаковала вторую линию обороны. Второй эшелон танков, поддерживаемый пехотой, подавлял живую силу на передовом рубеже. За первым эшелоном пехоты следовал, поддерживая его, второй. Если темп натиска первого эшелона замедлялся, второй эшелон продолжал наступление через его боевые порядки. Третий эшелон довершал работу предыдущих. При благоприятных обстоятельствах он сам мог провести охватывающий маневр в глубину обороны. В известном смысле это было повторение в новых условиях брусиловского метода «атаки перекатами».
Эффект от удара превзошел все ожидания. Отчасти это произошло из-за того, что немцы подтянули резервы поближе к передовой, и они оказались в смертельной зоне губительного огня артиллерии. Поэтому уже при первом мощном ударе оказались разгромленными не только дивизии первого эшелона, но и достаточно сильные резервы. Это привело к крушению всей системы немецкой обороны и позволило советским войскам почти сразу выйти на оперативный простор.
Пробил час великого советского прорыва в центр Европы. Быстрый разгром немецких войск и наличие крупных подвижных резервов у Красной Армии обеспечили ее стремительное продвижение вперед (по 25–30 км в сутки). Она бесповоротно выиграла темп наступления, не дала немцам прийти в себя и закрепиться на промежуточных рубежах. Этому способствовала довольно разветвленная сеть дорог за Вислой. На отдельных участках танки проходили до 70 км, а пехота до 50 км в сутки.
В результате немцам не удалось навязать советским войскам губительную позиционную войну. «Русское наступление за Вислой развивалось с невиданной силой и стремительностью, — писал немецкий генерал Ф. Меллентин, — невозможно описать всего, что произошло между Вислой и Одером в первые месяцы 1945 года. Европа не знала ничего подобного со времени гибели Римской империи».
На пятый день наступления была освобождена Варшава, а всего за 23 дня этой операции армии Жукова и Конева продвинулись вперед на 500 км: заняли Краков, окружили крупную немецкую группировку в Познани. Это были беспрецедентные для зимы темпы наступления. Зимний блицкриг был обеспечен возросшим уровнем качества и надежности советской бронетехники, способной без серьезных поломок проходить в сжатые сроки сотни километров. К концу января советские войска вышли к Одеру. Первыми с ходу форсировали полузамерзшую реку бойцы 5-й ударной армии (генерал Н. Э. Берзарин). Когда передовой отряд 5-й ударной армии ворвался на тихие улочки левобережного городка Кинитц (в 70 км от Берлина), там никто не ожидал появления советских войск.
3 февраля три небольших плацдарма южнее Кюстрина захватили также части 8-й гвардейской армии (генерал В. И. Чуйков). Здесь наступление советских армий, сила удара которых находилась уже на излете, завершилось.
Хотя стратегические перспективы были крайне заманчивы, сформировать в тот момент мощную группировку для удара на Берлин оказалось невозможно. Здесь вступил в силу закон стратегического перенапряжения. Передовые соединения далеко оторвались от баз снабжения, которые находились восточнее Вислы. Из-за разрушения железных дорог горючее и боеприпасы приходилось за сотни километров подвозить автотранспортом. В то же время немцы, несмотря на тяжелое поражение, отнюдь не теряли боеспособности и готовились драться до конца, особенно на подступах к своей столице. Перед вышедшими к Одеру советскими войсками находился наиболее мощный из встречавшихся прежде укрепленный район, взять который с ходу представлялось малореальным. Его изучение требовало проведения серьезной разведки, на что нужно было время.
Кроме того, в ходе наступления у 1-го Белорусского фронта образовался открытый правый фланг, над которым нависала немецкая группировка в Восточной Померании. Вырвавшиеся к Одеру части оказались в опасном положении — спиной к померанской группировке немцев. Когда же германское командование направило в Восточную Померанию крупные силы для нанесения флангового удара по выдвинувшимся к Одеру частям, Жуков успел разгадать данный замысел и развернул значительную часть своих войск фронтом на север. В феврале войскам 1-го Белорусского фронта пришлось отражать контрудары немецких войск из Восточной Померании, а также сдерживать сильный натиск немецких соединений, переброшенных в район Одера.