-Я уже ездила. Мне никто не открыл – сказала она – И теперь я волнуюсь.
Я тут же начала продумывать все возможные варианты, что же могло случиться. А вообще должна ли я о ней беспокоиться? Сколько раз она мне позвонила с того раза, как я забрала из дома свои дневники? Ни разу. Она избегала встреч со мной, и мне следует делать тоже самое.
Но она была одна. И я за последнее время очень изменилась.
-Я ее проверю и вам перезвоню – я откинула одеяло и встала с постели.
-Спасибо, дорогая, я буду ждать – и она повесила трубку.
Достав из шкафа белый сарафан, я убежала в ванную, оделась и расчесала волосы. Взяв сумочку, и одев часы, подаренные Джексом, я вышла в коридор и начала обувать сандалии – Мэдок? – крикнула я – Можно мне взять твою машину?
-Нет!
-Спасибо – сбежала вниз по лестнице, взяла со стола ключи Мэдока и вышла за дверь.
В одном я была благодарна Джексу, за то, что научил меня ездить на механке. Ведь эти парни только на ней и ездили.
Поездка от моего дома, до дома моей матери заняли примерно 20 минут, и как бы не было тяжело не газовать на этой машине, но я не спешила, наслаждалась поездкой.
На самом деле, я не беспокоилась о матери. Она всегда могла о себе позаботиться.
Но по правде говоря, я никогда не волновалась о своей матери. Ее присутствие было чем то статичным, как лампа или машина и я не задумывалась есть ли у нее своя жизнь, пока не встречала ее. Чем она занималась когда я училась в колледже? О чем она думала, когда оставалась одна? Кто ее обидел, что она стала такой холодной?
И сейчас, впервые в жизни, кто о ней забеспокоился.
Вывернув на подъездную дорогу, остановившись возле дома, я вышла из машины и достала ключи из сумочки. Впереди меня маячили входные двери. Я поднялась по лестнице, и открыла ключами входную дверь, тут же увидела гору писем на полу и столике у входа.
Какого черта?
Я осмотрела по сторонам, на первый взгляд все остальное в норме. Чистый дом, отполированные полы, вроде все как всегда. Вот только посреди коридора стоял пылесос.
Не считая этого и почты, остальное было в порядке. Должно быть ее не было в городе, и прислуга просто складывала полученную почту на столике.
Я немного расслабилась.
Ну, с моего последнего визита … У меня все еще оставалась тут кое какая одежда, некоторые вещи отца, и если я сейчас быстро соберу свою коллекцию винтажных книг о Нэнси Дрю, то вовремя приеду на вечеринку Мэдока и Фэллон.
Я положила сумочку на стол, и в припрыжку поднялась по лестнице. Я толкнула дверь своей комнаты и застыла и затаила дыхание – Мама?
Одетая в голубой халат, она лежала на кровати, свернувшись в позу эмбриона, и как я потом разглядела, глаза ее были открыты. Что она делала в моей постели?
Ее взгляд был устремлен на стену перед собой, и казалось, она не замечает ничего вокруг, но затем она моргнула и посмотрела на меня.
Грусть в ее карих глаза просто поразила меня. Это не моя мать.
Ее всегда аккуратно уложенные волосы сейчас были собраны в небрежный хвост, часть прядей закрывала ее лицо, и ранее гладкая кожа на лице и шее, сейчас без труда выдавала ее возраст и ее состояние.
И она плакала. Много.
Она опустила взгляд, и я смотрела как она пыталась подняться на дрожащих руках. Она едва держалась на ногах. Ее огромные глаза были уставшими, и мне сдавило горло, при виде ее несчастного лица.
-Мама? – прошептала я.
И этого слова хватило, чтобы она снова потеряла самообладание. Она залилась слезами, закрывая лицо руками, я же стояла не понимая какого черта здесь происходит, и не сон ли это. Мое сердце было готово разорваться на пополам.
В моих глазах тоже появились слезы. Это все не по настоящему. Она притворяется.
Но мама лежала на кровати, всхлипывала, и я лишь качала головой, отрицая все происходящее. Я понятия не имела, что надо сейчас делать.
А затем я посмотрела на прикроватную тумбочку. Там стояла фотография папы и меня. Меня. Джульетты, не Кейси.
Мне было 10, он отвел меня на ярмарку, тайком от мамы, как раз в один из его приезд из больницы. Эта фотография стояла в его больничной палате, и я не знала что с ней случилось после его смерти.
Она была у мамы.
Затем я увидела еще одну фотографию. Она была выцветшей и старой. Подняв ее я увидела на ней маленькую девочку, рядом двух взрослых. Это была моя мама со своими родителями. Ее отец был в костюме и стоял позади жены, которая сидела в кресле, аккуратно сложив руки на коленях. Моя мама, ей здесь лет 12-13, стояла по другою сторону. Ее не обнимала. И никто не улыбался.
Я посмотрела на нее, видя как она убрала руки с лица, но голову так и не подняла, она плакала вцепившись руками в халат.
Я моргнула, позволяя слезе скатиться по щеке. Я не знала что надо делать.
Я не любила свою мать, я ее даже не знала.
Но видя ее сейчас, ее поломанную жизнь, как груз ошибок давил на ее плечи, я почувствовала отчаяние, которое она сейчас испытывала. Как же ужасно наконец понять, как далеко ты зашла, и обратной дороги уже нет. И как же наверно больно, когда твоя жизнь полна сожалений и осознаний, что прошлого не вернешь и ничего не исправишь.
Из-за ее злобы, порицаний, и холодности, она потеряла все что у нее было в жизни, и сейчас я была счастливее ее. Я не боялась ее, и я могла спокойно развернуться и уйти, ничего при этом не потеряв. Но я не ушла.
Я села рядом с ней на кровать, и ждала пока она не выплачется.
****
-Привет – Тэйт упала на диван рядом со мной – Где ты был?
-Съездила в ад и обратно – бормотала я, отпивая свой коктейль- Ты же знаешь, занималась обычными делами.
После того, как моя мама успокоилась, я помогла ей принять душ, переодела в чистую пижаму, и приготовила ей сэндвич.
За все это время она не произнесла ни слова, и после того как она легла, на этот раз d своей комнате, я дождалась пока она не уснет.
Завтра я снова к пойду, и если она заговорит, и скажет мне какую-нибудь гадость, то я уйду. Но мне придется возвращаться, проверять ее состояние, поэтому я должна быть сильной.
-Так где твой папа? – я спросила у Тэйт, оглядывая ее с ног до головы, она была вполне расслабленной.
Она выдохнула – Самолет задержался. Он только недавно приехал.
Я прищурилась, внимательно глядя на нее – Тэйт, ты что уже напилась?
Она хрюкнула, словно я сказала что то смешное, и я оглянулась и увидела Джареда, он сидел на стуле, взгляд его был отрешенным, и он пил. Рядом с ним сидела Аура и что то рисовала на его бицепсе, на том, который еще не был покрыт татуировками. С тех пор как она стала нашим личным тату-мастером, она часто зависала с нами. Но мне было непривычно видеть Джареда пьющий, а Тэйт…
-И ты тоже напилась? – дразнилась я, все еще чувствуя легкую неуверенность.
-Я не пьяная – ответила Фэллон, упавшая на диван, по другую сторону от меня. – Я слегка и немного незаконно подвыпила вместе с отцом, который стоит вон там, но я определенно не пьяная.
Они с Тэйт засмеялись, и я улыбнулась, высматривая через стеклянные двери мужчину, на которого она указывала пальцем. Ее отец, известный как Киаран Пирс, начальник Джекса, не выглядел таким уж устрашающим, каким я его себе представляла. Светло каштановые волосы, чуть длинные, но элегантно уложенные, на нем была классическая рубашка с расстегнутым воротником, и черные слаксы, и он больше походил на картинку из каталога Ральфа Лорена.
Поднеся бутылку к губам, я тихо засмеялась – Похоже я немного отстала от вас. Придется наверстать.
Я приехала к Мэдоку только час назад. После того, как я уехала от матери, было уже после обеда, и к тому времени как я появилась на вечеринке, родители заняли бар в подвале, позволяя молодежи веселиться на бассейне.
- Пойду возьму себе еще выпить – проговорила я, вставая. Оставив девочек на диване, я пошла к маленькому холодильнику, который стоял между стеной и бассейном. Мне нравился этот дом, и как богато и со вкусом он был обставлен.