— Ну что, красавица Марианна, — прошептал он, подходя к ней ближе. Ей даже показалось, что слишком близко. Неожиданно провел рукой по черным кудрям и простонал: — Ты сводишь мужчин с ума. Ты знаешь об этом?
Марианна, испугавшись, замерла. Ей не хватило мужества даже для того, чтобы повернуться и сбросить руку этого бесстыжего типа.
В зеркале за ее спиной возникло его лицо с дьявольской ухмылкой.
— О, прости, неприкосновенная, но так уж вышло, что я тоже схожу с ума по тебе. Только не делай вид, будто не знала этого. Смотри, сегодня в салуне будет несколько владельцев шахт, и босс настаивает на том, чтобы танцевать с тобой и… — Он рассмеялся. — Видишь ли, он, как и все, в восторге от тебя.
— Никогда! И для тебя я по-прежнему Марианна!
— Я также считаю, что изысканному господину нужно удовольствоваться Фридой. Но послушай, дитя мое, ты уже не маленькая девочка. Ты женщина. Да еще какая! Роскошная! Те парни там, внизу, уже не хотят просто слушать твое пиликанье, хотя играешь ты хорошо. С тех пор как ты стала еще и петь, мужчины буквально падают к твоим ногам.
Он положил обе руки на ее обнаженные плечи, но оцепенение Марианны сменилось чистой и незамутненной яростью. Она молниеносно схватила его за руки, оттолкнула прочь и отвесила ему сильную пощечину.
— Ай! Ты что, спятила? — испуганно воскликнул он.
Марианна сердито сверкнула глазами.
— Ты давал мне слово чести!
Он потер щеку и усмехнулся.
— Я не свинья, и ты это знаешь. Я всегда обращался с вами хорошо, но когда они шуршат купюрами… Так уж вышло, что мужчины здесь главные.
— Что это значит? — крикнула Марианна, впившись в него взглядом.
— Сладкая моя, у меня есть для тебя предложение. Никто не будет трогать Марианну, если ты будешь под моей личной опекой.
Марианна вопросительно посмотрела на мужчину.
Вальдемар откашлялся.
— Если хочешь, сходим сначала к мировому судье и возьмем бумажку.
— О чем ты говоришь?
— Если будешь моей женой, никто тебя не тронет. Тогда все будут довольствоваться Фридой.
— Но ты… ты будешь меня трогать, верно? — нарочито спокойно поинтересовалась Марианна.
Он рассмеялся.
— Это будет, так сказать, мой супружеский долг.
Обуреваемая гневом и стыдом, Марианна густо покраснела. Она одним прыжком оказалась у него за спиной, полезла под кровать, вытащила и прижала к груди свое сокровище — деньги, которые ей удалось скопить.
— Что это значит? — строго поинтересовался Вальдемар.
Марианна не ответила. Взяла чемодан и стала бросать туда вещи. Кроме тех платьев, которые подарил ей Вальдемар.
— Что это значит? — повторил он. Теперь в его голосе звучала угроза.
— А на что это похоже? — ответила она, спокойно продолжая складывать вещи.
И только когда он железной хваткой сжал ее запястья, она поняла, что не приняла в расчет его уязвленное мужское достоинство.
— Значит, ты, грязная мерзавка, предпочитаешь слинять, нежели пойти за меня замуж? Я никогда еще не предлагал женщине замужество! А ты посмела наплевать на мое предложение!
Не успела она собраться с мыслями, как он уже отнял у нее деньги.
— Ты совершенно не заслужила моего расположения. И я не должен тебя умолять. Ты принадлежишь мне, хочешь ты того или нет. Без единого пенни ты отсюда никуда не сбежишь. Вокруг нас сплошные прерии. Пойдешь туда — только ядовитых змей порадуешь. Так что слушай меня: я дам тебе немного времени, режим будет щадящий. Пока что мужчины будут только танцевать с тобой…
— Нет…
Больше девушка не сказала ни слова, поскольку Вальдемар так сильно схватил ее за волосы, что она вскрикнула от боли.
— Радуйся, что я не побил тебя! А теперь — вперед! Спускайся в салун, Марианна, и не забывай улыбаться!
— А если я буду танцевать с мужчинами, ты отпустишь меня?
— Посмотрим. Может быть, ты все же захочешь стать моей женой, — легко согласился он.
Казалось, Вальдемар снова был уверен в себе. Не успела Марианна слова сказать, как он запрокинул ей голову и сорвал с ее губ поцелуй. А затем, отпустив, с усмешкой произнес:
— Ты ведь не наделаешь ошибок, правда?
Вальдемар не сводил глаз с Марианны. В прокуренном салуне, как всегда, поднялся шум, когда она начала играть на шарманке. Обычно мужчины собирались вокруг нее и подвывали. Сейчас один из них пригласил Фриду, которая как раз вернулась. Впрочем, подруги еще не успели перекинуться и словом, но Марианна заметила, что глаза у Фриды сияли, а кожа была розовее обычного.
Марианна надеялась, что в этот вечер танцевать не придется, но тут к ней подошел Вальдемар.
— Господа! — крикнул он, заглушая общий шум. — По многочисленным просьбам с вами сегодня будет танцевать Марианна, черная дьяволица. А наша Фрида поиграет на шарманке.
Фрида огорченно поглядела на него.
Он показал на густо покрасневшую девушку и весело расхохотался.
— Господа, у вас есть выбор. Плохая музыка, но зато роскошная женщина в объятиях, или наоборот.
Толпа взревела. Марианна пристыженно посмотрела на Фриду, которая, судя по всему, не поняла, что Вальдемар только что обидел ее. Она послушно взяла в руки шарманку. Звуки, которые она извлекала из этого инструмента, были более чем жалобными, но публике было все равно. Мужчины кричали, путая немецкие и английские слова:
— Марианна, танцевать! Марианна, dance wiht us!
И вот уже владелец шахты, крупный мужчина, подхватил Марианну, поднял ее в воздух, подбросил под одобрительные возгласы толпы и крикнул:
— Фрида, сыграй нам что-нибудь веселое!
Марианна безвольно кружилась с ним по комнате. В голове путались мысли, пока одна не затмила собой все: ей нужно как можно скорее сбежать из Сандхерста и незаметно попасть в Мельбурн. Но как это сделать, не имея даже одного пенни в кармане?
Владелец шахты все крепче прижимал ее к себе, а затем прошептал ей на ухо:
— Ты роскошная женщина. Чувствуешь, как сильно я желаю тебя? — И он еще теснее прижался своим тучным телом к ее стройной фигурке.
Марианне стало дурно, и ее едва не стошнило, когда она ощутила прикосновение его напрягшегося мужского достоинства.
— Я хочу иметь тебя! — прошептал он. Его дыхание отдавало дешевой выпивкой.
Нет, она больше не будет терпеть эти унижения. Ей срочно нужно на свежий воздух.
Тут сквозь толпу зрителей протолкался сильный молодой человек и вежливо попросил владельца шахты разочек потанцевать с дамой.
Навязчивый танцор на миг задумался, а затем произнес:
— Ладно, но только пока я пропущу еще стаканчик. Чтоб она не остыла, парень!
Молодой человек закружил Марианну, но не прижимал девушку к себе, а держался на почтительном расстоянии.
Она облегченно вздохнула.
— Мисс, вы понимаете мой язык? — вежливо поинтересовался он.
Марианна кивнула. Первую половину дня она использовала для того, чтобы улучшить свои знания английского языка, который учила еще в Германии.
— Да, я немного говорю по-английски и понимаю этот язык, — добавила она.
— Это хорошо. Как вы здесь оказались? — спросил он. При этом он повел ее к краю зала, где можно было постоять в уголке. — Я не умею танцевать, — смущенно пояснил он. — Я просто увидел, насколько вы были несчастны в объятиях этого неотесанного мужлана, и решил помочь.
Марианна попыталась улыбнуться. Такого приятного человека она в Сандхерсте еще не встречала. Несмотря на это, у нее не было желания рассказывать ему историю своей жизни. Она украдкой оглядела его. Он был очень высоким и широкоплечим. Светло-русые волосы вились, как у ребенка. Лицо было некрасивое, но приметное, а глаза лучились таким теплом, что это проняло ее до глубины души.
— Мне просто было немного жарко, — нерешительно ответила она.
Он пристально посмотрел на нее.
— Но ведь раньше вы никогда не танцевали. Знаете, я уже не первый месяц слушаю, как вы поете и играете. Я и не думал, что мне доведется услышать нечто столь чудесное в такой глуши.