Часть первая. "Гном".

  Глава 1

  Ковш экскаватора в третий раз тяжело клюнул каменную плиту, отщепив, наконец, грязный осколок. Вниз, кувыркаясь, полетел полутонный кусок скалы, обнажив за собой темную пустоту. Начсмены лениво проводил взглядом скатившуюся глыбу и вдруг замахал руками, стараясь перекричать шум двигателя.

  - Стой! Тормози!

  Рокот, булькая, стал стихать. Огромный дизель остановился.

  - Стой, говорю, - по инерции, казалось, уже в полной тишине произнес он.

  Экскаваторщик, любопытствуя, вылез из кабины по пояс.

  - Чего там, Дмитрич?

  - Да погоди ты!

  Дмитрич с осторожностью канатоходца, стараясь не поскользнуться на грязной земле, спустился на пару метров в карьер и заглянул в образовавшуюся каверну.

  - Твою дивизию... - тихо прошептал он и полез обратно.

  - Да что там, ты можешь сказать?

  - Молодец, выходной заработал, - безрадостно буркнул Дмитрич, набирая полицию.

  ***

  - Гена, признайся, ты позвал меня в свой кабинет, чтобы разыграть, да?

  - Нет, Миша, все очень даже серьезно, - академик РАН Геннадий Андреевич печально смотрел на своего коллегу. - Никаких шуток.

  - Послушай: может, он сам их туда подложил? Или кто-то из рабочих?

  - Рабочие клянутся, что ничего не трогали. Власти с милицией тоже. Да и Харченко не похож на шутника. Когда я с ним виделся, он был удивлен не меньше твоего.

  - Удивлен?! Я не просто удивлен! - Михаил Александрович даже позволил себе ненадолго повысить голос. - Я просто отказываюсь это понять. Глубина пять метров - то есть не менее двадцати тысяч лет. Ты говоришь, труп был забальзамирован?

  - Похоже, что так. Сохранился прекрасно. И монеты лежали рядом с головой. Каждого номинала по штуке. В ряд, по порядку возрастания. - Гена поднялся и налил себе еще один стакан воды.

  Михаил хаотично курсировал по кабинету, не выпуская полученные снимки из рук. Ноги, обутые в стоптанные, словно у пилигрима, сандалии, носили академика по сложно описываемым траекториям. Одаренная седая голова лихорадочно искала объяснение. Неожиданно ученый остановился, и лицо его озарила улыбка.

  - Знаешь, это все ерунда. Ты понимаешь, что такой порядок придумали меньше пятисот лет назад? Не могло существовать монет достоинством 1, 5, 10, 50 и 100 не то что пять, а даже тысячу лет назад. Харченко нас дурачит.

  Михаил Александрович, которому шел седьмой десяток, ждал, что сейчас его друг и коллега сменит выражение лица, хлопнет старого приятеля по плечу и, наконец, признается. Но вместо этого пасмурное лицо пожилого академика сделалось еще более угрюмым.

  - Харченко послал две монеты в Принстон и Париж на элементный и изотопный анализ. Вряд ли он сошел с ума настолько, чтобы так шутить со всем миром. Наши в РАН тоже делают радиоуглеродное исследование, чтобы понять возраст мумии. Все это очень, очень, очень странно, - Геннадий сделал паузу и добавил еще раз. - Очень.

  Мужчины замолчали. Михаил вертел в руках фотографию мумии, у изголовья которой, как разобранная матрешка, лежали пять монет. Через минуту он нарушил звенящую тишину.

  - Ты помнишь, в восемьдесят втором Юрка Мочанов тоже нашел в Диринге стоянку с каменными инструментами, которой три миллиона лет? И что? Сначала не поверили, потом проверили, убедились, но сильно не афишировали. Сейчас уже почти забыли. К чему историю переписывать?