- Решил почтить нас своим присутствием, Эдвард, - на этот раз мягко улыбнулся Кимбли.

    - Да, Зольф, - улыбнулся я в ответ. - Не представишь меня этим господам?

    - Майор Рой Мустанг, Огненный алхимик, - майор посмотрел на меня пронзительным взглядом и козырнул.

    - Капитан Маэс Хьюз, разведка, - вытянулся бравый друг Мустанга.

    - Сержант Лиза Хоукай, снайпер, - ещё больше вытянулась девушка. Она была самая младшая по званию среди нас.

    - Приятно познакомиться с вами. - Улыбнулся я им. - Не поймите нас с Кимбли неправильно. Мы просто привыкли делать свою работу и делать её качественно. Правда, Зольф относиться к людям увлекающимся, а потому порой перебарщивает.

    - Перебарщиваю? - удивился майор.

    - А как иначе можно назвать то, что ты убиваешь не только ишварских мятежников, но и их жён и детей. - Улыбнулся я, от чего майора перекосило. - Нет, я согласен, что в плане морального воздействия на врага это эффективно. Но я не нахожу удовольствия в том, чтобы убивать того, кто заведомо слабее меня. А вот взрослые мужчины с оружием... Скажем так, взяв в руки винтовки, они сами определили свой выбор, а потому моя совесть чиста. Я не воюю с мирными гражданами, но солдаты - другое дело.

    - Странно слышать от ребёнка это, - проворчал Мустанг. Я чувствовал, что у него чешутся руки набить мне морду, но он сдерживает себя.

    - Алхимия должна неси добро людям. - Сказал я. - Наша страна нуждается в защите, ведь вокруг столько врагов. Алхимия должна послужить нашей великой стране. Скажи, Мустанг, ты никогда не думал так?

    Поражённое лицо майора было мне ответом. Судя по всему, я весьма точно угадал его сопливые мечты в бытность кадетом академии.

    - Откуда ты... - только и смог он прошептать.

    - Не сложно было догадаться, о чём ты мечтал, когда учился в академии. - Усмехнулся я. - А теперь столкнувшись с суровой реальностью войны, что будешь делать ты?

    - Зачем люди сражаются? - в отчаянии прошептала Лиза, но все её услышали.

    - Чтобы защитить, - ответил я ей. - Защитить тех, кто им дорог. - Рой Мустанг, - громко сказал я майору. - Окунувшись с головой в реки крови, найдёшь ли ты в себе силы идти дальше по тому пути, который избрал? Найдёшь ли ты в себе силы продолжить защищать тех, кто с тобой? Подумай над этим. - Тут раздался звон колокола, огласивший окончание перерыва. - О, пора за работу. - Весело сказал я. - Ещё увидимся, Рой Мустанг.

    Жестоко это или нет, не знаю, но после нашего разговора в глазах Мустанга горела решимость. Думаю, он уже загорелся идеей встать во главе страны и изменить её. Что ж, флаг ему в руки. А я поддержу его, если он не собьется с пути.

    ***

    1908 год подходил к концу. Алхимики уже показали себя довольно действенным оружием. Но командование не было удовлетворено результатами. В регионе Канда по-прежнему было сильно сопротивление. Там были самые большие потери в войсках. Во всяком случае до тех пор, пока командование не принял полковник Баск Грант. Этот алхимик просто пристрелил бригадного генерала Фесслера за его неумелое командование. Впрочем, дело быстро замяли. В том же регионе воевал и Армстронг. Я встречал его пару раз за кампанию, и мне было откровенно жаль этого добряка. Война не для него. Особенно с применением алхимии. А ещё округ Канда был знаменит тем, что там работали Рокбеллы.

    Я стоял перед палаткой, в которой работали эти врачи.

    - Добрый день доктора Рокбелл, - поздоровался я с ним, стоя у входа. Все находящиеся внутри пациенты замерли. Они прекрасно были осведомлены, что государственные алхимики убивают ишваритов.

    - Добрый день, мистер... - повернулся ко мне Урью Рокбелл. - Эдвард?

    - Рад видеть вас в добром здравии дядя. - Кивнул я ему. - У вас много пациентов.

    Доктор, нахмурившись, внимательно посмотрел на меня.

    - Зачем ты здесь, Эдвард? - спросил он меня. - Ты хочешь убить моих пациентов?

    - Что вы, что вы, доктор, - замахал я руками. - Я не воюю с раненными, стариками и детьми. Только против солдат.

    - Однако не все алхимики придерживаются такого же мнения. - Сказал он, не меняя тона. - Чтобы сказала твоя мать, когда узнала бы, что ты стал армейским псом?

    - Не знаю, - пожал я плечами. - Она ведь умерла до того, как я стал государственным алхимиком.

    - Как же низко ты пал, - устало сказал врач и присел рядом с кроватью одного из пациентов.

    - Возможно, - согласился я с ним. - Вчера был отдан приказ. О тотальной зачистке округа Канда. Вам надо уезжать.

    - Мы не можем бросить пациентов, так и передай своему начальству. - Раздражённо ответил дядя.

    - Я так и подумал, - ответил я ему, от чего он удивленно посмотрел на меня. - Дядя, меня всегда восхищало ваше мужество и стойкость. Вы всегда были верны долгу врача. - Я грустно улыбнулся. - И даже теперь, когда ваша жизнь в опасности, вы думаете в первую очередь не о себе.

    - Эдвард, может этот приказ отменят? - с надеждой спросил он. Я же в ответ покачал головой.

    - Нет, к сожалению, - сказал я. - Похоже, верхи решили окончательно уничтожить Ишвар.

    Я стоял и осматривал этот полевой госпиталь, хотя госпиталем назвать его можно с очень большой натяжкой. Лекарств практически не было, оборудования тоже. Перевязочные материалы и простыни были застираны до дыр. Я действительно восхищался мужеством моих названных Дяди и Тети. Я немного походил по помещению, посмотрел вокруг и устало опустился на табуретку. Рокбеллы не сводили с меня глаз.

    - Послезавтра начнется операция, приказ был отдан Кимбли, 'Кровавому алхимику', - тихо сказал я, глядя перед собой в пустоту. - После него никто не останется в живых. Если вы хотите спасти этих людей, их нужно эвакуировать. К югу отсюда, в пяти километрах есть ущелье. Если пройдете через него, сможете укрыться. Там нет никаких постов армии. Только не выходите на дорогу на Бар Хонда. Идите горными тропами,- затем я повернулся к пожилой ишваритке с перевязанным правым глазом, что неотрывно смотрела на меня все это время. Смотрела не с ненавистью, а с жалостью. - Севгили Кадын! Сен дагларын йолуну бильёр мусун? Туму ичин йолу гостеребилир мусинис? [Уважаемая женщина! Вы знаете дорогу через горы? Можете ли вы показать всем путь?], - мое знание ишварского языка удивило женщину, но все же она ответила мне.

    - Эвет, мюмкюн дуюёрум, - согласно кивнула она. По ишварски это означало 'Да, я могу'.

    - Вам не стоит медлить, - повернулся я к Рокбеллам. - Кимбли вас не убьет, но подумайте об остальных.

    - Хорошо, - кивнул Дядя, а затем бросил взгляд на больных. - Но у нас все еще очень много лежачих пациентов. Мы не сможем идти через горы с ними.