- Сама ты 'ёмкость для воды'! - я даже 'задохнулся' от праведного гнева. - Неужели ты газет не читаешь? Или научных журналов про технику? Танк - это боевая бронированная машина! Мощный двигатель, толстая броня и семидесяти миллиметровая пушка! Как такое можно не знать?
- Мальчишки. Всё бы вам про пушки, да про оружие, - покачала она головой и захихикала. Мне же осталось только поникнуть. Она вновь рассмеялась. Затем обвела рукой помещение. - В общем, у нас много комнат, так что выбирай любую, какая нравиться. Тут ты точно никого не стеснишь.
- Хм, так кто ты говоришь твой отец? - переспросил я её как бы между прочим. - Наверно он богат. Герцог какой-нибудь или ещё кто?
- Как я уже тебе говорила, он алхимик, Эд. Он купил этот старый замок, когда он был ещё заброшен, а затем сам отремонтировал его и привел в порядок, - для наглядности она вновь обвела руками вокруг, как бы показывая весь фронт работ. Впрочем, я не сомневался, что поднапрячься, даже при помощи алхимии, тут пришлось немало. - Он очень знаменитый алхимик. Ты когда-нибудь слышал о Вильгельме Эйзельштейне?
- Вильгельм Эйзельштейн? - я 'удивленно' вскинул брови, 'узнав' это имя.
- Ну вот, видишь? Разумеется, раз ты алхимик, то точно слышал о нём, - она была довольна. Кстати, примечательный момент. Как я успел заметить, когда она довольна, она заводит руки за спину и начинает крутиться из стороны в сторону, что делает её ещё более милой девочкой. Эх, если бы она ещё не была такой язвой. Интересно, а мои дочери тоже такими будут? Если да, то я заранее себе сочувствую. - Ой, подожди здесь. Я сейчас сбегаю за папой, и вы, наконец, познакомитесь!
И прежде чем я успел ответить, она убежала. Я вздохнул. Откуда у неё столько энергии? Или это все дети такие? Я уже и не помню, когда вот так вот запросто передвигался бегом как она сейчас. Всё-таки, со времен Ишвара я больше думаю не о том, как 'побегать', а о том, как выкроить минутку, чтобы выспаться. Да и где вы видели 'бегающих' в мирное время генералов, кроме как на тренировке? Ага, представьте себе такую картину, несущийся во весь опор по коридорам Центрального Штаба генерал Клемин. Да одна только эта картина поднимет на уши всю Центральную зону. Вот и я старался передвигаться, не выдавая спешки, даже когда очень этого хотелось. Поверьте, нервы подчинённых того стоят. Но, да ладно, это всё от излишней задумчивости. Жизнь надо воспринимать проще и радоваться, что у кого-то есть такая возможность 'побегать'.
Впрочем, в её 'активной жизненной позиции' может оказаться замешанным ещё 'кое-что'. Дело в том, что я неспроста провёл с Армони несколько часов. Пока мы весело общались и гуляли по городу, мне представилась отличная возможность изучить то странное ощущения, что возникало у меня, когда я притрагивался к девочке. И мои первичные подозрения подтвердились. Она действительно чем-то была похожа на философский камень. Впрочем, эта похожесть была сродни тому, как похож человек на животное. Мы живые, у нас есть кровь. И, тем не менее, различия не менее существенны, пускай и лежат в иной плоскости.
В случае с Армони... Пожалуй, было кое-что знакомое в этом ощущении. Слабое, но от того и не менее бросающееся в глаза за неимением альтернатив. То перо, что осталось в церкви после визита Камилы. Тогда я определил, что возникшие у меня ощущения связаны с чистой жизненной силой, без какой-либо привязки к человеческим душам. И то же самое ощущение возникало при нахождении рядом с Армони, теперь я понимал это более отчётливо.
Что мне это давало? Вкупе с той информацией, что я получил из дневника профессора - многое.
Хотя я и назвал схожими энергию философского камня и алхимического катализатора, коим по моим наблюдениям либо скрыт внутри Армони, либо она им и является, между ними есть и коренные различия. Как я уже упоминал, энергия, скрытая в Армони, чиста и не имеет эмоциональной окраски. А вот философский камень, ясное дело, эту самую окраску имеет. И различия между ними просто колоссальны. Это всё равно, что сравнивать костёр и звезду.
Как я подозреваю, той энергией очень просто управлять. Она с лёгкостью будет поддаваться влиянию алхимика использующего её. Её несложно заставить резонировать, потому алхимический катализатор и является катализатором, способным многократно усилить алхимическую реакцию.
А вот философский камень в этом плане действительно можно сравнить с первозданной необузданной стихией. Попытки усмирить, обуздать такую стихию обычного человека, будут сравнимы разве что с попытками... плевками затушить вулкан? Ну, что-то вроде того. То есть, в обычных условиях - практически без шансов. Если ты, обладая могучей волей, способен, не моргнув и глазом, себе под ногти загонять утюги, да ещё и спать с включенным паяльником, вставленном в задницу, твои шансы всё равно не велики.
Чем отличаемся мы трое? Всё просто, кровавая печать, которую мы использовали для создания философского камня. Именно она является инструментом контроля над сотнями тысяч душ. И именно она позволяет нам не сойти с ума в этой какофонии эмоций и чувств.
Так что же лучше, алхимический катализатор или философский камень? Для создания алхимического катализатора профессор использовал жизненную энергию цветов. Тех самых, что собирала в горах Армони. Почему именно эти цветы? Потому что, прорастая из поколения в поколения в труднодоступных районах, они вырабатывали невиданную стойкость, и в них накапливалась значительное количество жизненной энергии. К такому выводу пришёл профессор, когда исследовал окружающий растительный мир. Использовать энергию цветов... это куда благороднее того метода, каким воспользовался я.
Однако у метода профессора Эйзельштейна есть один недостаток, который в кратчайшей перспективе перечёркивает все его достоинства. Как я уже говорил, силы алхимического катализатора и философского камня несравнимы. Из записей профессора следовало, что десятка цветов хватало на два-три десятка небольших алхимических реакций по изменению материи, которые, к примеру, я могу выполнить и без его помощи. Могущество же философского камня, не идёт с ним ни в какое сравнение. К примеру, сейчас я точно знаю, что, пожелай я и вся Восточная и Центральная зоны будут сметены в пыль. А если предварительно я запущу цепную реакцию по созданию философских камней, я смогу уничтожить всё человечество.
Такое могущество в собственных руках заставляет быть осторожным. Как говорил герой одного комикса: 'Я живу в хрустальном мире. Мне всё время приходиться проявлять осторожность, дабы не повредить что-либо или навредить кому-либо. Я никогда не позволяю себе терять над собой контроль, ни на секунду, иначе это может привести к чьей-либо смерти!'
Может быть, я не настолько силён физически, как тот криптонец, хотя чисто теоретически я и мог бы развить в себе такую способность, воспользовавшись своим философским камнем без остатка. Однако осознание своих способностей, ставит меня в один ряд с ним.
И всё же, подобная сокрушительная мощь не означает, что я отброшу за ненадобностью то, что узнал. Алхимический катализатор не теряет своей актуальности, хотя он и уступает в силе философскому камню. Сам принцип его действия делает его самым эффективным алхимическим средством. Идеальная алхимия, мастерство против грубой силы. Возможно однажды, мне удастся преобразовать по его подобию свой философский камень. Хотя я и слабо представляю, что для этого нужно сделать.
Пока я предавался этим размышлениям, мимолётно рассматривая гобелены на стенах, Армони успела сходить за своим отцом и вернуться. Оторвавшись от своих без сомнения важных размышлений и подняв голову, я увидел, как девочка вприпрыжку спускается по лестнице, а следом за ней степенно, как и подобает знаменитому Алхимику, следовал её отец.