«Вот и помогла лучшей подруге, называется! – ругала она себя. – Еще хуже сделала!»
Одно было ясно – Макс все еще переживал и был зол, а это значит, Варя ему небезразлична, как ни крути.
Накричав на подругу Вари, Макс почувствовал себя еще хуже. С одной стороны, хорошо, что девушка сидит и переживает, хотя это он предполагал и без нее. Но сама мысль о том, что ему надо делать первый шаг бесила его неимоверно! Как можно было из недоразумения раздуть такого
слона и наплевать на все их отношения?
Он не может отвечать за все, что делается в хорошенькой головке Вари. Она должна прийти к правильному решению сама, без его помощи. Другое дело, что она могла уже сто раз пожалеть, что обвинила его во всех грехах.
Станет ли он звонить ей? Сейчас Макс уже ни в чем не был уверен. Но вечером, заходя в подъезд, он предупредил консьержа, чтобы девушку по имени Варвара Карамышева пропускали без вопросов. На всякий случай.
В четверг с самого утра Яна позвонила Варе. Накануне она долго думала, сознаваться ли той, о своем неудачном разговоре с Ереминым. Но потом решила все рассказать. Во-первых, от подруги у нее никогда не было никаких секретов, и никакие мужчины не стоили того, чтобы эти секреты появились! А во-вторых, кое-что ценное она могла сказать девушке, сидящей дома в слезах и депрессии.
Ты знаешь, по-моему, он тебя любит, - прямо и без экивоков заявила она подруге.
Откуда ты знаешь, - оторопела Варя, - Он тебе это сказал? Ты была у него?
Была, но ничего «такого» он не говорил. Просто был злой и хмурый, как сто тысяч чертей. А это значит, он сердится, и значит ты ему небезразлична.
У Вари защемило сердце, и она сразу представила себе лицо Макса, сердитое и раздраженное. И ей до боли захотелось прижаться к нему, обнять и сказать, как сильно она его любит и как была не права!
Ты что, плачешь? – сообразила Яна.
Нет, - возразила Варя, хотя слезы уже потекли по щекам. – Яночка, помоги, я не знаю, что мне делать! Как мне достучаться до него? Мне уже очень плохо, я просто задыхаюсь, все валится из рук
Знаю, можешь мне ничего не говорить! – ворчливо отозвалась старая подруга. – Значит так, потерпи до вечера, все-таки я не могу в течение дня постоянно решать свои личные дела. А вот вечерком я тебя отвезу Максу Еремину домой и ты там сама все, что нужно ему скажешь.
Я не смогу! – возразила Варя.
Сможешь! – отрезала Яна, - Готовься!
Весь день Варя была сама не своя. Она попробовала даже писать те статьи, которые висели на ней по сайту «Олеси», но быстро бросила это занятие, обнаружив, что который час рассматривает фотографии Макса, невесть как попавшие в интернет.
Везде он был хорош – красивый, подтянутый, смеющийся. Такой любимы и родной! Она не могла оторвать взгляда и жалела, что у нее не осталось ни одной совместной фотографии.
«У нас все еще впереди, - твердо напомнила она сама себе, - и фотографии, и совместная жизнь и любовь. Если ты не будешь мямлей и станешь бороться за свое счастье!»
Все равно, ближе к вечеру сердце у нее застучало чаще, есть она не могла и только пила чай с шоколадом, которые покупал уже Макс. Она вымыла голову, нанесла макияж, долго выбирала, что надеть, и в итоге надела платье с того «соловьиного» вечера.
Когда раздался долгожданный звонок подруги, она была вся на взводе, нервно вздрагивая от каждого шума, будь то автомобильный клаксон на улице, или включенный телевизор за стенкой у соседей.
Ты готова? – сходу спросила Яна.
Варя выдохнула, как будто перед прыжком в воду, и ответила:
Да!
Пока они ехали домой к Максу, Варя с показным равнодушием смотрела в окно, при этом нервно накручивая волосы на палец. Яна, старательно управляя машиной, молчала до поры до времени, но потом не выдержала:
Хватит нервничать! Все будет хорошо!
А если не будет?
А если не будет – поедем к тебе домой, и напьемся как следует.
Ты умеешь утешить!
А что мне еще сказать? – искренне удивилась Яна. – Перестань волноваться, ты лучше знаешь своего Еремина, не съест же он тебя. Ты какое белье надела? – вдруг без всякой логики с предыдущим предложением спросила она.
Обычное, - растерянно ответила Варя.
Вот балда! Кто же едет на свидание с мужиком в обычном белье!
Боюсь, до белья у нас дело не дойдет, - мрачно ответила Варя, отворачиваясь к окну. – Ты даже не представляешь, как он не любит сцен и истерик!
Вот и не надо устраивать сцен.
Яна подъехала к знакомому дому, покрутила головой, высматривая место, и аккуратно припарковалась прямо напротив нужного подъезда.
Ну что, джип Еремина я вижу, значит, он дома. Справишься одна? – серьезно спросила она у подруги.
Не знаю, - жалобно простонала та.
Значит, справишься, - уверенно подытожила Яна. – Вылезай. Я буду ждать ровно пятнадцать минут, а потом уеду.
Варя, зачем то помахала Яне и медленно пошла к дому. Когда в холле ее встретил импозантный консьерж и вежливо спросил, к кому она направляется, она не сразу смогла выдавить «к Максиму Еремину».
Варвара Карамышева? - утвердительно спросил тот. Варя кивнула.
Проходите, вас ждут.
Откуда Макс мог знать о ее приходе?!!! Варя перепугалась. Вдруг там ее ждет засада, в виде разъяренного Макса с ружьем? От нарисованной картинки ей самой стало смешно, и она немного расслабилась. Расслабилась до такой степени, что смогла повернуться к охраннику и спросить про
внутренний, без окна, лифт. Тот указал на широкие панели дверей, и Варя нажала заветную кнопку. Без окна в бездну лифт был милым и аккуратным – с зеркалом во всю стену и рядом загадочно мерцающих кнопок.
Пока лифт уносил ее на двадцатый этаж, она пыталась обдумать, что и как скажет Максу. Вот она звонит в дверь, он открывает, видит ее и что? Вдруг он повернется спиной и уйдет в квартиру? Или вообще захлопнет дверь перед ее носом? Звонить снова? Или пытаться поговорить через дверь? Стучать, пока не откроет?
Варя чувствовала, что весь бред, которым она себя запугивала, не имел никого отношения к действительности. Если бы он не хотел с ней разговаривать, разве дал бы тогда указания консьержу? Ее мозг уже отказывался признавать какую либо логику. Раздался мелодичный звонок
лифт прибыл на нужный этаж.
«Соберись! - приказала себе Варя – Ты взрослый, смелый человек. Мало того, ты его любишь! Вот иди и скажи это! А потом можешь уходить и рыдать, сколько вздумается». Такое самовнушение слегка успокоило ее, Действительно, поплакать в одиночестве она успеет всегда. Сейчас – время действовать!
Она подошла к заветной двери и постояла несколько секунд, ощущая холод в руках. Толкнула дверь, и к ее изумлению, она открылась. Ее ждали! Варя тихо вошла в прихожую, аккуратно прикрыла за собой дверь и, собравшись с духом, посмотрела в комнату. В неярком свете напольных ламп силуэт Макса четко виделся на фоне панорамного стекла напротив двери. Он стоял почти вплотную к стеклу и смотрел вниз, полностью погруженный в свои мысли.
Варя, немного постояла, в надежде унять бьющееся сердце, и медленно подошла к нему. С каждым шагом она отмечала все больше мелких деталей - растрепанные волосы, расстегнутый ворот рубашки, руки в карманах брюк. Он был таким родным и таким далеким! Как она по нему соскучилась!
И Варя, не выдержав напряжения, которое невидимой стеной возникло между ними, подошла вплотную и просто обняла его. Обняла крепко, не обращая внимания на напрягшиеся мышцы мужчины, его неподатливую спину и руки. Она обнимала его изо всех сил до тех пор, пока не почувствовала, как смягчается мужское тело, расслабляются судорожно сжатые плечи и опускаются сжатые в карманах руки.
Тогда она почти не слышно прошептала, уткнувшись в теплую спину:
Прости меня.
Он едва заметно вздрогнул, но не обернулся. Она сказала уже громче: