— Я лично прослежу за этим, — торжественно кивнул Фернан.
— Ждите нас к концу сентября, — сказала Миралисса Фернану.
— Да, треш Миралисса, — подтвердил внебрачный сын Альгерта Далли и, развернув лошадь, направился обратно к замку.
Казалось, за спиной остался целый мир, знакомый и горячо любимый. Впереди меня ждала Заграба. Темная, неприветливая и чужая.
Когда я отвернулся от отъезжающих людей, почти весь наш отряд скрылся в лесу.
— Гаррет, ты решил остаться? — Кли-кли нетерпеливо переминался с ноги на ногу. За спиной гоблина висел маленький мешок.
— Давай, Кли-кли, покажи пример, я следом за тобой.
Гоблин ухмыльнулся и скрылся за деревьями. Я вздохнул, сделал шаг и оказался там, где не собирался оказываться ни за какие деньги, — я вступил в Заграбу.
Апрель-сентябрь 2002 г.
Алексей Пехов
Вьюга теней
Предисловие
Величественные леса Заграбы скрывают под кронами златолистов заброшенные города сгинувших рас, деревни воинственных орков, легендарный Лабиринт и могильники Костяных дворцов. Подземные катакомбы хранят в своих мрачных глубинах тайны Темной эпохи. Страшно подумать, что ждет того, кто по глупости своей решится растревожить покой этого места. Но там, где не пройдет герой, прокрадется мастер-вор. Уж не Гаррету ли, научившемуся танцевать с тенями, суждено сделать то, что неподвластно герою — добыть легендарный Рог Радуги и выбраться из Заграбы? А пока Зло вьется над королевством, армии врагов наступают, и пошатнувшееся равновесие вот-вот грозит разбудить вьюгу теней…
Глава 1
Золотой лес
— А чего ты ожидал, Гаррет? Фанфар?! — не переставал возмущаться Кли-кли, и его писклявые вопли разносились по всей округе.
Маленький зеленый гоблин довольно болезненно реагировал, когда я начинал критиковать леса Заграбы. Стоило мне раскрыть рот и выразить недовольство даже самым дохленьким цветочком, как королевский шут тут же бросался в яростную словесную перепалку, желая защитить свою родину.
![Хроники Сиалы. Трилогия atlas2.jpg](https://litlife.club/books/265890/read/images/atlas2.jpg)
— Да нет, просто я думал, что Заграба немного другая, — миролюбиво ответил я ему, уже жалея, что затеял этот разговор.
— А какой она, по-твоему, должна быть? — тут же спросил меня Кли-кли.
— Ну не знаю… — задумчиво протянул я, лишь бы только избавиться от надоедливого гоблина.
— Раз не знаешь, чего же ты тогда мне голову морочишь? — Голубоглазый шут в раздражении пнул кочку, так некстати подвернувшуюся ему под ногу. То ему не так! Это ему не так! Кому ты только такой достанешься?! Что ты хотел лицезреть здесь своим прекрасным и наивным взором? Величественные деревья в девяносто метров высотой? Или ручьи с кровью и обуров под каждым кустом? Прости, этого здесь нет. Заграба — лес, а не собрание детских сказок!
— Я это уже понял, — примиряюще кивнул я.
— Понял он, ха! — Кли-кли жаждал крови.
— Кли-кли, веди себя потише, — не оборачиваясь, попросил идущий впереди гоблина Угорь.
Кли-кли обиженно посмотрел на высокого смуглого жителя Гаррака, надулся, замолчал, и в следующие два часа из него невозможно было вытянуть ни словечка.
Мы шли по Заграбе уже пятый день. Девять ненормальных, среди которых два темных эльфа, один гоблин, один широкоплечий карлик, один сварливый бородатый гном, один хмурый рыцарь, двое воинов и парень явно воровской наружности. В тот самый момент, когда мы вступили в Заграбу, Миралисса задала отряду бешеный темп, и к концу первого дня я едва не помер. На ночлег мы остановились на какой-то лесной полянке, и я начал подумывать, что на следующее утро уж точно не встану. Если всем остальным так нравится идти через лес — это их полное право, а я лучше полежу на травке и отдохну. Или пусть, коли охота, тащат меня на закорках, потому как, клянусь Саготом, сил для лесных прогулок у меня не осталось.
Утро следующего дня действительно выдалось тяжелым. Пришлось пересилить себя и, сжав зубы, топать, топать и топать. Но к обеду я как-то втянулся в этот размеренный, но быстрый темп и еще через день почти перестал замечать усталость. У меня даже закралось подозрение, что эльфийка подмешивает в котелок что-то из своих магических запасов, чтобы мы легче переносили дневные переходы.
С тех пор как мы вошли в леса Заграбы, костер разжигал Эграсса. Удивительно, но огонь, разведенный кузеном Миралиссы, почти не давал дыма. В первую ночь я немного нервничал — пламя могло привлечь к нам ненужное внимание, — но вечно осторожный эльф не очень-то беспокоился, а раз так, то и мне не стоило волноваться.
За те пять дней, что мы путешествовали по лесу, при всем моем скептическом отношении к Заграбе я повидал множество чудес. Мы шли звериными тропами, которые то появлялись, то вновь терялись в зарослях папоротника и колючей ежевики.
Мы проходили через густые рощи черного заграбского дуба, сосновые боры, лесные полянки и лужайки, залитые солнечным светом и заросшие лесными цветами. Перепрыгивали через журчащие ручьи с хрустальной водой. Лес тянулся и тянулся, лиги рощ, густых непролазных буреломов, которые приходилось обходить, теряя драгоценное время, десятки полян и болотистых низин в тех местах, где разливались запруженные неизвестными существами ручьи.
И ни следа орков. Лишь белки встречали нас гневными криками "чак-чак!" и подолгу провожали отряд, перепрыгивая с ветки на ветку и с дерева на дерево. Позавчера, часа три пролазив по поваленному весенней бурей лесу, мы вышли на прекрасную лесную поляну, заросшую цветами, от ярких красок которых рябило в глазах. Но стоило идущему впереди всех Эграссе сделать шаг, как поляна взорвалась яркой радугой и цветы взмыли в небо, превратившись в тысячу бабочек всех цветов и размеров. Кли-кли в силу своего природного любопытства попытался поймать хотя бы одну, но по самую макушку угодил в чью-то нору. Пока мы его оттуда доставали, потеряли массу времени. Гоблину влетело и от Миралиссы, и от графа Маркауза.
Возле дубовой рощи, где звенел веселый ручей, гоняя кораблики упавших листьев, мы встретились с кабаном. Это был матерый секач, и на его спине вполне могло усидеть сразу два человека.
Делер, как самый умный и проворный, мигом оказался на дереве. И это несмотря на то, что возле земли у дерева не было ветвей, по которым следовало взбираться всякому уважающему себя карлику. Секач посмотрел на нас черными злобными глазками, яростно хрюкнул и двинулся вперед. Но Миралиссе было достаточно сверкнуть желтыми глазами, выставить перед собой руку, чтобы кабан встал как вкопанный, а затем, виновато похрюкивая, удалился. Делер с высоты своего убежища глянул на эльфийку с нескрываемым уважением и спустился вниз. Халлас не преминул отметить, что все карлики трусы. Делер же в свою очередь сказал, что гномы просто слишком неловкие и не умеют лазить по деревьям, поэтому им и завидно. Крепкий карлик и худенький гном едва не затеяли очередной спор, и пришлось вмешиваться Угрю и Фонарщику, чтобы оттащить вечных спорщиков друг от друга.
По лесу мы передвигались гуськом, следуя за Эграссой. Нашу маленькую колонну замыкал Алистан Маркауз. Рука графа не покидала рукояти любимого батарного меча, дубовый треугольный щит был заброшен за спину.
Передвижение гуськом, как сказал эльф, уже три раза спасало нам жизнь. Халлас с истинным гномьим упрямством возмутился и произнес, что все это ерунда и ему не очень приятно наблюдать у себя под носом задницу карлика. Эграсса на это лишь усмехнулся:
— Как только мне представится такая возможность, я с удовольствием продемонстрирую почтенному мастеру гному сюрпризы Заграбы.
Халлас встопорщил бороду, хмыкнул и в тон эльфу ответил, что с превеликим удовольствием посмотрит на сюрпризы.
Случай представился в скором времени. Эграсса ткнул подобранной с земли палкой рядом с собой, и земля обрушилась, представляя нашему взгляду глубокую волчью яму, дно которой было усажено кольями, словно спина какого-нибудь ежа.