Перемены острых блюд казались бесконечными. Сдвоенный клубок разгоряченных тел незаметно превратился в строенный, затем вдруг распался на составные элементы. Пыхтя и сопя, обе блондинки наперегонки бросились к полке, вооружились хлыстами и начали изо всех сил стегать взвизгивающую от восторга брюнетку. Вскоре одну из нападающих охватил приступ невыносимой зависимости к счастливой брюнетке, и она с лихорадочной поспешностью поменялась с ней местами, сунув ей в руки свой хлыст. С блаженной улыбкой блондинка самозабвенно кружилась под сыпавшимися на нее ударами, словно под струями ласкового дождя. А там, к ее вящей радости, в ход пошли и остальные предметы с заветной полочки. Можно было только диву даваться, глядя на неистощимую фантазию двух ухажерок, с которой они старались ублажить ненасытную дебелую блондинку, обладавшую к тому же недюжинным запасом сил. Под конец вспомогательные орудия были отброшены в сторону, три девицы образовали содрогающееся змеиное кольцо, неразрывными звеньями которого служили их распаленные тела.
К этому времени мне порядком наскучила их возня, я полностью переключил внимание на виски. Однако не успел опустошить фужер, как услышал, что дверь за моей спиной открылась. Я обернулся.
В дверях, подобострастно согнувшись, стоял молодой парень хрупкого телосложения.
— Эй! — робко воскликнул он. — Я — Грант Денвер.
— Рик Холман, — ответил я, решив не изощряться в вежливых приветствиях.
— Карен уже может с вами встретиться, — проблеял этот фрукт.
— Отлично.
Я прошел за ним в бар. Здесь все еще было пусто, и бармен, похоже, впал в последнюю стадию околевания от скуки. Мы с моим провожатым нырнули под занавеску сбоку от стойки и оказались в тускло освещенном коридоре. Парень остановился почти в самом его конце и постучал в дверь.
— Вы можете прямо войти, мистер Холман. — Он угодливо поклонился и с нервной улыбкой открыл передо мною дверь.
Я вошел, и дальнейшее произошло с такой дьявольской быстротой, что даже не удалось понять, что же меня ударило. Это «что-то» треснуло по моему затылку, отчего я рухнул на колени. Ни секунды не дав на размышления, снова здорово хватило по затылку, ткнув меня лицом в пол. Чей-то грубый башмак въехал в мои ребра, перевернув на спину, так что теперь перед моими глазами оказался потолок с плывущими по нему клубами рваного тумана. Но и это смутное видение вдруг полностью исчезло, когда на мою переносицу со всего маху опустился громадный каблук.
— Кто твой клиент, Холман? — услышал я грубый голос.
— Морис Даррах, — с трудом пробормотал я.
Башмак на секунду приподнялся и с новой силой бухнул мне по носу.
— Ты не должен так обращаться с мистером Холманом, — взволнованно произнес молодой голос. — Это неучтиво. Усади его на стул.
Каблук убрался с моего лица. Чьи-то ручищи дернули меня вверх и швырнули в кресло. Я качнулся вперед, затем повалился на спинку кресла. Освещение все еще выделывало всякие странные штуки с моим зрением, и я никак не мог толком рассмотреть комнату. Те же лапы бесцеремонно обшарили меня, чтобы убедиться в отсутствии оружия. Следующие несколько минут я думал только о том, как бы удержать голову на плечах.
Черный туман постепенно рассеялся, окружающие предметы стали появляться в фокусе. Как оказалось, здоровенные лапищи принадлежали громиле, сложением напоминающему Рембо. Все его тело состояло из огромных выпуклых мускулов. На лице, словно вылепленном из бетона, леденяще светились две крохотные щелочки глаз. Рядом с ним стоял тот нервный фрукт, с отсутствующим видом похлопывая по ладони толстым шлангом. Я догадался, что он был наполнен чем-то твердым и те два приветственных удара по моей несчастной голове были нанесены именно им.
— Мистер Фрай шлет вам привет, — объявил фрукт. — Ему нужно знать только имя вашего клиента. Он дал нам очень точные инструкции не наносить вам тяжелых повреждений и конечно же не убивать.
Рембо насмешливо улыбнулся, насколько ему позволяли застывшие мускулы лица, и молодой человек, похоже, испугался.
— Нет, нет, Герби, — торопливо заговорил он. — Это совершенно точные слова мистера Фрая. Я уверен, мистер Холман сумел оценить его инструкцию. Мистер Фрай высказался очень конкретно и ясно. «Не больше боли, чем это необходимо», — сказал он. Ты должен об этом помнить, Герби.
— Я ему даже нос не сломал, — загремел Герби. — Вот до чего был деликатным!
— И очень хорошо, — одобрительно улыбнулся Грант. — Удивительное самообладание, Герби, просто изумительное! — Все так же сияя улыбкой, он обернулся ко мне. — Видите, мистер Холман, как все обстоит. Только назовите имя вашего клиента, и на этом все закончится. Да, и не пытайтесь больше беспокоить Карен Морган. Это не нравится мистеру Фраю.
— Плевать я хотел на мистера Фрая!
Так огрызнуться было чертовски неосмотрительно с моей стороны. Герби тут же лягнул меня в левое колено, и оно загорелось дьявольским огнем.
— Почему бы нам не попробовать начать все снова? — дружелюбно предложил молодой человек. — Что именно не нравится мистеру Фраю?
— Мои приставания к Карен Морган, — прохрипел я, — морщась от боли.
— Очень хорошо, мистер Холман. — Грант снова лучезарно улыбнулся. — Идем дальше. Кто ваш клиент?
— Называть имя клиента неэтично по отношению к нему, — рискнул я посопротивляться еще.
— Если Герби ударит вас по второму колену, может случиться так, что вы не сможете ходить в течение нескольких недель, — грустно объяснил он. — Я понимаю, вам до боли неудобно оказаться неэтичным. Вопрос в том, что больше причинит вам страданий.
Это был хороший вопрос. Раздумывая над ним, я осторожно помассировал горящее колено. Они будут продолжать зверски избивать меня, пока я им все не выложу, а мне их нипочем не остановить. Затылок все еще терзала пульсирующая боль, я не хотел, чтобы они вышибли мне мозги, которых, как выяснилось, у меня не так уж и много. К тому же мне не улыбалось ползать на коленях вею оставшуюся жизнь.
— Вы правы, — признал я. — Соотношение довольно паршивое.
— И тяжелое, — добавил Грант, выразительно похлопывая себе по ладони резиновым шлангом.
— О’кей, — согласился я. — Мой клиент — Дон Блейк.
Грант поднял очки, пристально посмотрел на меня, после чего водворил их на место.
— Дон Блейк в Европе, — отрезал он.
— Вернется, как только я смогу дать ответы на интересующие его вопросы.
Молодой человек некоторое время раздумывал над моей наживкой, вертя ее так и эдак, чтобы рассмотреть со всех сторон. В результате она ему не подошла.
— Пожалуй, я вам не верю, мистер Холман, — с сожалением констатировал он. — Хотите попробовать еще раз?
— Это правда, — настаивал я. — Но мне не хочется, чтобы меня лягнули по второму колену, поэтому, если вы предпочитаете другое имя, только скажите какое, немедленно назову его для вас.
— Я могу вывернуть ему правую лодыжку, — тяжеловесно ухмыльнулся Герби. — Тогда у него будет очень смешная походка.
— Не стоит, пожалуй. — Грант медленно покачал головой. — Одно из двух: или он сказал нам правду, или солгал. Мы не станем выяснять это сейчас с помощью побоев. Просто примем его слова на веру, пока не удостоверимся, что он сказал правду. Спасибо за сотрудничество, мистер Холман. Теперь вы можете идти.
Чувствуя себя дряхлым старцем, я медленно, очень осторожно встал с кресла и направился к двери, бережно, одну за другой переставляя ноги.
— Герби проводит вас до машины, — вежливо сообщил Грант.
За моей спиной тут же нависла исполинская туша Герби. Я добрел до двери и открыл ее.
— Еще одно на прощанье, — добавил молодой человек. — Мистер Фрай думает, что вы взялись за бесперспективное дело, и предлагает от него отказаться. Тогда останетесь живы и здоровы, мистер Холман.
— А что я скажу моему клиенту?
— До свиданья, — мягко произнес он.
Герби положил мне на спину свою лопатообразную ладонь и слегка подтолкнул меня, отчего я вывалился в коридор и еле удержался на ногах. Я вышел через заднюю дверь, завернул за угол и подошел к припаркованной у входа машине. Кое-как забравшись в нее, нащупал ключи.