Кэрд вздохнул. Почему бы и в самом деле не поразмышлять, каким образом можно выбраться отсюда? Любой пленник на его месте давно бы уже изобрел дюжину способов спасения. Любой пленник. Но он придумал всего один, и случилось это не далее, как сегодня утром, перед тем как он отправился к врачу. Да и на этот единственный свой план он вовсе не рассчитывал. Думать на эту тему скорее было для него просто развлечением.
Врач сказала, что отсутствие у Кэрда мыслей об освобождении озадачивает ее.
Его самого это тоже удивляло.
Существовало место, где не было никакого освещения, но свет лился. И, наоборот, можно было сказать, что света нет, а освещения достаточно.
Время там отсутствовало: разве можно полагать, что старые, с одной стрелкой, часы отсчитывают время! Стрелка к тому же не двигалась. Стрелка ждала, когда Время сдвинет ее. Не просто дни и часы, а — Время.
И в месте этом — сколько же мест сомкнулось в нем! — находилось творение, не имеющее облика. Оно походило на Джефа Кэрда, но точно так же — и на других.
У него не было имени. Творение ждало верного часа, чтобы выбрать его.
Вполне можно было утверждать, что творение это не имело никаких частей и все же представляло собой некоторую совокупность.
Возникнув во Вторник, оно и прожило свою короткую жизнь только в этот день. И все же оно мечтало побывать во всех семи днях недели подряд.
Творением этим владели все те мысли о возможности освобождения, которыми жил Джеф Кэрд. Оно знало, каким образом можно выбраться из этой крепости и как уйти в леса на противоположном берегу реки Гудзон.
И все-таки именно Кэрд создал его и заключил в оболочку, оставив открытым только один канал. И по этому каналу творение выпускало на волю все мысли об освобождении, едва только они приходили в голову Кэрда. Оно самостоятельно перекрывало канал, когда Кэрду предстояло окутаться туманом истины, и снова включало канал, едва действие лекарства прекращалось.
Творение выталкивало и те раздумья Кэрда, которые в прошлом давно одолевали его, когда он создавал свое детище — существо вне времени, без единого облика, без имени.
Правительство, обнаружив его исчезновение, объявит тревогу и оповестит о побеге всех имеющих отношение к делу представителей власти. Но идентификационные данные беглеца будут ложными. Это творение, ставшее человеком, не будет походить на заключенного, известного под именем Джефферсона Сервантеса Кэрда.