- Кажется, я понимаю, для того чтобы собрать свою жизнь и вернуть её такой, какая она есть, мне нужно собрать эту картину. Где искать недостающие части и каких именно частей не достает?

- А ты не понимаешь?

- Не совсем, - он нахмурился.

- Сейчас в реальном мире из-за потерянных кусочков вас нет, группа, в которой ты поешь, существует без тебя, также твоё второе «Я» - оно часть тебя, как бы твоя тень, верни её обратно, заставь слиться с тобой и потерять силу.

- Легко сказать, - выдохнул он.

- Ты сможешь найти кусочки, их всего три, – она провела по его волосам ручонкой. - Я верю в тебя.

Ему никогда не нравилось, когда его гладили по голове и волосам, но сейчас это не вызвало у него раздражения, наоборот, он благодарно улыбнулся ей.

Вдруг его взгляд упал на телефон.

- А он зачем?

- Всё в своё время, а теперь давай собирать то, что есть, у нас мало времени.

========== ЧАСТЬ 9 ==========

Стивен Кинг написал однажды, что «ночные кошмары существуют вне границ логики, в них мало веселья, их не растолковать; они противоречат поэзии страха». В ужасных историях жертва продолжает спрашивать «почему? » Но, может, объяснений и не должно быть. Тайна без ответа — это то, что остается с нами навсегда, и мы помним её до конца дней.

Алан Уэйк

Все, что связано со смертью – необъяснимо и страшно. Но почему нас так пугает всё то, что не поддаётся объяснению?

Кю видел, как в углах номера шевелились тени, отбрасываемые непонятными предметами. У кроватей не было теней, но зато на полу лежала тень человека, и этим человеком явно был не Кю. Парень сидел на кровати рядом с заснувшим Хичолем, поджав ноги и раздумывая, что же делать, если Старший не проснётся. До слуха его доносились шорохи, всхлипы, в ванной капала из крана вода. Как назло, в голову лезли всякие страшные истории, которые ему рассказывали друзья. Тогда, в той жизни, они смеялись над городскими легендами, но теперь Кюхёну было не смешно. Возможно выбравшись из этого кошмара, он и будет смеяться, но выхода он пока не видел. Сколько прошло времени, он не знал. Хичоль спал, что с ним происходило там, по ту сторону, он не мог знать, ужас колол сердце, но он старался не поддаваться панике, двери по-прежнему не было. А в голову лезли разные истории, они казалось, оживали в этом проклятом номере. Он как будто видел фильм, развернутый прямо перед ним. То по стенам стекала кровь, то трескались стены, и обои напоминали содранную кожу, то из-под кровати вылезали пауки и чудовища, а в углу две маленькие девочки резали друг друга ножом. Кю старался убедить себя в том, что это иллюзия, сначала он видел туман-дымку, затем разворачивающаяся картинка ужасов становилась всё реальнее и четче, а вскоре и вообще ему стало казаться, что он в фильме ужасов играет главную роль. VIP-номер жил, казалось, своей жизнью. Он, как живое существо, перетекал, менял форму, очертания, размеры комнат и даже их количества.

Время тут остановилось, но Кю чувствовал, как уходят его силы, он стал забывать свою жизнь, память стирала кусочек за кусочком, сначала он не мог вспомнить лица друзей, потом родных, а потом и целые куски его жизни. Он трескался как яичная скорлупа, истончался, превращался в ничто, он боялся забыть своё имя. Номер пил из него энергию, но полагаться он мог только на Хичоля. Он шептал, закрывая глаза, звал друга, чтобы не забыть его имя. Но он чувствовал, что долго не продержится в этом театре кошмара и абсурда, он не просто умирал: его как будто стирали ластиком из этого мира, оставляя после него тонкий слой пыли, который первый же порыв ветра унесёт и развеет.

Когда-то он любил мороженное, он даже стал забывать его вкус. Губы потрескались, и через ранки сочилась кровь. Не было сил подняться. Лица друзей в памяти стали размытыми, как призраки. Иногда ему казалось, что кто-то из ребят стоит рядом и держит его за руку. Он смотрел на потолок, сил не было закрыть глаза, что-то неприятное, липкое проникало в сознание, и ворошило полузабытое прошлое. Хотелось плакать, но слёз не было. Он цеплялся за каждую крупинку воспоминаний, но они безжалостно пропадали. В ушах звенели обрывки фраз:

«…эй, мелкий, оторвись от игры и помоги мне…». Кто-то протягивал ему руку и кланялся. «Верни, это было моё печенье…». Воспаленный мозг снова и снова прокручивал бессмысленные фразы, он даже не помнил, кто ему это говорил.

«Ты младший в группе тебе и идти…». Куда?? Он почти засыпал, уходили звуки запахи, мир вокруг рушился, трескался и пропадал.

Ему вдруг показалось, что через пелену иллюзий и кошмаров его звал Хичоль и тряс за плечи.

Мир закрутился вокруг него, звуки стали громче, а потом и вовсе захлестнули с головой.

Он закричал.

========== ЧАСТЬ 10 ==========

Когда дорога представляет собой загадку, попробуй шагать наобум. Несись по ветру.

American McGee's Alice

- Счастье состоит из 4 пазлов: хорошие родители, верные друзья, любимый человек, любимая работа. А каких пазлов не хватает в моей жизни?

Хичоль смотрел на картину, собранную им и девочкой за достаточно короткое время, хотя время в этом месте было весьма размытой категорией.

- Не хватает четырёх отрывков твоей жизни - это группа, семья, друзья и… - девчонка замолчала, потом ткнула ручонкой в пустое место на мозаике и сказала: «И вот этого».

- И что вот это? – Хичоль мысленно запоминал, каких кусочков не хватает.

- Наверное, тебя самого, твоего второго «я». Как раз отсутствует пазл с твоими глазами.

- «Глаза - зеркало души», - так некоторые говорят. Логично. – Хичоль присел и ещё раз окинул собранную ими картинку. – И что мне делать теперь, как искать, и где эти кусочки?

- Посмотри внимательнее на картину, она сама подскажет…

- Как?

- Посмотри, говорю, - девчонка с укором поглядела на Хичоля.

Одного пазла нет в основании сакуры, - Хичоль прищурился, - второго на месте моей кисти руки, третий – один из больших камней сзади меня и четвертый - мои глаза. Хичоль облокотился о столешницу, на которой они собрали пазлы воедино, и задумался.

«Ах, сакура облетела!/Если кто и печалится в досаде,

/Так только весенний/Ветер в горах, увлеченный / Ворохом лепестков ...»

Хичоль подскочил, как ужаленный. Простое японское стихотворение, внезапно всплывшее в голове, навело его на мысль.

- Милая, - он обратился к девчонке, - а есть ли тут сакура?

- Да есть одна, - там, на площади без названия.

- Недостающий кусочек - у основания этой вишни, я думаю. Я могу ошибаться, но действие лучше бездействия, правильно?

- Ага, - она зашла ему за спину и попросила присесть. Он присел на стул, потом она закрыла ему глаза ручками, а когда открыла, он стоял на площади без названия и стоял один.

Площадь была пуста, она не отличалась от тысячи других, была типичной для множества городов в разных концах мира. Но одно её отличало - растущая в самом её центре одинокая сакура, впивавшаяся корнями в асфальт. Хичоль даже не мог предположить, как она выросла до таких размеров, но он благоразумно решил, что во сне могут быть самые невероятные вещи, и цветущая сакура в асфальте - не самое удивительное. Он поймал себя на неприятной мысли, что этот мир подсознания и снов он стал воспринимать как реальный, а там, в реальном мире, где он спал на кровати в номере, напротив, казался сном. Хичоль никак не мог переубедить себя в обратном.

Он двинулся к ней. Казалось, он приближался, но сакура по-прежнему была далеко. Неприятное чувство колола его грудь. Он осознавал иллюзию данного места, но не мог справиться с собой. Он шёл, стоя на месте.

«Черт, мне нужно к ней подойти». Он устал, ноги болели и отказывались идти. Обесселив он сел прямо на асфальт и задумался.

Он не может к ней подойти, но ему надо там, у основания корней, найти один из пазлов, чертовых частичек его жизни. Закрыв глаза, он потер пальцами виски. И на миг перед уставшим внутренним взором вспыхнул силуэт сакуры.