Модель для скульптуры была определена сразу — коленопреклонённый Самсон, завязывающий толстый металлический прут в сложный узор. Сохранились и профессиональные фотографии, и хроника «Бритиш Пате», где запечатлён этот знаменитый номер Александра Засса. Через год, когда ещё далеко не все финансовые вопросы были решены, когда скульптор только-только получил от спонсоров — Уральской горно-металлургической компании — небольшую партию литейной бронзы, меня, находящегося в зарубежной командировке, застал врасплох телефонный звонок. Из мастерской народного художника России Рукавишникова просили приехать, чтобы посмотреть только что отлитую скульптуру Самсона.
![Удивительный Самсон. Рассказано им самим... и не только i_067.jpg](https://litlife.club/books/264316/read/images/i_067.jpg)
![Удивительный Самсон. Рассказано им самим... и не только i_068.jpg](https://litlife.club/books/264316/read/images/i_068.jpg)
![Удивительный Самсон. Рассказано им самим... и не только i_069.jpg](https://litlife.club/books/264316/read/images/i_069.jpg)
Приехав в литейный цех в подмосковном Солнечногорске, лишь переступив порог ангара, где стоял будущий памятник, я понял, что свершилось чудо. Сотрудники Александра Иулиановича зачем-то принесли мне фотографии Засса: «Посмотрите, похож?» За несколько лет работы над этим проектом я знал Самсона, пожалуй, лучше самого близкого своего родственника. Да, это быт Засс, легендарный Сильнейший человек Земли. С таким же восхищением уже готовую, искусственно патинированную бронзовую скульптуру восприняли и в Оренбурге. Кажется, так удачно сошлись звёзды: и великолепно знавший, кто такой Засс, член Правления Российской национальной ассоциации карате Александр Рукавишников, и первый вице-губернатор Оренбургской области Сергей Грачёв, сам — спортсмен, в прошлом — литейщик, хорошо знакомый с творчеством династии скульпторов Рукавишниковых, и глава Оренбурга Юрий Мищеряков, бывший боксёр, каждый по-своему помогли нам сделать так, чтобы памятник занял свое место на площади перед оренбургским цирком в последние дни 2008 года — сто лет спустя...
Такое вот триумфальное возвращение. Но даже выход этой книги в свет вовсе не означает, что в истории Александра Ивановича Засса — Русского Самсона — поставлена точка. Скорее, многоточие...
Игорь Храмов,
президент
Оренбургского
благотворительного фонда
«Евразия»
ПРИЛОЖЕНИЕ А
У.А. Пуллума к книге «Удивительный Самсон,
рассказано им самим», Лондон, 1925 г.
«СИЛАЧИ И ГОДЫ»
I
Со времён далёкой древности силачей окружает любопытство и притягательность. Неважно, в какую эпоху, неважно, в какой стране — вокруг человека большой силы всегда сиял ореол, пленяющий воображение. Ибо, каким бы разумным не становился человек по сравнению со своими доисторическими предками — как бы сильно привычки и обычаи современного образа жизни не заставляли его иногда забывать это — под кожей он всё ещё остаётся животным. И, поскольку с этим ничего не поделаешь, ярким проявлением этого обстоятельства остаётся тот факт, что слава всегда затронет чувствительную струну в его груди, — всегда заставит кровь, подгоняемую этим первобытным позывом, быстрее бежать по жилам. То есть, если он, конечно, типично сложен, если он — действительно верный образец того, для чего предназначен его пол.
И история, и легенда изображают силача чем-то выдающимся. Мифология — этот неослабевающий источник плодовитого вдохновения художника и скульптора, во многом построена на его сказочном могуществе. Но я не предлагаю погрузиться в смутное прошлое в поисках героев своего пространного рассказа. Все мои персонажи жили на моей собственной памяти. Следовательно, я могу авторитетно говорить об их силе — их подвиги подробно описаны и измерены в точных цифрах.
История, которую я собираюсь рассказать, хотя и вовсе не содержит и частицы вымысла, остаётся, тем не менее, удивительной. Воистину, безо всякого только что представленного заверения неискушённому читателю будет простительно, если он не примет как истину многое из того, изложенного здесь для его назидания. Однако на самом деле ему не нужно быть ни на гран скептичным. Чудесны подвиги, на которые я стану ссылаться, равно как чудесны подвиги, которые исполняются сейчас в ясных, как при свете дня, условиях. Но не буду забегать вперёд, иначе моё повествование рискует начаться не с нужного места.
Лет тридцать с лишним назад, один немецко-американский силач (иногда описываемый как Эльзасец), называвший себя Сэмпсоном, выступал в старом лондонском зале «Ройял Аквариум» вместе с другим атлетом, очевидно тоже приехавшим из-за границы, который гордо именовался Циклопом. Последнего, между прочим, называли учеником Сэмпсона. Эта парочка давала представления, уникальные в своём роде. Перцу в развлечение, которое они устраивали, добавляло объявление о том, что Сэмпсон подарит 1000 фунтов любому, кто придёт и повторит его подвиги. Но хотя это было щедрое предложение, никто с необходимым количеством нервов и способностей не появлялся. И потому карьера этого самоуверенного исполнителя геркулесовской мощи продолжала двигаться своим чередом.
А в это время на Континенте один юноша дождался того, чтобы видения, возникшие на заре его жизни, осуществились! В детстве он был слабым и болезненным подростком, к которому однокашники и соседские парни относились как к мишени, мешку для битья и пинков. Естественно, он находил свою жизнь несладкой, и не было заступника, чтобы спасти его. Поэтому он как можно дольше сидел взаперти и читал книги.
В одной из них прочёл, что занятия физической культурой сделают его сильным. Он удивился! Сделает ли это его достаточно сильным, чтобы поменяться ролями со своими преследователями. Он занимался прилежно, тренировался и экспериментировал, и со временем обнаружил, что так оно и случилось. Более того, оказалось, что он совершенно неосознанно и случайно натолкнулся на средство зарабатывать на жизнь, гак как в процессе тренировок и экспериментов сформировал фигуру, которая привлекала скульпторов и шоуменов.
Следуя этой линии, он поехал в Италию, где однажды пошёл искупаться. Когда он выходил из моря, его пропорции греческого бога привлекли внимание одного приезжего из Англии, некоего мистера Обри Ханта, члена Британской Академии, который выразил наряду с восхищением фигурой пловца горячее желание нарисовать его. Пловец нисколько не возражал и таким образом ступил на тропу судьбы.
Во время позирования и рисования они много разговаривали. И в ходе беседы мистер Хант сказал своей модели о силаче Сэмпсоне, красочно обрисовал его подвиги и какой интерес они вызвали, и, наконец, рассказал ему о той тысяче фунтов, которую Сэмпсон предлагал любому, кто сможет повторить их. Натурщик заинтересовался — особенно тысячей фунтов — и высказал предположение, что он и есть тот человек, кто заберёт эти деньги. Мистер Хант, в свою очередь, тоже проявил заинтересованность и дал герою своего холста рекомендательное письмо для мистера Джона Флеминга, тогдашнего управляющего Национальным Спортивным Клубом. Итак, без всякой помпы тот, кто станет величайшим шоуменом из силачей, приехал в Лондон. И с его приездом прибыла Немезида для Сэмпсона, ибо этот претендент был не кем иным, как знаменитым ныне Евгением Сандовым.
Поскольку он не говорил по-английски (его разнообразные разговоры с мистером Обри Хантом всегда велись на французском), искал переводчика и провожатого, и ему так повезло, что он встретил некоего профессора Атиллу, делом жизни которого, по-видимому, было отыскивать силачей и зарабатывать на их выступлениях. Он и сам был силачом в некотором роде, но недостаточно большим, чтобы выступить от своего имени против Сэмпсона. Он ухватился за Сандова, разглядев — как оказалось безошибочно — финансовые возможности, какие сулил этот их союз.