В отчаянии прибегают к варварским методам — уничтожают птиц взрывами, когда на ночь они опускаются на деревья.
Картина нашествия миллионной стаи скворцов на французскую деревушку в Бретани была показана на недавней выставке «Уорлд пресс-фото» в Москве. Снимок сделан французом Валери Аш.
Фото из архива В. Пескова. 18 декабря 1988 г.
Силуэт
(Окно в природу)
![Полное собрание сочинений. Том 17. Зимние перезвоны _54.jpg](https://litlife.club/books/264023/read/images/_54.jpg)
В сорока километрах от Вашингтона расположен научный центр Патуксент, где изучают способы протянуть руку терпящим бедствие диким пернатым. Два деревянных раскрашенных чучела сов, висящих тут на цепочках у застекленного перехода в одно из зданий, прямого отношения к научной работе, однако, не имеют.
Они призваны защитить голубей от ударов о стекла. И защищают! Силуэт совы заставляет голубей облетать стороной опасную галерею. Детали висящих кукол голуби на лету не рассмотрят — довольно устрашающего силуэта.
По силуэту многие птицы определяют: свой — не свой, опасно — неопасно. Птенцы выводковых птиц, заметив в воздухе силуэт ястреба, затаиваются, но не обращают внимания на пролетающих, например, уток. Несомненно, многому учит опыт. Но можно предположить: облик хищника содержится в наследственной памяти птиц. Причем достаточны «черновые наброски» объектов опасных и неопасных — их силуэты.
Плоские силуэты из жести или фанеры используют охотники, чтобы заставить опуститься на воду («к своим») летящих гусей. Таким же образом, примитивными, набитыми сеном чучелами, удается обмануть тетеревов.
Небрежное чучело человека — рубаха на палках и шапка — отпугивает животных от сада и огорода. Впрочем, не всех. Я видел ворону, вызывающе садившуюся на огородное чучело.
Но это ворона. Она живет не одними инстинктами. Обитая рядом с людьми, ворона копит житейскую мудрость. Не всяким силуэтом ее проведешь.
Фото автора. 29 декабря 1988 г.
Хладнокровие
(Окно в природу)
![Полное собрание сочинений. Том 17. Зимние перезвоны _55.jpg](https://litlife.club/books/264023/read/images/_55.jpg)
Попытки на новогодних открытках изобразить змею существом добрым не получились. Дракон (приукрашенная фантазией змея) мог выглядеть добродушным и даже улыбчивым. У рисованных змей улыбка фальшивая. В милой предновогодней игре в символы нам хочется «позитива».
Ну что ж, стоит говорить тут о мудрости и хладнокровии. Правда, не вполне ясно, в чем заключается мудрость змеи. Что же касается хладнокровия, то действительно кровь у змей холодна… в холодное время года. В жару же, особенно на припеке, змея начнет горячиться. Вот эта кобра — снимали ее для «Мира животных» — на раскаленной туркменской земле вертелась в поисках спасительной норки и устремилась… к оператору в объектив.
Что же в действительности представляет собою мир змей, не обойденный восточными мудрецами в символике?
На земле обитает 2700 видов змей, маленькие, с карандаш, и громадные, до десяти метров, — питоны и анаконды. Живут повсюду, исключая места, где кровь даже летом не может согреться. В местах жарких змеи легче приспосабливаются к жизни. И тут их много. Не избегают змеи пустынь, живут в болотах, в пресной и соленой океанской воде. Кладут яйца, но есть змеи живородящие.
Вегетарианцев среди змей нет. Только — живность! Едят часто все, что могут проглотить.
Но есть и специализация в пище. Крайняя ее форма — питание только яйцами птиц. Когда яичную змею видишь возле добычи, трудно поверить, что существо с небольшой головой может совладать с хороших размеров яйцом. Но управляется — как чулком обволакивает добычу. И вот уже выплюнута скорлупа…
Оружие многих змей — яд, стекающий в место укуса по острому полому зубу. Наши пещерные предки знали об этой таинственной силе змей.
Страх далеких времен тысячелетиями передавался нам генами — увидев змею, человек ищет палку. Однако не везде так. В Индии, где культивируется уважение ко всему живому, змеи тоже в почете. Одну из самых ядовитых змей — кобру — даже содержат в храмах. И это при том, что от укусов этой змеи в Индии в год погибает десять тысяч людей. Терпимость к таким потерям объясняется просто: кобра уничтожает крыс. Без этой узды опасные грызуны опустошали бы закрома и разносили болезни.
Яд змей различен. У кобр это сила нервно-паралитическая — укушенный гибнет от остановки сердца и поражения легких. Яд гадюк (их множество!) действует на кровь, разрушает кровеносные сосуды. Однако далеко не все змеи ядовиты. Многие жертву свою удушают (питоны и анаконды — самые крупные из них). Неядовитых змей в Древнем Риме и Греции держали в домах в качестве мышеловов.
Яд змей в очень маленьких дозах целебен. Известна эмблема аптек — змея обвивает чашу с лекарством.
Человека и любое другое крупное существо змея кусает, только обороняясь. Она вовсе не заинтересована расходовать яд без пользы. Некоторые змеи предупреждают о своем присутствии. Коралловая змея — яркой окраской, гремучая — трещоткою на хвосте, кобра — развернутым капюшоном и ложными выпадами: «Будь осторожен, могу укусить».
У человека со змеями давние отношения. Любимым животным для большинства людей змея не является. Но в сложном узоре жизни у змей свое законное место. Исчезновение их не должно радовать. А между тем они исчезают.
Одних вылавливают для получения яда, других убивает инстинкт неприязни, много змей погибают от разрушения среды обитания, от вторжения в нее человека. Например, шоссе у болота часто становится кладбищем змей, которые выползают на дорогу погреться.
Год Змеи — не более чем игра в символы. А вот вспомнить, что змеи — часть жизни, что у природы нет пасынков, все для нее — любимые чада, вспомнить об этом полезно.
Фото автора. 31 декабря 1988 г.
![Полное собрание сочинений. Том 17. Зимние перезвоны _56.jpg](https://litlife.club/books/264023/read/images/_56.jpg)
![Полное собрание сочинений. Том 17. Зимние перезвоны _57.jpg](https://litlife.club/books/264023/read/images/_57.jpg)
1989
Мама лама
(Окно в природу)
![Полное собрание сочинений. Том 17. Зимние перезвоны _58.jpg](https://litlife.club/books/264023/read/images/_58.jpg)
В городке Боулдер я узнал: по соседству, всего в двадцати километрах, есть ферма лам. Позвонили на ферму. И через час у гостиницы остановился автомобильчик, из которого выпрыгнула хозяйка фермы, а из окошка машины, вытянув шею, сцену знакомства людей с философским спокойствием наблюдало существо, слегка походившее на верблюда.
Хозяйка фермы, педагог в прошлом, Бобра Голдсмит, так любит своих питомцев, что рада всякому к ним интересу. Мы обходили загоны, и ламы — существа любознательные, исполненные спокойствия и достоинства, — подходили к ограде знакомиться. Их шестьдесят. Длинная шея, длинная шерсть, длинные уши. На мордах презренье к суетности. Сено из рук берут аккуратно. Хозяйку знают, но собачьей преданности не чувствуется. На прогулку… Ну что ж — дело приятное. Дают надеть на себя уздечки. И вот мы идем по высохшему болоту. Солнце садится за горы. Красный прощальный свет разлит по морю сухой высокой травы. Идущие по тропе ламы травами скрыты, видно лишь головы — ну прямо два лох-несских чудовища, неожиданно всплыли в самой середине Америки…
Одна из лам несет вьюки. И если б я был покупателем ламы, то убедился бы: поклажа ее нисколько не тяготит. «Но груз не должен превышать 50 килограммов. Чуть больше — лама заупрямится, ляжет, и никакая сила не заставит ее идти. Лошадь можно поднять кнутом, лама такое обращение не потерпит. Погонщики в Перу даже и хворостину не берут в руки. Караваном идущих лам управляют лишь голосом и свистом».