После 1918 г. территория Чехословакии составила 21% территории прежней дуалистической монархии: Богемия, Моравия, часть Силезии, Словакия и Карпатская Русь. Немцы в этих районах проживали довольно компактно и при монархии пользовались определенными преимуществами. Так, в Брно, в старинном центре Моравии, многие века существовала немецкая администрация и городское самоуправление.
Нацистская пропаганда, разумеется, изображала давление на немцев после обретения Чехословакией государственной независимости как «войну на уничтожение немецкой культуры и немецкой экономики». В одной из пропагандистских брошюр описывалось, что вследствие чешской дискриминационной политики «ранее процветавшая земля стала промышленным кладбищем, фабрики остановились и разрушаются, машины ржавеют, и в некогда благословенном крае царят безработица, голод и бедность. Чехословацкое правительство закрывает немецкие школы, изгоняет немцев с государственной службы, ограничивает использование немецкого языка; немецкая промышленная собственность и немецкие пахотные угодья либо национализируются, либо ставятся в заведомо проигрышное положение»{913}. Отчасти, правда, эти обвинения соответствовали истине.
Положение немцев в Судетах Гитлер свел к довольно эффектной формуле: «Если 3,5 млн. немцев из 80 млн. не могут петь свой национальный гимн только потому, что это не нравится чехам, если их избивают только за то, что они носят шорты и гольфы, которых чехи не могут видеть, если их терроризируют из-за использования не нравящегося чехам приветствия, если их подвергают гонениям за простые проявления национальных чувств, и если все это является нормальным явлением для представителей европейских демократий только по той причине, что речь идет о немцах, то я могу прямо заявить представителям этих демократических государств, что нам есть до этого дело, и мы не потерпим такого обращения с соотечественниками. Полному бесправию и преследованиям этих людей следует положить конец!»{914}. Арнольд Тойнби, в 1938 г. побывавший в Чехословакии, подтверждал несправедливое обращение чехов с немцами{915}.
Чтобы избежать службы в чехословацкой армии, около 200 тыс. судетских немцев бежали в Германию; там они стали распространителями слухов, соответствующих целям гитлеровской пропаганды. Нацистский пропагандистский напор был очень силен — даже в день вступления вермахта в Судеты в нацистской партийной газете ФБ красовались следующие заголовки: «Грабежи продолжаются», «Насилия немецких девушек и женщин в Судетах», «Новые убийства судетских немцев», «Вдова расстреляна из-за бегства сына в Германию», «Число немецких беженцев из Судет достигло цифры в 244 850 человек»{916}.
26 сентября 1938 г. в берлинском дворце спорта Гитлер заявил, что германское требование Сбудет является последней территориальной претензией Германии; Англии и Франции он предъявил ультиматум со сроком до 28 сентября. Казалось, Европа вновь стоит на пороге войны, но в этот момент посредником выступил Муссолини.
Судетский учитель физкультуры, олимпийский чемпион 1936 г. по легкой атлетике Конрад Генлейн в. 1933 г. основал «Отечественный фронт судетских немцев» (Sudetendeutsche Heimateront), а в 1935 г. — «Партию судетских немцев» (ЗДП — SdP, Sudetendeutsche Partei), которая в 1938 г. имела фракцию в парламенте в Праге. Первоначально эта партия добивалась автономии немцев в рамках Чехословацкого государства, а потом — при поддержке нацистов (Генлейн был назначен гауляйтером Судет) — перешла к требованию аншлюса Судет. В Германии при финансовой поддержке партии были сформированы судетские фрайкоры, систематически провоцировавшие напряжение на чехословацко-германской границе и подготавливавшие почву для последующего выдвижения гитлеровских претензий к Чехословакии{917}.
Немецкий посол в Праге Эрнст Айзенлор был противником гитлеровской аннексионистской политики, да и сам лидер «Судето-немецкой партии» Генлейн в 1934 г. заявил, что его партия отличается от нацистской: «Мы, — заявил Генлейн, — никогда не отказывались от свободы личности»{918}. Только небольшая группа пронацистски настроенных судетских немцев настаивала на присоединении к Германии. В 1937 г. руководство СД решило даже сместить Генлейна, считая его неспособным на решительные действия любителем компромиссов. Гитлер же категорически запретил эсэсовцам интриговать против бывшего олимпийского чемпиона и даже распорядился присвоить ему звание группенфюрера (генерала) СС. В этой связи интересно отметить, что все интриги нацистов в Словакии с целью побудить лидера Словацкой народной партии Тисо к отделению от чехов протекали помимо Генлейна. В конце войны Генлейн покончил жизнь самоубийством.
12 сентября 1938 г. миллионы немцев с напряжением прислушивались к словам Гитлера по поводу Судет и Чехословакии — многие боялись, что кризис может привести к войне. 9 сентября мюнхенская военно-хозяйственная инспекция доносила руководству, что многие боятся, что надвигающаяся война положит конец процветанию страны и принесет Германии неисчислимые беды. При этом рабочие старшего поколения вспоминали о нищете и бесчисленных проблемах, сопровождавших жизнь в Первую мировую войну: до ее начала страна экономически процветала, внешняя торговля росла, росло и потребление, а в августе 1914 г. все рухнуло. Особенную обеспокоенность функционеры партии отмечали среди сельского населения, которое тревожилось по поводу того, что в случае начала военных действий вермахт будет реквизировать лошадей{919}. Полицейские получили указание, что в случае начала войны они будут подчинены армейскому руководству и будут рассматриваться как военнослужащие. Бывшим деятелям рабочего движения было предписано ежедневно отмечаться в полицейских участках, некоторых арестовали и отправили в концлагеря.
К осени 1938 г. из 13,4 млн. населения Чехословакии половину (6,8 млн.) составляли чехи, 2 млн. — словаки, 3 млн. — немцы (23,4%), 745 тыс. — венгры, 462 тыс. — румын и 76 тыс. — поляки. Интересно отметить, что лозунг передачи Судет Германии пришел из Великобритании, которая стыдилась того, что торжественно декларированное на Парижской конференции (1919 г.) право народов на самоопределение было интерпретировано не в пользу немцев, проигравших войну; поэтому лорд Рансимен предложил чехословацкому правительству уступить Рейху те области, в которых проживало больше 50% немцев{920}. После возвращения с Мюнхенской международной конференции, у трапа самолета Чемберлен сказал: «я привез вам мир» (this is peace for our time). Гитлеровские же представления о справедливости находились в совсем иной плоскости, для него гораздо важнее была не справедливость, но возможность продолжения экспансии.
Мюнхенский договор (от 30 сентября 1938 г.) стал соглашением о присоединении пограничных земель Чехословакии, населенных немцами, к Германии. Дополнительно была принята декларация, в которой Великобританией и Францией давались гарантии новым границам Чехословакии: таким образом, по инициативе англичан было реализовано старое требование Гитлера, который с самого начала политической деятельности требовал воссоединения с «тремя с половиной миллионами немцев, в 1919 г. отрезанных от своих соотечественников группой сумасшедших политиков». Так, еще в 1935 г. он, воспользовавшись незначительным пограничным инцидентом, выдвинул свои войска к границам Чехословакии. Однако Франция и СССР, заключившие с Чехословакией договор (1935 г.) о взаимопомощи, предупредили Германию, что они выполнят свои обязательства по оказанию помощи Чехословакии; это заставило Гитлера отвести войска от границ. Пропаганда, описывавшая «муки» судетских немцев, а также организованные судето-немецкой партией провокации и беспорядки сгустили атмосферу вокруг Судет и предоставили Гитлеру возможность для нападок на Чехословакию. 30 мая 1938 г. на совещании генералитета в Ютеборге Гитлер огласил приказ о вооруженном захвате Чехословакии не позднее 1 октября 1938 г. (операция «Грюн»), а в сентябре на съезде НСДАП в речах Гитлера и Геббельса звучали недвусмысленные предупреждения об «освобождении угнетаемых немцев» и ликвидации чехословацкого государства. В результате Мюнхенского договора Чехословакия потеряла около V5 своей территории, около 5 млн. населения (из них 1,25 млн. чехов и словаков), а также 33% промышленных предприятий.