— Этого больше никогда не повторится. Обещаю тебе, Анна.
Она прижалась ко мне, дрожа всем телом и задыхаясь от волнения, прошептала:
— Я тебе верю, милый. Но не обманывай меня больше. Если я могу чем-то помочь тебе, только скажи. Ведь я так люблю тебя!
Я поднял ее и отнес в спальню, где осторожно уложил на кровать.
— Анна, ты моя единственная и любимая. Как я тебя люблю… Я так устал от всех этих неприятностей… так соскучился по тебе.
— Но, Гарри, а твой ужин…
— Не до ужина…
— Я сама, ты все порвешь… расстегни… Ну вот, не умеешь даже это сделать, а еще к другим собираешься… Ах!..
Часы на ночном столике показывали половину восьмого, когда вновь зазвонил телефон. Анна сжалась, ее пальцы сжали мое плечо.
— Ответь, Гарри.
— Зачем? Пусть себе звонит.
Мы лежали рядом друг с другом, прислушиваясь к биению наших сердец.
— А вдруг это звонит кто-нибудь из клиентов?
— Не беда. Ты важнее всего.
Телефон звонил еще несколько раз, но я не обращал на это никакого внимания.
Глава 7
На следующее утро, сидя в кабинете я чувствовал себя полным идиотом. Бог мой, да из-за какой-то почти незнакомой мне девицы я едва не разрушил семейное счастье. Каким самоуверенным болваном я был, надеясь, что никто ничего не узнает. Но Билл и Анна раскусили меня сразу. Да, у меня точно крыша поехала. Пора прекращать эти дурацкие эксперименты.
С этим покончено. Какая все-таки замечательная и чуткая у меня жена! Как хорошо, что она вовремя меня остановила. Если бы у нее не хватило на это смелости, наша семейная жизнь могла быть окончательно разрушена. Я поднялся, отодвинул стул и подошел к окну. Интересно, что подумала Глория, когда я не явился на встречу? Что меня не пустила Анна или же я сам не захотел? Но не все ли равно, что она подумала? Пусть во всем винит себя. И вообще, пусть забирает свою машину и проваливает ко всем чертям!
Рабочие под руководством Берни трудились вовсю. Они уже установили дверь. Я спустился и подошел к Берни.
— Кажется, вы сегодня закончите?
Берни пожал плечами.
— Внутри помещения еще очень много работы, — кивнув мне, он величественно удалился.
Поняв намек, я подошел к Тиму и помог ему установить магнето. Чуть позже приехал Джо и привез два больших чемодана. С ним был Луис. Войдя в свою конуру, они тут же закрылись на ключ.
Я все ждал, что вот-вот появится Глория, но ее не было, и мне стало не по себе. Каждый раз, когда звонил телефон, я вскакивал и мчался к нему, но постоянно звонили совершенно посторонние люди.
Берни зашел ко мне в кабинет около пяти часов вечера.
— Ты не будешь против, если мы поработаем немного попозже, скажем, часов до десяти?
— Хорошо. Я закрою двери гаража, но когда вам нужно будет уйти, вы постучите и я открою. Как дела?
— Все в порядке.
Анна встретила меня с улыбкой.
— Сейчас будем ужинать.
— Отлично. Я проголодался, как черт. Пойду приму душ.
Стоя под тугими струями воды, я гадал, что они могут делать за закрытой дверью. То, что эта троица не электронщики, ясно, как божий день. Я уже жалел, что связался с Диксом, и понимал, что здесь что-то нечисто. Мне заплатили хорошо, но почему Дикс так стремился получить место именно в моем гараже? Он не снял пустой магазин на углу, и это доказывало, что его интересовало именно место, а не гараж. А вдруг они планируют вооруженный грабеж? Но что здесь грабить? Табачная лавка рядом практически не дает прибыли, а часовщик давно собирается закрыть магазин. И что только лезет в голову? Однако сегодня ночью стоит все же вскрыть дверь их помещения и посмотреть, что они там наворочали.
За ужином Анна заявила, что хочет поехать к матери. Я вздрогнул от неожиданности. Каждый месяц она ездила к матери на день-два. И сразу же мои мысли закрутились вокруг Глории. Ничего не поделаешь, она запустила коготки в мое сердце значительно глубже, чем я ожидал.
— Да, да, — сиплым голосом сказал я.
— Тебе не нравится, дорогой? Если ты против, я не поеду.
— Но ведь она будет ждать.
— Можно отправить телеграмму.
Я нахмурился.
— Но зачем? Ты же ведь всегда ездила.
— Да, но… — последовала неловкая пауза.
Я покраснел.
— Ты мне не доверяешь?
— Ну что ты! Но пойми…
— Этого никогда не повторится, поверь.
— Хорошо. Ты пойдешь в клуб с Биллом?
Когда Анна уезжала, мы с Биллом обычно отправлялись в клуб поиграть в бильярд и выпить вина. Это позволяло мне вновь встретиться с ребятами, с которыми я вместе воевал. Я всегда с нетерпением ожидал этого вечера, однако сейчас мне было не до клуба. Но Анне я сказал, что пойду, гак и обычно, с Биллом в клуб.
— Я скажу Биллу.
— Я не видела его с субботы. Вы что, поссорились?
— С чего ты взяла? Он приходил в понедельник.
Я, конечно, видел Билла возле почты, но он больше не заходил в гараж. Я был зол на него и все же хотел помириться.
Около десяти Берни крикнул, что они уходят. Я вышел закрыть за ними дверь. Луис уже сидел за рулем.
— До завтра, — буркнул Берни, и они укатили.
Я подошел к закрытой двери и рассмотрел замок. Открыть его будет несложно. Я подошел к верстаку, чтобы взять необходимые инструменты, как вдруг услышал за дверью слабый шорох. Я насторожился. В гараже был полумрак. Я на цыпочках подошел к двери и прислушался. И вдруг я вспомнил, что не видел, как уезжал Джо. Уехал ли он раньше или прячется за закрытой дверью? Приложив ухо к панели, я услышал слабый скрип. Внутри явно кто-то был. Я постучал.
— Эй, там есть кто-нибудь?
Скрип моментально прекратился. Я снова постучал. Теперь я был уверен, что там сидит Джо и старается не сопеть носом. Пожав плечами, я положил инструменты обратно и, выключив свет в гараже, поднялся по лестнице. Анна была в ванной.
— Они уехали, дорогой?
— Да, я все запер. Кажется, намечается дождь. — Я ничего не сказал Анне о своем открытии. Так как Анна продолжала купаться, я вновь спустился в гараж. Очевидно Джо сидел внутри и курил. Я явственно ощущал запах сигаретного дыма. Но зачем он спрятался? Неужели они опасаются, что я могу забраться туда? Ничего не оставалось, как вернуться к себе.
Лежа рядом с Анной, я смотрел в потолок. Дождь барабанил по мостовой. Завтра вечером я буду один. Я подумал о Глории, представив, как раздеваю ее, ласкаю грудь… Но вдруг Глория вообще не захочет со мной разговаривать? Ведь я поступил с ней по-свински. И все же стоит позвонить ей завтра и попытаться объясниться. Скажу, что Анна обо всем догадалась, и я не мог прийти на свидание. Это будет просто вежливый звонок. Я спокойно заснул.
Должно быть, я проспал часов пять или шесть, так как когда открыл глаза, уже светало. Снаружи доносился шум двигателя машины. Я соскользнул с постели и подошел к окну. На противоположной стороне улицы стоял крытый фургон. Рядом с ним находились двое мужчин и Билл. Пожав им руки, он сделал пометку на листке бумаги, предварительно глянув на часы. Парочка села в фургон и укатила.
Я тоже машинально посмотрел на часы. Была половина четвертого утра. Сонная Анна подняла голову.
— В чем дело?
— Спи. Я услышал шум двигателя и подумал, что приехала машина, а это лишь почтовый фургон.
Я вновь забрался под одеяло. И уже проваливаясь в сон, вдруг вспомнил радостный голос Билла: «Ты не поверишь, но иногда мы перевозим ценности. И ваш покорный слуга будет сидеть рядом с водителем и следить за тем, чтобы у плохих мальчиков не возникало соблазна завладеть ими…» И потом, прежде чем мы с ним подрались, он сказал: «Пока у нас нет ничего ценного, но на следующей неделе мы ожидаем очень важный груз. Но об этом молчок…»
Сна как не бывало. А вдруг именно за этим грузом и охотится Дикс? Тогда все понятно. Мой гараж расположен как раз напротив почты. Джо сидит в гараже, чтобы узнать график отправления почтовых фургонов. Я вспомнил, что Дикс особенно настаивал, чтобы в помещении было окно, выходящее на улицу. Неужели я разгадал их замыслы? Тогда над Биллом нависла серьезная опасность. Ведь он не останется в стороне и обязательно ввяжется в драку. Я тоже буду замешан в этом, так как полиция моментально узнает, что мне платили шестьдесят фунтов в месяц за помещение, стоящее втрое дешевле. В довершение всего, полиция вообще может посчитать, что я замешан в ограблении. А вдруг Глория тоже в этой банде? Вряд ли. Вероятно, она просто знакома с Диксом. Мне стало приятно от мысли, что я вскоре увижу ее. Только без глупостей. Поговорю с ней о Диксе и уйду, мило попрощавшись. А Анне пока ничего не стоит говорить. Лучше это сделать после того, как я проверю свое подозрение.