Брент был хорошим наездником, но из-за темноты и обуревавших его чувств он поначалу сбился с дороги, потом поехал через лес в правильном, как ему показалось, направлении, пробрался через заросли и все-таки сумел сократить путь, правда, с ущербом для своей одежды.
— Господь был, пожалуй, на моей стороне, — закончил Брент свой рассказ, с некоторым трудом усаживаясь в седло.
— Тогда молитесь ему, чтобы мы смогли спасти моего внука, — рявкнул Гийом, — иначе, клянусь вам, я заставлю вас пожалеть о том, что вы появились на свет!
Луна уже сияла в небе, освещая местность. Поэтому всадники с помощью Брента легко нашли летний домик. Окруженный небольшим количеством служебных помещений, он стоял у самого леса, и его серые стены сливались с ним. Жилище казалось воплощением невинности: блестящая черепичная крыша, закрытые ставни, напоминавшие опущенные веки. Всюду царил такой покой, что Тремэн встревожился.
— Здесь как будто никого нет. В котором часу она должна была сесть на корабль?
— Прилив начинается в пять часов, а сейчас всего два часа десять минут! Мисс Лорна наверняка дома, потому что мы должны были выехать за час до отплытия, а я забрал единственную лошадь...
— Там сбоку есть свет, — сказал Артур, который бесшумно обследовал окрестности. — Это окно какой комнаты?
— Там спальня Китти, которая должна нас ждать. Надо постучать в ставень, как мы с ней условились, три длинных удара, два коротких, и она откроет.
— Ребенок с ней?
— Нет. Мисс Лорна заперлась с ним в своей спальне до отъезда. Видите ли, она нам больше не доверяет! Окно ее спальни выходит на другую сторону.
— Ладно, я иду туда, — решил Гийом, слезая с лошади и давая знак своим людям окружить дом, вокруг которого была живая изгородь.
Он направился к окну, когда Артур удержал его:
— Позвольте сначала мне войти туда, отец! В конце концов, она моя сестра, и мне, возможно, удастся ее уговорить. Это не в первый раз... Дайте мне такую возможность!
— Я не возражаю, но только не забывай: я заберу Луи даже силой, если потребуется.
Артур кивнул в знак согласия. Он подошел к ставням и постучал условным стуком. Китти, должно быть, была настороже. Она почти сразу же открыла и с облегчением вздохнула, увидев позади Артура высокий силуэт его отца и менее внушительную фигуру наставника.
— Хвала Господу, вам это удалось, мистер Брент!
Молодой человек ответил ей печальной улыбкой. Он дрожал, словно лист, и Гийому вдруг стало его жаль. Неожиданно ему в голову пришла тревожная мысль.
— Вы уверены, что ваша хозяйка не выходила из спальни? — шепотом обратился он к Китти.
— Совершенно уверена! Из ее комнаты можно выйти только через эту дверь или через окно, но я ничего не слышала.
— Отлично. Дайте мне ключ от молочного сарая! Мы запрем там мистера Брента, чтобы мисс Тримейн не заподозрила, что он выходил оттуда.
— Почему вы так послушаете, отец?
Искра радости, мелькнувшая в глазах несчастного Джереми Брента, стала лучшим ответом. Да, он пошел против воли Лорны, но если ему придется навсегда расстаться с той, кого любил с такой страстью, он просто умрет. Гийом же ограничился кратким объяснением:
— Пусть на какое-то мгновение у Брента и наступило отрезвление, но от любви такого рода излечиться невозможно! Китти, я его отведу, а вы позовите вашу хозяйку и скажите, что слышали подозрительный шум. Когда она откроет, к ней войдет Артур. Он хочет первым поговорить с ней. Я через минуту верну вам ключ. Вам останется только бросить его на пол в спальне, когда вы туда попадете.
Китти согласно кивнула и подошла к двери Лорны. Гийом увел Брента и закрыл за собой окно. Лорна ответила не сразу, и Артуру даже пришло в голову, что она могла выйти через другое окно. Но тут раздался ее сонный голос, и он успокоился.
— Что тебе, Китти? Еще рано!
— Умоляю вас, откройте мне! Вокруг дома слышен какой-то шум... Стук копыт... Мне страшно!
— Иду...
Артур быстрым жестом вытащил пистолет и направил его на Китти, успокаивающе улыбаясь ей. Пусть Лорна считает, что камеристке угрожают, и должен сработать эффект внезапности.
Его расчеты полностью оправдались. Открыв дверь, молодая женщина вскрикнула, попыталась закрыть ее, но брат бросился на свою сестру и втолкнул ее в спальню со смятой постелью. Мисс Тримейн упала как раз на нее. Подросток быстро огляделся по сторонам и увидел возле кровати большую корзину, служившую колыбелью. Там вполне спокойно спал маленький Луи. Но Лорна уже пришла в себя.
— Зачем ты приехал сюда? — сухо спросила она.
— Чтобы помешать вам совершить преступление!
— В чем ты видишь преступление? Никто не умер, насколько мне известно, и, в конце концов, я лишь ответила Тремэнам на то зло, которое они мне причинили. Да, я взяла этого ребенка и намерена оставить его у себя! Он заменит малыша, которого у меня украли!
— Нельзя украсть то, чего не было, а этот младенец существует. Он принадлежит нам, и вы нам его вернете! Лорна, — мягко добавил Артур, — что с вами случилось? Как вы могли опуститься до такого поступка, стать настолько двуличной? Неужели вы никогда не вспоминаете о нашей матери? Что подумала бы о вас она?
— Не говори мне о нашей матери! Она имела то, чего так желала я. Теперь я презираю память о ней. Но скажи-ка мне, маленький брат, как ты тут оказался? Кто тебя предупредил?
Артур ожидал этого вопроса, и ответ был у него наготове:
— Нам не составило особого труда отыскать ваших друзей-цыган. Они немного подумали и ответили на все наши вопросы.
— Эти несчастные заговорили? Я же им очень хорошо заплатила!
— А мы заплатили им больше! Надо с этим заканчивать, Лорна! Полагаю, вас ждет корабль?
— Да, и я намерена на него сесть! И вместе с этим!
Она бросилась к корзине и быстрым жестом выхватила оттуда младенца, который сразу же закричал.
— Осторожнее, мисс Лорна! — взмолилась Китти, только что вошедшая в комнату. — Малышу и так уже нездоровится! Его нужно оставить.
— Отдайте мне его, Лорна! — воскликнул Артур. — У вас нет никакой возможности покинуть этот дом. Во всяком случае, вместе с мальчиком. Дом окружен. Вы же догадываетесь, что я приехал не один.
— Вы могли привести с собой целую армию, но вы все равно пропустите меня. Китти, иди и приведи Брента! Мы уезжаем, и пусть кто-нибудь попытается нам помешать! Или я брошу этого ублюдка на пол, чтобы он разбил себе голову!
— Вы этого не сделаете! — взмолился Артур, задрожавший всем телом при виде сумасшедшего блеска, который появился в глазах его сводной сестры.
Та в ответ только рассмеялась:
— Вы так думаете? Я и не на такое способна! Я сделаю что угодно, только бы не отдавать вам ваше сокровище!
Резко развернувшись, она подошла к камину, где Китти развела огонь, чтобы в помещении стало теплее. Намерения Лорны были слишком очевидны, Артур с криком ужаса бросился к ней, и в этот момент прозвучал выстрел. Подросток споткнулся о разбитую плитку пола и упал к ногам Лорны как раз в ту минуту, когда боль заставила ее выронить ребенка. Младенец упал на Артура. На пороге спальни, словно статуя Правосудия, стоял Гийом. Это он выстрелил. Его рука все еще оставалась вытянутой вперед.
Отбросив оружие, он торопливо подошел к сыну, а Китти успела взять на руки маленького Луи, который, явно удивленный всем этим шумом, даже перестал плакать.
— С тобой все в порядке? — с ужасом спросил Гийом. — Если бы не эта разбитая плитка, я бы мог попасть в тебя.
— Это невозможно! Вы слишком хороший стрелок! — ответил Артур, вставая. Он подошел к сестре.
Та опустилась на стул, зажимая раненую руку. Лорна смотрела на Гийома со смесью ярости и отчаяния.
— Вы стреляли в меня. Неужели вы меня так ненавидите?
— Вы все для этого сделали!
— И вы способны были меня убить?
— Если бы я хотел вас убить, поверьте, вы бы уже были мертвы. Я всегда стреляю метко. Постарайтесь сделать так, чтобы в будущем мне не пришлось об этом пожалеть. Китти, отдайте малыша Артуру и займитесь раной вашей хозяйки!