Он вскочил в седло Мандарба, сожалея, что жеребцу так скоро придётся вернуться к работе. Надо проверить, что это за ошибка.
В волчьем сне Перрин и Гаул остановились на скалистом гребне, с которого открывался вид на долину и гору в конце неё. Над горой, едва не касаясь её вершины, кружился чудовищный водоворот чёрных туч.
Долину терзали ветры, и Перрин был вынужден создать вокруг себя с Гаулом островок спокойствия, не подвластный стихии, отражающий обломки камней. Внизу можно было разобрать мелькающие фрагменты грандиозной битвы. Айил, троллоки и люди в доспехах на мгновение появлялись в волчьем сне, будто сотканные из клубов дыма и пыли, замахивались оружием и распадались, не доведя удар до конца. Их были тысячи.
Также здесь, во сне, было очень много волков, они были повсюду. Они ждали… чего-то. Они не могли объяснить Перрину, чего именно. У них было имя для Ранда — Убийца Тени. Возможно, они пришли, чтобы стать свидетелями тому, что он сделает.
— Перрин? — произнёс Гаул.
— Он наконец-то здесь, — тихо сказал Перрин. — Он вошёл в Бездну Рока.
В какой-то момент этой битвы Перрин понадобится Ранду. К сожалению, Перрин не мог просто стоять и ждать здесь, у него было другое дело. Волки помогли ему с Гаулом выследить Грендаль вблизи Кайриэна. Она разговаривала с кем-то через сны — возможно, с Приспешниками Тёмного, скрывавшимися в армии?
«Перед этим она подглядывала в сны Башира, — подумал Перрин. — Во всяком случае, так уверяла Ланфир». Которой он не доверял ни на мгновение.
В любом случае, немногим ранее он нашёл Грендаль и планировал на неё напасть, и тут она вдруг исчезла. Он знал, как в волчьем сне идти по следу того, кто переносится, и пошёл за ней сюда, в Такан’дар.
И вдруг посреди лежащей внизу долины её запах пропал. Грендаль Переместилась обратно в реальный мир. Перрин точно не знал, сколько времени прошло в волчьем сне, у них с Гаулом ещё осталась еда, но им казалось, что прошло уже много дней. Ланфир сказала, что чем ближе Перрин подойдёт к Ранду, тем сильнее исказится время. Он может хотя бы проверить, правда ли это.
«Он здесь, Юный Бык! — Послание явилось, внезапное и срочное, и было оно от волка по имени Восход, из этой долины. — Губитель среди нас! Поторопись!»
Зарычав, Перрин без единого слова схватил Гаула за плечо и перенёс их. Они очутились на каменистой тропе, которая поднималась к зияющему отверстию в скале над ними — проходу, ведущему вниз, в саму Бездну Рока.
Рядом лежал волк со стрелой в боку, от него пахло смертью. Неподалёку выли другие волки. Ужасный ветер хлестнул Перрина, он опустил голову и ринулся ему навстречу, Гаул был рядом. «Внутри, Юный Бык, — подсказал ему один из волков. — Внутри, в пасти тьмы».
Не смея задаться вопросом, что же такое он делает, Перрин ворвался в длинную узкую пещеру с торчащими из пола и потолка острыми зубьями скал. Впереди от чего-то ослепительно яркого расходились по каверне пульсирующие волны. Перрин прикрыл рукой глаза от света, едва различая силуэты в конце пещеры.
Двое мужчин, что сошлись в поединке.
Две женщины, будто застывшие на месте.
И всего в нескольких футах от Перрина — Губитель натягивает тетиву к щеке.
Перрин взревел, хватаясь за молот, перенёс себя между Губителем и Рандом и сбил выпущенную стрелу молотом спустя лишь долю мгновения после того, как она слетела с тетивы. Глаза Губителя широко раскрылись, и он исчез.
Перрин перенёсся к Гаулу, схватил его за руку, перенёсся туда, где только что стоял Губитель, и уловил запах местности, куда тот исчез.
— Будь начеку, — сказал Перрин и перенёс их вслед за противником.
Они очутились среди каких-то людей. Это были айильцы, но вместо обычных шуфа на них были странные красные вуали.
Они перенеслись недалеко — это оказалась какая-то деревня в окрестностях пика Шайол Гул, который виднелся вдали.
Красные вуали бросились в атаку. Перрин почти не удивился, обнаружив айильцев, сражающихся на стороне Тени. Приспешники Тёмного встречались среди всех народов. Но зачем обозначать себя цветом вуали?
Перрин широко крутанул молотом, держа нападавших на расстоянии, затем перенёсся позади них и проломил одному из айильцев затылок. Гаул превратился в вихрь копий и бурой одежды; он вертелся ужом вокруг красных вуалей, наносил удар и исчезал, чтобы возникнуть и вновь ударить. Да, он научился быстро — куда быстрее этих в красных вуалях. Те просто не поспевали за ним. Перрин раздробил колено ещё одному противнику и огляделся в поисках Губителя.
Вон там. Тот стоял на пригорке и наблюдал за происходящим. Перрин бросил взгляд на Гаула, и тот, между прыжками, коротко кивнул. Осталось восемь айильцев в красных вуалях, но…
Земля под ногами Гаула вспучилась и взорвалась ровно в тот момент, когда он прыгнул. Перрину удалось защитить друга, создав под ним стальную пластину, отразившую удар, но он успел в последний момент. Гаул пошатываясь приземлился, и Перрину пришлось перенестись к нему и атаковать типа в красной вуали, подбиравшегося к Гаулу со спины.
— Осторожно! — закричал Перрин. — Кто-то из них может направлять!
Свет. Как будто Айил, сражающихся на стороне Тени, недостаточно. Айил, направляющие Силу. Направляющие мужчины Айил. Свет!
Когда Перрин замахнулся молотом на следующего, появился Губитель, с мечом в одной руке и длинным охотничьим ножом в другой — таким пользуются для свежевания добычи.
Зарычав, Перрин бросился в бой, и они с Губителем начали свой странный танец. Один атаковал другого, а тот исчезал и появлялся рядом, чтобы в свою очередь напасть. Так они и кружились — то один, то другой переносился, пытаясь обрести преимущество. Перрину почти удалось достать Губителя мощным ударом, но он сам чуть не получил сталью в живот.
Гаул оказался очень полезен — Перрину пришлось бы невероятно тяжело, попытайся он в одиночку выстоять против Губителя и красных вуалей. К сожалению, Гаул мало на что годился, кроме отвлечения на себя противников, и ему приходилось очень трудно.
Когда колонна огня, выпущенная одним из красновуальных айильцев, чуть не испепелила его, Перрин принял решение. Он перенёсся к Гаулу — и тут же едва не был ранен в плечо копьём. Перрин превратил копьё в холст, который смялся, коснувшись кожи.
Увидев Перрина, Гаул вздрогнул и открыл было рот. Но тот не дал ему шанса заговорить — он схватил друга за руку и перенёс их обоих прочь. Перед исчезновением их окутало пламя.
Они вновь очутились перед входом в Бездну Рока. Плащ Перрина дымился, у Гаула из бедра текла кровь. Когда его успели ранить?
«Вы здесь?» — спешно послал Перрин.
Десятки волков ответили:
«Мы здесь, Юный Бык».
«Ты поведёшь нас, Юный Бык? Последняя Охота!»
«Берегись Лунной Охотницы, Юный Бык. Она выслеживает тебя, будто лев в высокой траве».
«Вы мне нужны, — передал Перрин волкам. — Губитель здесь. Будете ли вы ради меня сражаться с ним и с его людьми?»
«Это Последняя Охота», — пришёл ответ от одного из волков, который, как многие другие, согласился помочь ему. Они возникли на склонах Шайол Гул. Перрин чуял настороженность волков: им не нравилось это место. Волки никогда не заходили в эти места — ни в мире яви, ни в мире снов.
Тут появился Губитель. Либо он понял, что Перрин будет охранять это место, либо хотел довести до конца атаку на Ранда. Каковы бы ни были его намерения, но Перрин заметил его наверху, на гребне, оглядывающим долину внизу — тёмная фигура с луком в чёрном, хлещущем на ураганном ветру плаще. Под ним, в пыли и тенях, по-прежнему неистово кипела битва. Тысячи и тысячи людей умирали, убивали, сражались в реальном мире, проявляясь здесь лишь в виде призраков.
Перрин ухватился за молот.
— Иди-ка сюда, — прошептал он. — Теперь ты найдёшь во мне совсем другого противника.