— Я сделал тебе больно? — слышу в его голосе нотку тревоги.
— Нет, — успокаивая, шепчу ему, — не останавливайся.
Аккуратно и медленно Адан начинает двигаться, пристально смотря в мое лицо. Его ритм увеличивается, и, как бы мне не хотелось продолжать смотреть на него, но от созревающего внизу живота оргазма, моя голова начинает метаться, а руки, приготовившись, сжимать простынь. Неожиданно его ритм стихает, и он выходит из меня. «Что случилось?» — смотрю на него.
Адан встает с кровати, и я понимаю, что он что-то ищет.
— Что ты ищешь?
Он находит свои джинсы и достает из кармана блестящий пакетик. Разорвав его, он начинает одевать презерватив, я не выдерживаю и произношу.
— Вчера ночью тебя не сильно беспокоила защита!
Вижу его недоуменное лицо, когда до него доходят мои слова.
— Сейчас я в сознании, и поэтому думаю, прежде всего, о тебе.
— Если ты думаешь обо мне, — смотря на него, говорю я, — сними, пожалуйста, его.
— Но…
— Я принимаю противозачаточные, — «Боже ты мой, и зачем я лгу ему? Но сейчас меня вовсе не пугает беременность — я лишь хочу чувствовать в себе настоящего его!», — так что мы спокойно можем продолжить то, что начали.
Если в начале в его взгляде проскакивали проблески недоверия, то через секунду он стягивает с себя резинку и, забравшись на меня, без всякой осторожности резко входит в меня.
«Она когда-нибудь перестанет удивлять меня?», — спрашивает в этот момент себя Адан.
— Миа, — шепчет он, а когда я поднимаю свои пушистые ресницы, продолжает, — смотри мне в глаза.
Мое тело предательски моментально возбуждается, как будто ему стоит лишь дотронуться до меня, и я таю. Его толчки усиливаются, и я чувствую, что еще немного — и взорвусь.
— Поцелуй меня, — тяжело шепчу я.
Улыбаясь, он дарит мне страстный поцелуй, и, достигнув пика, я прогибаюсь и выпускаю ему в рот стон. Адан следует за мной и обессиленно падает на меня.
Мы лежим, обнаженные, на кровати, слегка накрытые простынью. Моя голова лежит у него на груди, и он гладит мои волосы.
— Так что ты хотела обо мне знать? — спрашивает он, и все мои надежды поспать испаряются.
— Что?
— Если я правильно понял, то вся наша недавняя ссора была из-за того, что мы не рассказываем друг другу о себе, — Адан продолжает играть с моими волосами. — И по твоим словам, в этом виноват я.
— Я этого не говорила, — мне кажется, что недавней ссоры и не было, и мне ужасно хочется вычеркнуть ее из нашего дня.
— Ну почему же, — он лег на бок, чтобы смотреть мне в глаза. — А кто сказал, что я был инициатором нашей интрижки?
— Адан, — меня тошнило, когда он произносил это слово.
— Ты сама так назвала наш роман.
— Роман?
— Я не понимаю, почему ты считаешь по-другому?
— Ну, возможно, у меня есть причины, — решила защищаться Миа.
— Очень интересно послушать.
— Допустим, когда ты привез меня к себе домой вместо гостиницы.
— Я подумал, тебе там будет комфортней, вот и все. Я разве дал тебе повод подумать тогда, что привез лишь, чтобы переспать?
— Я этого не узнаю, поскольку, о чем ты тогда думал, знаешь лишь ты! Но я имела в виду другое.
— И что же, если не секрет?
— Между нами нет доверия с самого начала.
— Объясни.
— Тогда, у тебя дома, вместо того, чтобы попросить меня закрыть свою дверь, ты мог просто рассказать мне, что ты лунатик, и поверь, это бы убрало множество потрясений для меня, когда ты начал стучаться ко мне посреди ночи.
— Я не знал, как себя поведу.
— Думаю, подсознательно ты догадывался, — он, соглашаясь, кивнул.
— Так что же ты хочешь узнать обо мне? — повторяет он вопрос.
— Я знаю достаточно.
— Интересно, и что же ты знаешь? — он явно не ожидал.
— Ты всю жизнь жил в своем доме. Твои родители и младший брат давно перебрались в Барселону, но ты остался жить в Мадриде. У тебя есть бизнес, связанный с фруктовыми плантациями. Ты любишь скорость и, судя по твоему телу, спорт. Ты любишь чувствовать себя настоящим мужчиной, так как для тебя нет нерешаемых проблем. Еще ты любишь классическую музыку и театр. Ты лунатик, но из-за чего-то, а, возможно, и из-за кого-то, стыдишься этой своей черты.
— Вот видишь, ты и так прекрасно обо мне все знаешь! — слегка подшучивает Адан.
— Еще, — продолжаю, — я почему-то особенная для тебя.
— И с чего ты сделала такой вывод? — я заметила, что он занервничал.
— С того, что ни одна девушка до меня не ночевала в твоем доме.
«О! Чистый нокаут! — очень довольный, Адан смотрит прямо в глаза Мии. — Но я все же не готов раскрыть душу».
— Ты себе льстишь! — спокойно произносит он. — Это была просто жалость.
«И почему мне хочется разбить все ее фантазии? Возможно, я еще больший трус, чем она?»
— И тот факт, что позже у нас зародились какие-то отношения, как ты уже говорила, никого ни к чему не обязывают! — он произносил слова с такой хладнокровностью, что, казалось, ни один мускул не пошевелился на его лице. «Ты просто трус!» — думаю я, смотря на его борьбу с самим собой.
— А что ты хочешь, чтобы я узнал о тебе? — вдруг спрашивает он, отводя тему от себя. «Что за глупость? Ты что делаешь мне одолжение?» — я ошарашенно смотрю на него.
— Ничего! — произношу легко я, встаю с кровати и начинаю одеваться, так как уже утро, но по моим надутым губам ему легко догадаться, что он опять сказал что-то не то.
Он становится за моей спиной, когда я достаю вещи из шкафа, как всегда, играет с моими влажными локонами, но, как не странно, сейчас на меня это никак не действует. Пока он собирается с мыслями, чтобы заговорить, я его опережаю.
— Увы, у нас ничего не получается, — резко повернувшись к нему, говорю я. — Так что у меня только один вопрос к тебе сейчас, — он продолжает обескуражено на меня смотреть. — Ты меня отвезешь в Валенсию? Или мне искать другой вариант?
— Я же сказал, что отвезу! — произносит Адан, но изо всех сил сдерживается, чтобы не рассвирепеть.
«Боже мой, почему ты так меня выводишь?» — он со всей злостью сжал кулак.
— Тогда мы можем собираться.
После этих слов Миа продолжает собирать вещи, и Адан решает не трогать ее.
Глава 12
Ягуар ехал с явным превышением скорости, но Миа ни разу не проронила ни слова после того, как они попрощались с Вероной и Димасом. Не дожидаясь, она села на место рядом с водительским, но заметив это, Адан решил, что будет лучше, если она сама начнет с ним разговаривать.
И вот они мчатся на огромной скорости под красивую мелодию пианино. Она сидит в коротких летних шортах, облокотившись на дверцу и придерживая голову. Ее свободная рука почти касается его ноги. Адан сам не замечает, как вдруг его пульс начинает учащаться.
«Что я делаю? — ругает себя Миа. — Но мне так хочется проверить, — о да, определенно мне хочется узнать, — так же я действую на него?»
Продолжаю притворяться заинтересованной в пейзажах за окном, а сама специально играю пальцами левой руки, водя по коже своего сидения. И просто жду.
«Что со мной? — изо всех сил пытаясь взять себя в руки, спрашивал Адан. — Она так близко, я могу легко прикоснуться к ней. Но это всего лишь ее тело! Даже если ее тело и ответит на мои прикосновения, то разум дал ясно понять, что не хочет иметь со мной ничего общего, и я прекрасно знаю, почему!»
На дороге появляется указатель, что через несколько миль будет поворот, машина немного притормаживает и сворачивает с дороги. Если раньше Миа сидела, смотря на дорогу, то сейчас ее голова резко повернулась к Адану с явным непониманием, но он даже не утруждает себя посмотреть на нее.
Пробираясь сквозь густые деревья, машина останавливается возле небольшого водоема под высоким тенистым деревом. Миа продолжает теряться в догадках о происходящем, но теперь, наконец, Адан уделяет ей внимание.