На Филиппинах и в Колумбии люди говорят «нет» насилию, объявляя свои деревни зонами мира и заявляя как правительствам, так и повстанцам, чтобы они нашли другое место для выяснения своих отношений. Форум в защиту женщин в исламском фундаменталистском Пакистане добился того, что женщины вырвались из своего заточения в доме, освободились от чадры и вышли на улицы, чтобы выразить протест против ограничения прав женщин.
Однако протест порой обходится очень дорою. Многие из ненасильственных активистов экологической революции подвергались публичному осмеянию, угрозам, теряли работу, разорялись, оказывались в тюрьме, подвергались пыткам и умирали от рук тех, кто не разделяет их взглядов на устройство общества, ориентированного на жизнь. Они несуг все тяготы политического и духовного пробуждения, необходимого для осуществления радикальных изменений, от которых зависит наше общее будущее.
Создание альтернатив — этих кирпичиков здания здорового общества — эффективный способ сказать «нет». Женщины-участницы движения «Зеленый пояс Кении» основали 1500 лесопитомников и посадили свыше 10 млн. деревьев. Другие африканские женщины следуют их примеру. Рыбачки штата Керала в Индии сплотились для защиты своих прибрежных рыбных ресурсов. В Соединенных Штатах индейцы племени иннуитов на западном побережье штата Вашингтон акр за акром выкупают обратно земли своей резервации, с тем чтобы осуществить планы по их устойчивому использованию. По соседству жители бассейна залива Виллапа, крупного места обитания лосося и устриц, вошли в союз с экологами, лесозаготовителями, местными бизнесменами, правительством, рыбаками, землевладельцами и индейцами, живущими в районе залива Шоулуотер, для восстановления некогда динамичной и разнообразной экосистемы как основы богатой, разнообразной и устойчивой местной экономики. В Сиэтле, штат Вашингтон, несколько гражданских лидеров основали группу под названием «Устойчивый Сиэтл», чтобы выработать набор показателей движения к экологической устойчивости.
Японские женщины управляют двухсоттысячным потребительским кооперативом «Клуб Сейкатсу», который работает с поставщиками с целью гарантировать, что они поставляют безопасные для здоровья продукты и подобающим образом относятся к своим рабочим и к природе. Двадцати трехтысячный коллектив испанского кооператива «Мондрагон» в 1991 году продал товаров и услуг на сумму 3 млрд. долл. и продемонстрировал миру пример потенциала и динамики местного предприятия, которым владеют рабочие. В сотнях городов Канады, Аргентины, Австралии, Новой Зеландии, Соединенных Штатов и других стран люди выпускают свои собственные деньги, известные под разными названиями: ЛETC (система местного экономического обмена), зеленые или повременные доллары, для того чтобы освободить себя от колонизации со стороны глобальной финансовой системы, оживить свои местные районы и построить экономику самодостаточности . Свыше 7500 семей, представляющих около 20 000 человек в тринадцати странах Европы и Северной Америки, участвуют в проекте «План глобального действия» (ГЭП) для того чтобы оказывать друг другу поддержку и контролировать свое личное и совместное продвижение к более устойчивому образу жизни. Студенты в Соединенных Штатах организовались, чтобы превратить свои школы в зоны, свободные от рекламы. Пятьсот филиппинских общественных организаций учредили «Национальную мирную конференцию» для разработки национальной повестки дня по вопросам мира, чтобы покончить с затяжным вооруженным конфликтом в своей стране. В Израиле совместное израильско-арабское молодежное движение «Реутсадака» «побуждаетеврейскую и арабскую молодежь жить и учиться вместе».
Каждая подобная инициатива отвоевывает ранее колонизованное пространство, содействует перестройке человеческих сообществ и природных экосистем и вдохновляет окружающих.
Когда граждане объединяются в добровольные организации, для того чтобы противостоять влиятельным институтам, имеющим в распоряжении миллиарды долларов и доступ к наиболее привилегированным высшим слоям политической власти, то силы кажутся слишком неравными. Институты транснационального капитала находятся у всех на виду, их власть сосредоточена в корпусе корпоративных кадров, и они владеют громадными деньгами. Однако их способность влиять на жизненную активность людей быстро уменьшается, если их денежный поток ослабевает. Гражданские активисты учатся превращать эти свойства в уязвимые места.
Сила гражданского общества заключается в его огромной способности быстро и гибко мобилизовать широкую и разнообразную сеть людей и организаций, действующих исключительно по доброй воле. У эффективных объединений граждан есть много лидеров, каждый из которых может действовать независимо от остальных. Разнообразие и независимость их членов дает возможность изучать проблему с разных сторон, а также вносить в движение разнообразные таланты . Использование тех же средств связи —телефона, факса и компьютера — которыми пользуются корпорации, распространяя свое влияние на весь мир, позволяет гражданам быстро и гибко предпринимать совместные действия на местном, национальном и глобальном уровнях.
Отсутствие жесткой структуры может привести гражданские движения к некоторой непоследовательности в действиях и неустойчивости во времени, но она также дает им возможность «окружать», «просачиваться» и сковывать действия наиболее влиятельных институтов. Эти же самые характеристики делают их практически неуязвимыми для атак более централизованных, зависящих от денег глобальных институтов бизнеса и финансов. Отдельная ячейка сети может быть ликвидирована и изолирована, а ключевые фигуры даже могут быть убиты, но действующая сеть способна перестроиться почти мгновенно. Это очень похоже на голограмму, которую можно воссоздать по любой из ее частей. И в самом деле, нападки на гражданские объединения выявляют злую волю инициаторов, оскорбляют нравственные чувства людей, увеличивают известность объединения, привлекают новых сторонников и укрепляют решимость.
Имеется множество современных примеров способности таких сетевых организаций добиваться цели как на национальном, так и на глобальном уровнях. В бывшем Советском Союзе неформальные активисты природоохранного движения привлекли правительство к ответственности за широкомасштабную деградацию природы и создали движение, способствовавшее демократическим преобразованиям. Эти группы теперь объединены в политически влиятельный Социально-экологический союз и выступают за широкий круг преобразований в области охраны природы и зашиты прав человека. В Южной Корее Коалиция граждан за экономическую справедливость помогла установить демократический режим и теперь добивается экономической справедливости и экологической устойчивости. В Финляндии 2300 комитетов «Движения деревень» оказали влияние на жизнь приблизительно 500 000 человек и вновь поставили проблемы сельских жителей в разряд важнейших в жизни страны. В Швеции общественное движение под названием «Шаг в природу» мобилизуетсилы на общенациональную поддержку идеи превратить Швецию в модель экологической устойчивости, добиться почти 100-процентной вторичной переработки металлов, прекратить выброс в окружающую среду соединений, которые в ней не разлагаются, поддерживать биологическое разнообразие и сократить энергопотребление до уровня устойчивого солнечного потенциала. Около 10 000 специалистов, работников сферы бизнеса, фермеров, работников ресторанов, студентов и правительственных чиновников, активно работают в 16 общественных объединениях, разрабатывая и осуществляя этот план. Сорок две местных администрации, члены Федерации фермеров Швеции, и 22 крупных шведских компании в настоящее время работают над осуществлением этих смелых планов.
Широкий гражданский союз фермерских, потребительских, природоохранных, религиозных, профсоюзных организаций, организаций в защиту животных и прочих общественных организаций США работает над обширной задачей реформирования сельского хозяйства страны с целью восстановить малые фермы, положить конец использованию вредных химических веществ и достичь устойчивости природопользования . Новые инициативы в рабочем движении США, проявленные преимущественно женскими группами и организациями национальных меньшинств, говорят о том, что рабочие организации сейчас больше похожи на общественные движения, ориентированные на местную общину, на совместные действия, на открытый характер деятельности, по сравнению с традиционными профессиональными и отраслевыми союзами с их строгой иерархией; они стремятся к союзу с мелкими фермерами и представителями малого бизнеса, заинтересованными в развитии местной экономики . Местные афро-американские группы восстанавливают утраченную силу и вновь берут в свои руки ответственность за свои районы, мобилизуясь для того, чтобы отвлечь свою молодежь от наркотиков и оружия и предоставить больше экономических возможностей для афро-американцев .