Естественно у меня и мысли не возникло, оставить этих йома в покое. Допустим сегодня они до нас не доберутся, но ведь они нас и завтра в покое не оставят, а нападение йома в дороге может оказаться опаснее, хотя одно мы уже успешно отбили, но рисковать девочками не хочется. Сейчас вопрос в другом сумею ли я подкрасться к йома незамеченным. Очень сомневаюсь, разве что под скрытом. Но подкрадываться не обязательно достаточно оказаться метрах в десяти.
Еще полчаса я ждал, пока один из двух оставшихся йома, окажется в удобном для нападения месте. Вообще йома вели себя как дикие волки, наворачивая круги около жертвы. И траектория их движения, в виду городской застройки оказалась очень предсказуемой. И вот я иду по центральной улице ко входу в гостиницу, в переулке метрах в семи мелькает человеческий силуэт, отблескивая лысиной, я с двух рук метаю свои кинжалы и бегом несусь вслед за ними.
Ха, отличное попадание, оба кинжала вонзились в основание черепа, перебив позвоночник, йома был еще жив, но быстро такое не регенерировать, а я не собирался давать ему время на восстановление. Вырвать из тела кинжалы и пробить цели висок, и еще раз, все бежим.
Я успел, нырнул в переулок и задействовал, скрыт, тут выскочил второй йома почувствовавший смерть напарника. Он склонился над телом и принюхался. Думаю, он так и не понял, что умер, с трех метров промахнуться мимо его виска было нереально. Третьего я решил не трогать и вернулся в гостиницу.
А как это здорово совершить доброе дело, избавить жителей города от двух мерзких убийц и каннибалов, прямо тепло на душе становится от собственной святости. Поверили? Вот и я не верю когда всякие борцы за справедливость всякую ахинею несут, вот прибил и съел бандитов, никаких посторонних чувств, прибил йома, только сожаление и небольшая злость на этих придурков, за то, что заставили меня напрягаться, где спрашивается та теплота на душе от делания добрых дел? Пофилософствовали, и хватит, интересно девочки уже спят?
- Кейтлин, тут пахнет йома. - с порога поприветствовала меня Илена, девочки при этом держали заряженные арбалеты, хорошо хоть в меня не направляли. Да недооценил я их, пожалуй, одинокого йома они бы пристрелили, уж с помощью пусть и сильно ослабленной но воительницы точно бы забили.
- Все в порядке, я их убил, - пришлось рассказать о ночных приключениях.
Правда для Илены эта история звучала как, я тоже почувствовал йома и отправился на охоту, обнаружил трех съеденных, а потом нашел и йома, которых и убил.
- Но как? Ты же человек! Человек не может убить йома! - возмущалась Илена.
- С чего ты взяла? Молодого йома может зарубить хороший мечник, или группа. С более опытными сложнее, но люди вполне способны с ними справится. Ты что считаешь, что без клеймор мир рухнет? Но убивать йома это плохо, они заслуживают помощи, а не смерти! Жаль, что встретившиеся мне в этом городе уже давно больны и без помощи стали превращаться в животных, у меня не было выбора…
- Согласна, несколько воинов при удаче могут убить йома, - пошла на попятную Илена, - но как определить, кого убивать? Только воительницы могут почувствовать йому.
- Илена, ты задумайся, что мы с тобой пару часов назад сделали, мы тебе навесили такую маскировку, что от человека тебя ни одна клеймор не отличит, а еще мы тебе шрамы начали сводить. Умение чувствовать ёки доступно всем людям, при определенной тренировке, вот только организация не спешит об этом просвещать простых воинов. Хотя любой наблюдатель и без всякой помощи клеймор настрогает столько йома, сколько потребуется. Что глаза пучишь, не знала? Ты вообще не задумывалась, почему они простые, вроде бы люди совсем не боятся посещать деревни, кишащие йома? - продолжил я психологическую обработку, рас уж повод подвернулся.
- Но если это правда, зачем тогда вообще создавать воительниц?
- Я уже говорил, что воительницы и йома, это стимул людям сдавать налоги. Или не говорил? Советую еще задуматься, почему люди называют вас монстрами.
- Но воительницы полуйома… - неуверенно возразила девушка.
- Ага, и откуда, позволь спросить, об этом могли узнать простые крестьяне, как не от самой организации? Им выгодно, чтоб вас считали монстрами, чтоб вы сами себя считали монстрами, так проще вас контролировать. А скажи, чем ты отличаешься от простого человека? Я еще могу с натяжкой понять, почему йома называют монстрами, каннибализм в обществе не поощряется, и людям напревать, что они это делают не по собственной воле, а из-за болезни, но Воительницы, вот ты конкретно, чем отличаешься от человека? - Ух, еле воздуха хватило на такую речь, я явно в ударе.
- Мое тело, ёки…
- Что тело? Через пару недель твое тело будет как у любой женщины. Ты ничем, совершенно ни чем не отличаешься от человека. Разве что силой. А твой страх превратится в пробужденную, так среди людей гораздо больше таких превращенцев в маньяков и убийц. А пробуждение это тоже своего рода болезнь, и если ее перенести правильно, то ничего не изменится.
- Но, о чем ты говоришь.
Отлично, я снова выбил Илену из колеи, и теперь будем продолжать компостировать мозг.
- Я о пробудившихся. Почему вы так бездумно на них набрасываетесь и желаете уничтожить? - спросил я у подопытной.
- Но они, же монстры!
- А кто их делает монстрами? Почему сразу монстры? В подавляющем большинстве они разумные существа, пусть и зависимые от веществ которые получают, поедая людей. Но они разумны они люди, которым требуется помощь, а вместо помощи они получают удар мечом! Конечно, после такого станешь монстром, будешь защищаться от предавшего тебя человечества, а лучшая защита это нападение! Это вы, вы делаете пробудившихся монстрами, а еще организация, которая даже не пытается им помочь, облегчить им жизнь и найти способ избавить от необходимости! Заметь необходимости, людоедства!
На мою речь Илена только разевала рот и глупо хлопала глазами. Ха, правда и ничего кроме правды, вот и возразить нечего. Хотя, правда, поданная в выгодном мне свете. Но ведь действительно если проводить пробуждение не в бою, тут слишком много негатива, и соответственно тараканы в голове заводятся злобные, а в мирных условиях. Культивируя при этом, в пробужденном, любовь и желание защищать. Плюс несколько снизить воздействие на разум, методы можно придумать даже без помощи псионики, то получившийся пробужденный будет вменяемым. Другое дело, что личность все равно перезагрузится, и прошлая мораль и воспитание пойдут к чертям, а соответственно организация никак не сможет контролировать таких существ, вот и не производит, точнее, может и производит, но не в лаборатории, а на войне для разовых акций.
- Вот и скажи, почему всех пробудившихся оголтело записывают в монстров? Если они такие кровожадные, то почему человечество еще живо? Возьмем порождений бездны, думаешь, им будет сложно уничтожить всех людей в своих землях или организация сумеет им помешать? - продолжил я монолог.
Вообще подозреваю, что организации уничтожить порождений не трудно и подними они незапланированную бузу, их убьют, но Илена знает только о сорока семи воительницах, и вот их-то точно не хватит даже на одно порождение.
- Несложно. Но они этого не делают, и даже защищают людей от совсем спятивших, от горя, пробудившихся. Так кого назвать монстром? Несчастных что после пробуждения желают помощи и поддержки от своих соратниц или тех, кто вместо помощи встречает их сталью?
Разговаривали мы еще долго. И на следующий день, когда мы покинули городишко, я продолжил свою обработку. И даже ошейник с Илены снял, все равно с заблокированным очагом она не сбежит и вреда не нанесет.
Наше общение было весьма продуктивно, я постепенно склонял воительницу к своему мнению, уж доверие к организации у нее точно испарилось. А доверие ко мне постепенно росло.
Илена пользовалась вбитой в нее идеологией, но совершенно не способна была ее отстаивать, и даже если я откровенно передергивал факты, я с легкостью отстаивал свое мнение, и давил Илену под грудой аргументов, не давая ей времени даже задуматься над попыткой их опровержения.