Незнакомец сильно испугал меня, до слез, до истерики.

– Это я, Аскар, Бель, любовь моя.

Слезы брызнули из глаз. Это какое-то безумие. Незнакомый мужчина стискивает меня в объятиях, до синяков, до боли, целуя и шепча, как в бреду «Бель, любовь моя».

– Вы не Аскар, – рыдала я, отпихивая его, царапая ногтями, отдирая от себя его руки, губы… – Вы не Аскар, я вас не знаю. Уйдите!

Мне казалось, я схожу с ума. Такое знакомое и не знакомое лицо… Голос… Движения… Да, я помню его. Из сна. Только сейчас он совершенно не похож на того холеного высокородного хлыща. Сейчас он заросший, грязный, сумасшедший…

Сознание поплыло. Эта двойственность, узнавание, разница между тем Аскаром, которого я знала, и этим мужчиной подкосили меня окончательно. Я громко, с надрывом, рыдала и молотила его по плечам, спине, голове, пока вконец не обессилела. И меня накрыла темная благословенная тьма.

****

Когда я проснулась, ярко светило солнце, щебетали птички и воздух благоухал сотнями ароматов цветущего сада. Захотелось улыбнуться. Настроение почему-то было чудесным. Вдруг сердце кольнуло беспокойство. Я вспомнила все, что случилось. Осторожно подняла голову – в беседке я была одна. Оделась, умылась, вышла наружу – и пораженно застыла. На месте руин возвышался прекрасный замок. Почти достроенный. Казалось, он стал еще краше, чем был раньше.

Незнакомец стоял ко мне спиной. Как хозяин. Как властелин. Я рассматривала этого знакомого и не знакомого мужчину, и кусочки головоломки складывались в целую картину.

Сейчас, на светлую отдохнувшую голову, я признала безоговорочно – да, это Аскар! Слишком много совпадений, чтобы их можно было объяснить простой случайностью.

Как это произошло? Когда спало проклятие? В тот момент, когда я в башне решила, что люблю Аскара, или когда я здесь, у развалин замка, кричала небу «Я принимаю свое проклятие! Верни мне его»? Я не знаю, мне все равно. Главное – проклятий больше нет. Ни во мне, ни в нем, ни во всем мире.

Я смотрела на человека, который одним движением руки возрождал замок из груды камней, который изменял материю под себя, уничтожал и создавал заново. На человека, который прошел через тяжелейшие испытания и вышел из них другим, полностью изменившимся. И я люблю этого человека. Только совершенно не знаю… Это был и Аскар, и не Аскар. Того Аскара, которого я помнила, больше нет. И я растерялась.

Мужчина, словно что-то почувствовав, обернулся. Сегодня утром он выглядел не в пример лучше и симпатичнее. Чистый, побритый, вымытые волосы стянуты сзади шнурком. Элегантная белоснежная рубашка заправлена в темные брюки. При виде меня его черные глаза вспыхнули и быстро прошлись сверху вниз, от макушки до пяток, охватывая взглядом меня всю.

– Привет, – произнес он тихо хрипловатым голосом.

– Привет, – эхом ответила я, смущенно запахивая длинный халат.

– Прости, – мужчина виновато провел по волосам, – я вчера набросился на тебя. Испугал…

Он сам был растерян не меньше меня. Мы стояли друг напротив друга как два чужих и в то же время самых родных человека, и слова застревали в горле.

– Нам, наверное, нужно поговорить… – неуверенно произнесла я.

– Да, конечно, – кивнул обрадованно Аскар.

Потом на секунду обернулся к замку и сделал пас рукой, одновременно что-то прошептав.

– Я хотел достроить замок, пока ты спала, – он улыбнулся, – но не успел… Пусть достраивают големы.

Я присмотрелась: одним движением пальцев он создал из земли целую армию земляных существ – штук тридцать, не меньше. Они сразу забегали, замельтешили, убирая и приводя парк в нормальный вид.

– Пойдем? – Аскар протянул мне руку. Я чуть тронула пальцами его локоть и сразу же отдернула их, испугавшись.

Мы чинно сели в беседке на кушетку. Рядом. Помолчали. Я буквально кожей чувствовала, как он смотрит на меня. Горячо, почти обжигающе. А сама не смела поднять глаз, еще больше терзаясь смущением и неловкостью.

– Глупо, правда? – хмыкнул мужчина. – Больше всего на свете я хочу к тебе прикоснуться – и не могу, боюсь испугать. Я, наверное, кажусь тебе незнакомцем, Бель?

– Расскажи, где ты пропадал? – спросила я, чтобы хоть как-то завязать разговор.

Аскар тяжело вздохнул и, как будто невзначай, слегка придвинулся ближе.

– После того как ты перенеслась к себе домой, я впал в отчаяние. Бродил по замку, уговаривая себя, что правильно сделал и тебе будет лучше дома… Глупец! (В голосе мужчины зазвучала горечь и насмешка над собой.) Несколько дней я держал себя в руках, пока тоска и одержимость не завладели мной целиком. Я стал плохо соображать, почти озверел. Ты же догадывалась, Бель, – добавил он, пристально посмотрев на меня, – что зверь потихоньку пробирался ко мне внутрь? Я иногда уже и сам не знал, где мое, а где его… Только ты могла успокоить моего хищника, только тебя он слушался. В сердцах я разрушил замок. А сам умчался в лес, стал на время безмозглым, диким существом. Сколько я находился в таком состоянии, бегая по лесу, выслеживая и терзая добычу, не помню. Я перестал быть человеком, я превратился в чудовище, лютого зверя… Только одна мысль никак не покидала мою голову – мысль о тебе. В конце концов мой разум выбрался из тьмы. Ты помогла мне. Я понял, что если не увижу тебя снова, то окончательно погибну. Я направился к твоему дому. Звериное чутье и мои собственные магические способности позволили мне безошибочно выйти на замок твоего отца.

Я пораженно ахнула: «Он был возле замка?!».

– Нет-нет, – улыбнулся Аскар, – не бойся, с твоей семьей все в порядке. Я несколько дней бродил вокруг дома, сада, карьера, прятался, прислушивался к разговорам. Все только и говорили, что о сорвавшейся свадьбе и сбежавшей невесте. Я злился и негодовал, но не хотел пугать твоих родных своим видом. Больше ничего не узнал, только понял, что в замке тебя больше нет. И где тебя искать, я совершенно не представлял. Я ночевал в лесу, питался сырым мясом, превратился в дикаря. Потом однажды, проснувшись, я увидел свои руки. Обычные человеческие руки. Не когти, не покрытую шерстью кожу… А обычную ладонь с пятью нормальными пальцами. Ты не представляешь, что я испытал!

Аскар, рассказывая, понемножку пододвигался ко мне все ближе и ближе, словно неосознанно. И мы уже соприкасались плечами и бедрами. А там, где тела касались друг друга, потихоньку разгорался самый настоящий пожар, жгучими искорками расходившийся по телу.

– Я переместился в ближайший поселок. Жители собрались на площади – кто рыдал, кто радовался, кто кричал… Я слышал, как сумасшедшая старуха проклинала всех вокруг, а люди только смеялись, тыча в нее пальцами. И все были без браслетов. Я понял, что произошло нечто удивительное и необыкновенное. И что проклятий больше нет.

Аскар на минутку замолчал, борясь с волнением, потом ласково взял меня за подбородок и приподнял лицо, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Как ты это сделала, Бель? Как ты разрушила проклятье? Ты возродила наш мир к жизни, но как тебе это удалось?

Я смотрела в его глаза и видела в них такую неприкрытую страсть, восхищение, любовь и нежность, что, казалось, сейчас сгорю в этом яростном огне. Смущенно вспыхнула, щеки обдало жаром.

– Я полюбила свое проклятие, – пробормотала я, пряча заалевшее лицо, – и поблагодарила за него Создателя.

– То есть… проклятием был я? – голос Аскара слегка дрожал.

– Да, – согласно наклонила я голову. – Самое страшное чудовище на свете.

Аскар потянулся к моим губам, потом отпрянул и сконфуженно рассмеялся, пряча руки за спиной.

– Прости, не могу удержаться… До сих пор не верится, что ты в моих объятиях… Я для тебя чужой человек? Тебе нужно будет привыкнуть ко мне?

Я видела, как тяжело и вымученно он говорит, словно ждет от меня отказа от своих слов.

– Я буду ждать столько, сколько нужно, Бель, – наконец выдохнул он.

– Не нужно ждать, – лукаво улыбнулась я. – Я закрою глаза – и представлю свое страшилище.