ЭСТАФЕТУ ПРИНИМАЕТ ОПРЕДЕЛЕННЫЙ АРТИКЛЬ
Сейчас надлежит осветить шесть частных случаев употребления артикля the, иллюстрирующих его гибкость и оперативность.
1. Рассказ о первом случае будет по необходимости обстоятельным и просьба к читателям не забыть, к чему относятся последующие рубрики 2, 3, 4 и т. д. 106
Уже говорилось о том, как прислушиваются и чутко реагируют артикли на жизненные передряги лиц, действующих в тексте, и даже на оттенки их мыслей.
Предположим, что мы очутились в компании пиквикистов в погожий зимний день на катке.
Mr. Winkle said he could skate but only holding Mr. Waller's arm with a grasp of a drowning man could he keep an upright posture.
— М-р Уинкль сказал, что умеет кататься на коньках, но, только вцепившись в плечо мистера Уэллера судорожной хваткой утопающего, он смог удержаться в вертикальном положении.
Вот тут-то и выявляется роль определенного артикля. Что было дальше, когда мистер Уэллер отошел?
Mr. Winkle fell on the ice. — М-р Уинкль упал на лед.
Если бы он с тем же мастерством катался по комнате на роликовых коньках, он бы упал на пол: Не would fall on the floor.
А если бы все это происходило на берегу реки, мы должны были бы сказать: Не would fall into the river.
Пусть лед, пол и река в контексте еще не упоминались, но на катке или стоя у реки упасть можно только там же, где стоишь, каждому понятно, и эта единственно возможная ситуация фиксируется определенным артиклем.
Спору нет — русскому человеку ужасно надоедает все время оглядываться на артикли, но делать нечего. Кроме того, я по опыту заметила, что самые любознательные учащиеся увлекаются, экзаменуя друг друга, как бы пришлось расставить артикли, скажем, в стихотворении «Средь шумного бала» или «Что ты жадно глядишь на дорогу», «Не слышны в саду даже шорохи». Это у них вроде КВН.
Правда, сейчас экзаменовать друг друга еще рано — надо сначала хорошенько ознакомиться с теорией вопроса, а потом уже проверять ее на практике.
Представим себе, что вам, компании из четырех человек, захотелось поехать в Новгород. К вашим услугам поезд, автобус и такси.
Если билет на поезд уже взят, то о поезде, даже если он прямо не упоминался, надо говорить с определенным артиклем, потому что вы, как и все пассажиры, имея билет на один поезд, не сядете в другой.
Если вы взяли билет на автобус и стоите на конечной станции, то определенный артикль перед словом «автобус» вы можете употребить, только если у вас помечен номер автобуса и номер места, хотя бывает и так, что билет годен на любой автобус. Вместе с тем, даже еще не имея билета, но решив, что поедете на автобусе, который отходит ровно в пять часов, вы говорите: I decided to take the five o'clock bus for Novgorod.
О такси вы начинаете говорить с определенным артиклем только с момента, когда вам позвонил диспетчер и сообщил номер машины. С этой минуты в течение всего путешествия вы обязаны говорить the taxi, иначе каждый решит, что вы имеете в виду другое такси.
It will cost us a nice bit of money to take the taxi but we'll enjoy the ride.
— Поездка в такси обойдется нам недешево, но мы получим большое удовольствие (говорим мы, усаживаясь в машину).
На одном из наших занятий кто-то назвал этот случай применения определенного артикля «зрительно-вообразительной ситуацией». Прозвища как-то помогают усвоению, даже если они и не совсем удачны. Это название многие учащиеся взяли на вооружение, когда по аналогии с диккенсовским горе-спортсменом перешли к радиорепортажу о футбольном матче.
Как работает комментатор? Он темпераментно, во сто глаз и сто ушей, воспринимает все, что происходит на поле, и, передавая свои впечатления, апеллирует к воображению радиослушателей. Он знает, что далеко не все болельщики спорта имеют телевизор, миллионы радиособеседников приглашаются стать как бы очевидцами. Тут люди, предметы и явления сразу принимают определенные очертания в силу логики натренированного воображения. Для живости рассказ ведется в настоящем времени:
Here's the kick-off. The forward line is dangerous and gives the Scots trouble. Everybody is watching Yashin… alias the Black Panther… alias the world's greatest goalkeeper Ronnio. Simp-son, 36-years old, another great man defends the end.
Bobby gets the ball and carries it close to the goal. The crowd pushes and roars. Jimmy, the inside forward, scores a goal. Excitement hightens, but misconduct by Clement results in a penalty.
The crowd is disappointed.
Игра начинается. Нападение угрожает воротам шотландцев, и они волнуются. В центре внимания — Яшин, он же «черная пантера», он же величайший вратарь мира. Другой ветеран футбола тридцатишестилетний Ронни Симпсон защищает ворота противника.
Бобби овладевает мячом и проводит его к самым воротам. На трибунах давка, зрители возбуждены. Джимми, полусредний нападающий, забивает гол. Волнение все нарастает, но грубость Климента приводит к пенальти.
Зрители разочарованы.
В девяти строчках текста одиннадцать раз встречается определенный артикль. Игра, публика, ворота, мяч — сразу не «какие-то», а конкретные, видимые.
А вот совсем другая ситуация. После гула, свистков и криков, несущихся над стадионом, дождь утихомирил страсти, и все разбегаются по домам. Живущая неподалеку студентка-художница предлагает своему спутнику переждать непогоду у нее дома:
— See how friendly the yellow-shaded lamps are together with the old furniture, the oval paintings in oval frames, and the fresh bunch of flowers in the small Japanese vase. That's my little room. Make yourself comfortable.
— Взгляните, как сочетаются желтые абажуры, старинная мебель, овальные картины в овальных рамах и свежий букет цветов в японской вазочке. Вот моя комнатка, располагайтесь поудобнее.
И на бурлящий стадион и к тихому домашнему очагу приводит нас восприятие мира глазами рассказчика. Каждый из нас по-своему представляет себе то азарт футболистов, то полумрак, окутывающий уютную комнату художницы, но мы верим очевидцу и мыслим конкретными образами, что в значительной степени достигается определенными артиклями в тексте.
Если бы тут перед «старинной мебелью» и «букетом цветов» в японской вазочке поставить артикль "а", то они из живого окружения девушки превратились бы в случайную деталь обстановки.
Вот любитель кино рассказывает вам об очередном фильме с участием Жана Маре в главной роли:
Не fumbled for the handle, swung the door open, stepped into the corridor, ran on, jumped over the balcony and reached the ground necessarily safe.
— Он ощупью нашел ручку двери, распахнул дверь настежь, помчался по коридору, перемахнул через балкон и [как этого требует кино] благополучно приземлился.
И ручка двери, и сама дверь, и коридор, и балкон в описании предшествующих кадров не упоминались. Но все они составляют ту обстановку, в рамках которой развертывается действие.
Суммируем — определенный артикль сопровождает конкретно видимые действующие лица и предметы. Воображаемые собеседники «видят» происходящее через восприятие рассказчика-очевидца.
2. Определенный артикль может быть необходим перед именами собственными и в единственном и во множественном числе.
В единственном, если автор хочет сравнить один период жизни человека с другим, противопоставляя их:
The Napoleon after Waterloo was never more the Napoleon of Austerlitz.
— Наполеон после Ватерлоо никогда уже больше не был Наполеоном Аустерлица.
Это может относиться к странам, государствам, городам, если о них говорить эмоционально:
The Africa of old doesn't exist any more.
— Африки, какой она была когда-то, более не существует.
The magnificent Petrodvorets erected early in the 18th century and ornamented with hundreds of fountains and sculptures was completely destroyed by the nazi vandals. The restored Petrodvorets which rose from the ruins and ashes has been visited by millions of tourists.