- Мистер Ченг?

   - Оценить твой... твою гордость я могу этим лишь. - Он еще раз хлопнул по стопке книг. - Для остального ты мал... молод. Только по этому я смогу заценить, что значить твое "я горд". Других критерий нет пока! Ты понимать, да?

   - Да, мистер Ченг, я понимать... э-э-э, я понимаю!

   - Виктор...

   - Мистер Ченг?

   - Если управишься за четыре месяц, я снова разрешить называть себя "товарищ Ченг"!

   Очешуеть!

   +++

   - Йо, Балалайка! Шо ты, девушка, невесел, что головушку повесил?

   Нейтральных территорий в Роанапра нет в принципе. Их, кроме Антарктиды и Луны, наверно, нигде нет. К тому же, "нейтральность" - настолько относительное понятие, что...

   По отношению к "Отелю Москва" и Триадам... А еще точнее, по отношению к ГРУ и Второму управлению Генштаба НОАК... А если еще точнее, то по отношению к Балалайке и Ченгу. Так вот по отношению к этим двум субъектам верхний зал ресторана "Белый дельфин" являлся относительно нейтральной территорией.

   Балалайка сидела за столиком и меланхолично пускала дым к потолку, подперев голову рукой.

   - А, Ченг... - Лениво отреагировала она, стряхивая пепел с сигары прямо на пол.

   - "А, Ченг..." и все? Чего грустишь, красывый русскый дэвушка? Радоваться надо! У тебя там, я слышал, такое пополнение интересное и многообещающее, хе-хе...

   - Заболело пополнение - через час после доставки на базу свалилась с лихорадкой.

   - Ай-яй-яй. - Ненатурально посочувствовал Ченг. - Очень похоже на моего, правда?

   - Твоего? Собственник, как и все мужики... Еще неизвестно, чье ЭТО...

   - Побеседуем? - Хмыкнул Ченг, щелкая замками кейса, водруженного прямо на белоснежную скатерть.

   - Давай...

   Оба протянули руки вперед и - хором:

   - Камни! Ножницы! Бумага!

   - Тц... - Огорчилась женщина. - Как-то неправильно день заканчивается...

   Ченг тем временем возился с прибором в кейсе, старательно закрывая крышкой содержимое от собеседницы. Впрочем, та и не интересовалась - все так же дымила, смотря в сторону.

   - С моей стороны чисто. - Наконец вынес он вердикт, закрывая кейс.

   Теперь ту же операцию повторила Балалайка, вытащив из-под столика чуть больший по размеру чемоданчик, но - цвета хаки, а не хромированный, как у Ченга.

   Убедившись, что чужой прослушки, скорее всего, нет, оба, наконец, приступили к разговору.

   - Может, поменяемся? - Предложила Балалайка без особого напора. - Мальчика мне, девочку тебе...

   - Ни-ни-ни... мы ж договорились! Кроме того, мальчика должен воспитывать мужчина, а девочку - женщина! Тем более такая... такая... Вах!

   - Ну-ну... - Пожала плечами собеседница. - Что думаешь... вообще?

   - Это ты мне сказать должна. Это ж ваши... изделия.

   - Странное что-то вытанцовывается. Ты говоришь, что он не знает английского. Напрочь. Вот это и странно. Танька, кстати, тоже не знает - убогий школьный курс английского языка для галочки. Такое не подделать. Видимо детишки были натасканы исключительно для внутреннего использования. Причем, судя по внешности, конкретно в центральных и северных регионах.

   - А что они тогда делают тут? Такие блондинчики, как они, знаешь ли, будут выделяться, как... этот... ну, с парашютом... на площади Тяньаньмэнь. Штирлиц, да?

   - Знаешь основную проблему моей страны, Ченг?

   - Дураки?

   - Не-а...

   - Дороги?

   - Не-а... Воруют.

   - Тюююю! - Разочарованно протянул Ченг. - Так это у всех! Что-нибудь другое придумай, чтобы подчеркнуть уникальность великого русского народа!

   - Воруют, Ченг. - Повторила Балалайка. - Воруют! Все и всё воруют! И даже такие изделия могут украсть.

   - Не бьется! - Развел руками Ченг. - Я понял мысль, но - не бьется. Виктора, конечно, будут еще проверять, но уже сейчас ясно, что воспоминания у него заменены очень-очень качественно - мелкие подробности, детали. Это раз. Второе - почему легенда основывается именно на этой турпоездке в Мьянму? Получается, их нахождение тут - все-таки запланировано? Во всяком случае, тем мозголомом, который их программировал.

   - Согласна, - Подхватила Балалайка. - Легенда, записанная им в мозги, сделана на высочайшем уровне... На высочайшем техническом уровне - образы, "картинки", голоса. Но! Но при этом шита белыми... даже не нитками, а веревками! Канатами! В Бирме нет никаких террористов... тем более, таких идиотов. Сам знаешь, там тишь да гладь. Люди с их фамилиями не прибывали в аэропорт Янгона, ни в одной гостинице русские с такими фамилиями не останавливались. - Балалайка прицелилась в Ченга сигарой. - Ты можешь представить себе такое, Ченг? Виртуозная работа мозголома, за которым может стоять ТОЛЬКО государство, с одной стороны. И - полный оглушительный провал в агентурной части с другой! Четвертое. Детишки совершенно не приспособлены для работы в здешних условиях - ни языка, ни знаний, ни навыков, ни внешности... Им даже прививок не делали от местных болячек! Не знаю, как у вас, а у нас так дела не делаются. Даже сейчас.

   Помолчали. Ченг думал. Бездумно достал и закурил сигарету. Официант инстинктивно дернулся к столику, чтобы принести пепельницу, но был тут же остановлен одним из сопровождающих Балалайки... Сник. Видимо, этот его порыв был пресечен охраной самых влиятельных людей Роанапра уже не в первый раз.

   Ченг последовал примеру Балалайки и стряхнул пепел на пол. Балалайка тоже молчала... Официант в двадцати метрах тихонько стонал...

   - Теперь ты и мне испортила настроение. - Признался Ченг. - Вырисовывается следующая картина. Кто-то выпустил детишек столь изощренным способом в полностью автономное плаванье. Вышвырнул. Записал им противоречивые воспоминания, чтобы рано или поздно у них случился... этот... ну, как там...

   - Когнитивный диссонанс. - Подсказала Балалайка. - Разрыв шаблона...

   - Вот-вот. Дал им в сопровождающие совершенно некомпетентных наемников... Откуда, кстати, наемники?

   - Хорваты. - Поморщилась Балалайка.

   - А, ну туда им и дорога. Идиоты ж. Зверушек, подобных нашим детишкам, надо перевозить в намордниках и наручниках! И, желательно, в ящиках или клетках. Кстати, как удачно тот автобус сковырнулся... - Цинично заметил китаец.

   - Удачно. - Согласилась Балалайка. - Только он рухнул три месяца назад. Если б мальчик был более внимателен - тебе бы не поздоровилось.

   - Ну, - Довольно улыбнулся Ченг. - Это не я ему спагетти на уши вешал, а твой человек.

   - Ну, крышу-то мальчику сорвет именно в твоем хозяйстве... - Равнодушно возразила Балалайка.

   - Не сорвет. Я смотрел запись разговора, когда он понял, что якобы родители якобы мертвы, и домой он не вернется. Очень спокойный парнишка... если не пытаться его убить. Нервы - канаты. А как ты с девочкой выкрутилась?

   - А никак. Я ж сказала - заболела она. Сейчас с температурой валяется. К тому же, как ты правильно заметил, "нервы - канаты". Если не пытаться убить. Как придет в себя - скормлю ей ту же байку... А чуть попозже, когда противоречия будут бросаться в глаза... ну, что-нибудь про память предков, боевой транс в критической ситуации.

   Снова помолчали.

   - Думаешь, личная инициатива мозголома? - Поинтересовался Ченг.

   - Я не романтик. - Отмахнулась Балалайка. - В широту души профессионального вивисектора не верю. Хотя, кто его знает - непрофессионалы иногда такое в чужих областях отмачивают.

   Ченг вопросительно поднял бровь и поскреб пальцем по скатерти, Балалайка кивнула, и он призывно махнул рукой. Заказали у подскочившего официанта по легкому ужину. Балалайка добавила к заказу бокал сухого красного, а Ченг - кружку пива. Ужин прошел в молчании - только приборы звякали о посуду, да Ченг нарочито чавкал, делая вид, что не понимает этих европейских заскоков, предписывающих пережевывать пищу, не открывая рта.