Девушка с улыбкой огляделась по сторонам и получила несколько улыбок в ответ.
- Человек с усами - Томми Айхберг, наш водитель. И, наконец, справа от него - наш персональный врач, Док Харель.
- Не переживайте, если не запомните всех имен, - сказала доктор Харель, поднимая руку. - Мы проведем много дней в таком месте, где не слишком много культурных событий, так что хорошо друг друга узнаем. Не забудьте надеть бейджи, которые команда оставила в ваших каютах.
- Мне плевать, запомните ли вы имена остальных, если будете как следует выполнять свою работу, - прервал ее старый профессор. - Если вы посмотрите на интерактивную доску, то я расскажу вам одну историю.
Экран засветился, и на нем появилось компьютерное изображение старого города. Над долиной возвышался город с домами цвета охры и терракотовыми крышами, окруженный тройной стеной. Улицы были наполнены людьми, занятыми своими повседневными делами. Андреа поразилась детальности презентации, достойной лучших голливудских продюсеров, но увы, сопровождавший документальный фильм голос рассказчика принадлежал всё тому же профессору, который из-за своего нарциссизма не понимал, каким жутким тембром обладает. Так и голова может разболеться, подумала девушка.
Итак, добро пожаловать в Иерусалим, в апрель 70 года от Рождества Христова. Вот уже долгих четыре года, как город захватили восставшие фанатики, которых никак не удается оттуда выбить. Римляне, официальные хозяева Израиля, не желают больше терпеть такое положение дел, и Рим поручает Титу подавить восстание и должным образом покарать бунтовщиков.
Представьте себе мирную картину: женщин с кувшинами у колодцев, детей, играющих неподалеку. И вдруг на горизонте появляются штандарты, увенчанные орлиными головами. Люди слышат звуки труб, дети в ужасе бросаются под защиту городских стен.
И вот спустя несколько часов город берут в осаду четыре римских легиона. Эта уже четвертая его осада; три предыдущие жителям города удалось отразить. Однако Тит применяет весьма хитрый стратегический прием. Он позволяет всем паломникам, прибывшим в Иерусалим на праздник Пасхи, беспрепятственно войти в город, однако не выпускает их обратно. Таким образом, в осажденном городе оказалось вдвое больше народу. Запасы пищи и воды стремительно сокращаются. Римские легионы атакуют северную часть города, разрушив третью городскую стену. Наступил май, город еще держится, но его падение - всего лишь вопрос времени.
Изображение тарана, разрушающего стену, а первосвященники тем временем наблюдают с самой высокой горы над городом, со слезами на глазах.
Город падет в сентябре, и Тита настигнет кара, предсказанная Веспасианом. Большинство горожан погибнут под ударами мечей или разбегутся, их имущество будет разграблено. А храм будет разрушен.
Группа легионеров окружает трупы и вытаскивает из охваченного огнем храма огромный семисвечный канделябр, а их генерал улыбается, сидя высоко в седле.
Второй храм Соломона был разрушен до самого основания, и так и не восстановлен до сих пор. Многие храмовые сокровища были разграблены. Многие, но не все. После того, как в мае пала третья стена, первосвященник по имени Ирмсиаху решил спасти хотя бы часть храмовых сокровищ. Он отобрал двадцать храбрецов и вручил им мешки с драгоценностями. Первых двенадцать храбрецов он снабдил подробными указаниями, куда нести мешки и что с ними делать. В этих мешках помещались традиционные, если можно так выразиться, ценности, главным образом, золото и серебро.
Старый первосвященник с белой бородой и в черном одеянии о чем-то беседует с двумя молодыми людьми, в то время как остальные дожидаются своей очереди в каменной нише, тускло освещенной факелами.
Зато последним восьми храбрецам Ирмсиаху дал совершенно особое задание. И их миссия была намного опаснее, чем у других.
Первосвященник с факелом в руке ведет за собой пятерых мужчин, несущих тяжелый груз на носилках, через запутанный лабиринт туннелей и переходов.
При помощи хитрой сети подземных ходов, расположенных под Иерусалимом, Ирмсиаху вывел их далеко за пределы осажденного города. Эту зону частично держал под контролем Х легион Фретенсис, каждый час там ходили патрули, но доверенным людям первосвященника удалось доставить свой тяжкий груз в Исрихо, нынешний Иерихон, к рассвету следующего дня. И здесь след сокровищ исчезает навсегда.
Профессор нажал на кнопку, и экран погас. Затем Форрестер повернулся к своей аудитории, многозначительно выжидая.
- Стойкость этих людей прямо-таки беспредельна. Они прошли двадцать два километра, и при этом несли на себе огромную тяжесть целых девять часов. И это было только начало пути.
- Что они несли, профессор? - спросила Андреа.
- Полагаю, это было нечто весьма ценное, - ответила Харель.
- Всё в свое время, дорогие мои. Ирмсаху вернулся в город, где в течение следующих двух дней создал некий документ, для чего использовал еще более мудреный шифр. Это была подробная карта с пояснениями, как найти место, где спрятаны сокровища храма, которые он должен был спасти... Но он не мог сделать это в одиночку. Эта карта была скорее словесными указаниями, выбитыми на тонком листе меди длиной в три метра.
- Почему именно на медном листе? - спросил кто-то сзади.
- Потому что, в отличие от папируса или пергамента, медь - гораздо более прочный материал. Правда, и работать с ней намного труднее. Он набрал пять человек, которые выбили весь текст, сменяя один другого. Когда работа была окончена, Ирмсиаху разделил текст на две части и одну из них для пущей безопасности отослал в общину Иссеитаса, которая располагалась неподалеку от Иерихона. Другую часть он передал своему сыну, который тоже был первосвященником, коэном [4], как и он сам. Эту историю мы знаем, можно сказать, из первых рук, поскольку Ирмсиаху описывал ее в своих дневниках. Но потом, во время войны 1882 года, следы медного свитка были утеряны.
Старик сделал паузу, чтобы перевести дух и глотнуть воды. На мгновение он перестал казаться помпезным и сморщенным манекеном и стал больше походить на человека.
- Господа, теперь вы знаете об этой истории больше, чем любой эрудит в мире. Никому не известно, как был написан этот манускрипт. Однако он приобрел большую известность, когда в 1952 году в палестинской пещере была найдена одна его часть. Манускрипт находился среди примерно восьмидесяти пяти тысяч текстовых фрагментов, которые до этого времени были найдены в Кумране.
- Так это и есть знамениты Медный свиток Кумрана? - осведомилась доктор Харель.
Археолог снова включил экран, где появился снимок фрагмента знаменитого свитка. Скрученная пластинка из темно-зеленого металла с почти нечитаемыми буквами на поверхности.
- Именно так его и называют. Он тут же привлек внимание исследователей, как благодаря своему необычному содержанию (которое никто до сих пор не смог перевести), так и из-за материала, из которого был сделан - меди. Ясно, что поначалу это был список сокровищ, состоящих из шестидесяти четырех предметов. Начало текста дало представление о том, что искать и где, например:
"В пещере в сорока шагах на восток от Башни Ачор копайте на метр в глубину. Там шесть слитков золота".
Но указания были смутными, а описанные количества золота казались нереальными (около двухсот тонн золота и серебра), так что "серьезные" исследователи назвали это мифом, легендой, фальсификацией, шуткой.
- Столько беспокойства из-за какой-то шутки, - произнес Томми Айхберг.
- Именно! Блестяще, Айхберг, просто блестяще, особенно для шофера, - заявил Форрестер, который, похоже, не мог произнести ни единого предложения, не добавив к нему оскорблений. - В 70 году не было хозяйственных магазинов. Огромная пластина из 99-процентной меди уже сама по себе стоила недешево. И никто не стал бы писать на таком дорогом носителе вымышленную историю. И в этом заключался луч надежды. Предмет номер шестьдесят четыре, согласно описанию в свитке, представлял собой "текст вроде этого, с указаниями и ключом для обнаружения описанных предметов".
4
Коэны или кохены - еврейское сословие священнослужителей в иудаизме, состоящее из потомков рода Аарона. Коэны исполняли священнослужение сначала в Скинии, а впоследствии в Иерусалимском храме. Статус коэна передаётся по наследству по отцовской линии, при условии соблюдения ряда определённых ограничений.