Ї Чем вам поможет сагиня? Ї Тормант досадливо покачал головой.
Ї Я вернусь к началу. К началу своего пути. Дороги души человеческой всегда были мне интересны. Я прочел сотни книг, целые четверти сезона проводя в подвалах Двора. По моей указке десятки людей скупали и изымали из библиотек Метрополии все тома о Пятихрамье. Я изучил ээксидер. И я нашел этот путь... На берегах востока и Н"Котега, и не только там, многие знают о девушке, которая может говорить с мертвыми и с одного взгляда способна узнать всю подноготную человека. Даже ее наставники признают, что равных ей нет. Покойный господин Толий говорил, что о ней знают все духи междумирья...В книге сказано, что такие рождаются редко. И только саги могут провести душу через перерождение и воплотить ее в новом теле так, чтобы она помнила прошлую жизнь. Гадалка говорила... Ї королевский секретарь осекся, посмотрел на Торманта.
Ї Вы умрете и родитесь вновь?!
Ї Да. Я смогу родится в молодом теле, я вырасту, возмужаю и вернусь к своему королю. Он будет еще достаточно молод. Он вспомнит меня, полюбит...В жизни каждого есть только одна Великая Любовь. Я Ї любовь Лоджира, что бы он ни говорил.
Ї Вы безумец, Ї с откровенностью сказал жрец, глядя в глаза Агталия.
Ї Я знаю.
Ї Это же саги! Настоящие, а не шуты, подобные Бедзеке. Нам пришлось осквернять храмы, чтобы изгнать их племя подальше. Многие в Синклите до сих пор трепещут при одной мысли о том, что они отбросят свое человеколюбие и соберут силы для настоящей войны с Храмом. Пусть некоторые смерть победившие твердят о том, что древняя вера стара и косна, мы-то с вами знаем, на что способны саги и толкователи.
Ї Вы найдете ее. В противном случае вас повесят за присвоение чужого имени и рода.
Ї Почему бы вам снова не отправится к этой вашей девушке и не попросить ее саму?
Ї Она откажет мне и в этот раз... Нет. Мне нужно получить ее в свою власть, и надолго. По моим сведениям, сейчас она в столице, здесь, одна, без защиты своего Храма. Вы найдете ее, а дальше - моя забота. Я обещаю вам, что перед...перерождением...позабочусь о том, чтобы вы получили должность Высшего. У меня достаточно денег и связей. Я смогу долгое время сдерживать Сюблима - всего два слова, и он не захочет вредить вам и сообщать кому-либо, включая короля, то, что вы ему понарассказывали в порыве дружественной откровенности.
Ї Если сагиня достаточно сильна, я не смогу заставить духов найти ее. Пленсы держаться от таких, как она, подальше. Я даже не представляю, как убедить их искать сага! Кто отважиться подобраться к той, что может оправить мертвых в ад или в лучшем случае на Ту Сторону!? И не хочу рисковать своим никчемышем! Он и так не силен здоровьем!
Ї Вы знаете, что вашего подопечного, адмана Филиба, выловили на днях из Неды? Раки объели ему лицо, но его узнала какая-то шлюха из Озорного, Ї Агталий поцокал языком. Ї Досадно, да? Вы ведь посылали его по какому-то важному поручению? А он взял и не вернулся! Унес все сведения с собой в могилу. Я плохо знал адмана Филиба. Мог ли он дать себе волю, хлебнуть лишку в ночь Тан-Дана и от того...кхе-кхе...нахлебаться водички? Судя по вашему лицу, не мог. В городе усилены патрули. Вашего подопечного видели в городе накануне праздника. Он разговаривал с братьями из патруля на улице Осенних Снопов, а те заметили его неприкрытый интерес к их службе. А вышли они на улицы Патчала, чтобы не позволить врагам короля взбунтоваться, пока добропорядочные горожане веселятся. Сначала заговор жрецов, теперь вот ходят слухи о том, что в Озорном голытьба готовит переворот. Люди болтают, что у королевы была внучка - законная наследница престола Хранителей Хартии, и, поверьте, многих эта идея воодушевляет! И я говорю не только о разном сброде, но и об аристократии. Иначе эту мошенницу давно бы поймали. Вот только кто покрывает ее? Как бы вас, господин Тормант, не сделали козлом отпущения. Скажите, с каким поручением вы посылали вашего подопечного в Озорной Патчал, и кто мог настигнуть его там. Молчите? Не хотите рассказывать? Правильно, не усугубляйте свое положение. В трудное время мы с вами живем, друг мой, в трудное. Все, что угодно, может случиться.
Тормант почувствовал, что уничтожен. Словно во время игры в "Леса и болота" кто-то нахально из-за спины протянул руку и забрал из его коробки все монетки-"лесенки", и он остался посреди расчерченной доски - одинокая фишка, не знающая, куда ступить так, чтобы не потерять все.
Ї Я сделаю все, что смогу.
Ї Вы сможете, я уверен. Вам придется. Адман Рюпер сумел извлечь много сведений из господина Сюблима. Господин королевский лекарь не подозревал о моем присутствии на пытках, а адман Рюпер сделал вид, что ничего не понял из болтовни очередного "клиента". Многие хотят обладать тем же могуществом, что и Толий Лец, - снабжать богатеньких поклонников новыми телами и грести лопатой золото. Уверен, что когда Сюблим убьет вас, то отнимет у вас Борая, чтобы тот служил медиумом другому, послушному королевскому лекарю, жрецу. Если бы не покушение на короля, ваш загул и мое вмешательство, вы были бы мертвы.
Ї Где Борай? Ї встрепенулся Тормант.
Ї Не волнуйтесь, он здесь, в этом доме. Сыт и доволен. Оставайтесь и вы здесь, вам опасно сейчас возвращаться в дом. Пошлите за камердинером и вещами. Начинайте свою работу.
Ї Конечно, господин Агталий. У меня нет иного выбора.
Ї Рад, что вы это понимаете. Заканчивайте свой завтрак. Я отдам необходимые распоряжения.
Королевский фаворит встал и вышел из комнаты. Он прошел по коридору, на миг остановился у вазы с розами и вздохнул нежный аромат. Агталий не сомневался в успехе своего предприятия. Он умолчал о том, о чем еще некогда поведала ему с Лоджиром балаганная гадалка. Она показала им карту Иксид - изображение сажеской дочери, и добавила, что лишь один раз в тысячу лет возродить на Этой Стороне любовь, минуя уготованную богами гибель одного из возлюбленных, может только дева, в жилах которой течет кровь смерть приносящего и жизнь дающего, сагиня, рожденная от союза двух противоположностей. Агталий не понял тогда, что слова гадалки обращены именно к нему. Но прошли годы, и предсказание стало сбываться. На его глазах Судьба сплела в целое нити разных событий. Первым узелком стало то, что ведя протокол на совете дознавателей, королевский секретарь из длинного списка беглых преступников запомнил имя отравителя Вала. Мортальные гарды смогли отследить лекаря от Четырех Сел (где на него донесла госпожа Мелея, супруга местного управителя, и где супруги Вала отдали в Пятихрамье свою внучку) и до самой столицы. Дознаватели и об этом упомянули, о том, что внучка преступников прославилась как талантливая сагиня. Ее наставник свидетельствовал в расследовании, но многим следствию помочь не смог. Девушка, по сведениям дознавателей, никогда больше не встречалась с родным дедом, но слежка за ней была установлена до тех пор, пока следы беглых супругов Вала не обнаружились в Патчале и пригородах.
Год назад, уже познав отчаяние брошенного возлюбленного, секретарь, переодетый женщиной, в поисках девы из гадания побывал в Пятихрамье Четырех Сел. Мейри Вала один раз насмешливо посмотрела на "девицу" и попросила двух парней-толкователей "вывести это прочь". Ажезец смог лишь вскользь коснуться ее руки. Ничего он тогда не почувствовал: громы не загремели среди ясного неба, и голоса свыше ни о чем не поведали. Сагиня брезгливо отдернула руку. Агталий продолжил поиски дочери бесовика и сага в других Пятихрамьях.
Агталий не поверил своим ушам, когда Сюблим, заливая потом пыточную, откровенничал о подвигах своего "друга". Королевский любимчик пытался очернить конкурента, а получается, сам попал в ощип. Дарина Вала, так звали жену жреца четырех строк, человека, выдавшего себя за господина из знатного рода Эшир. Мейри Вала была дочерью смерть победившего и сагини.
Старика Вала найти оказалось непросто - тот прятался от гардов в Грязном Патчале и лишь иногда выходил на ярмарки со своими притирками и каплями. Жена его умерла от городской лихорадки несколько лет назад. День Тан-Дана стал для пожилого лекаря роковым. Агталию оставалось лишь заманить к себе Торманта. Жрец четырех строк был всегда ему симпатичен. Но ажезец рассказал такшеарцу ровно столько, сколько требовалось. Агталий верил в зов крови. Больше, чем в зов мертвых.