(Шен Де, смущенно.) Мы слыхали — тебе нечем заплатить за комнату. Мы люди не бедные и в состоянии отблагодарить за ночлег. Вот! (Дает ей деньги.) Только никому не говори, что мы тебе дали денег. А то, пожалуй, еще не так истолкуют.
Второй бог. Еще бы!
Третий бог. Нет, это дозволено. Мы ничего не нарушили, если рассчитались за ночлег. В постановлении об этом ничего не сказано. Итак, до свидания!
Боги быстро уходят.
I
Маленькая табачная лавка. Лавка не совсем еще обставлена и не открыта.
Шен Де (публике). Вот уже три дня, как ушли боги. Они сказали, что платят мне за ночлег. Но когда я посмотрела, что они мне дали, то увидела больше тысячи серебряных долларов. Я купила на эти деньги табачную лавочку. Вчера я переехала сюда и надеюсь, что сумею сделать много добра. Например, госпожа Шин, прежняя владелица лавки. Уже вчера она приходила просить у меня рису для своих детей. Вот и сегодня, я вижу, она идет через площадь со своим горшком.
Входит Шин. Женщины раскланиваются друг с другом.
Шен Де. Добрый день, госпожа Шин.
Шин. Добрый день, мадемуазель Шен Де. Как вы чувствуете себя в вашем новом доме?
Шен Де. Хорошо. Как ваши дети провели ночь?
Шин. В чужом-то доме! Если только можно назвать домом этот барак. Младший уже кашляет.
Шен Де. Плохо.
Шин. Вы не можете понять, что такое плохо, потому что вам хорошо живется. Но и вам придется кое-что испытать здесь, в этой лавчонке. Не забывайте — это квартал нищеты.
Шен Де. Да, но ведь в обеденный перерыв, как вы мне говорили, заходят рабочие цементного завода?
Шин. Кроме них, никто ничего не покупает, даже соседи.
Шен Де. Когда вы уступали мне лавку, вы не сказали об этом ни слова.
Шин. Не хватает только ваших упреков! Мало вам того, что вы лишили моих детей крова! А потом растравляете разговорами о лавчонке и нищенском квартале. Сколько можно!.. (Плачет.)
Шен Де (быстро). Я сейчас принесу вам рис.
Шин. Я хотела бы еще попросить взаймы немного денег.
Шен Де (между тем как она сыплет рис в горшок). Этого я не могу, я же ничего еще не выручила.
Шин. Мне нужны деньги. Чем жить? Вы отняли у меня все и еще хотите доконать. Я подброшу вам своих детей на порог, кровопийца! (Вырывает у Шен Де из рук горшок.)
Шен Де. Не сердитесь, рассыплете рис!
Входят пожилая пара и бедно одетый человек.
Женщина. Милая моя Шен Де, мы слышали, что тебе повезло. Ты стала деловой женщиной! Представь себе, мы без крыши над головой. Нашу табачную лавку пришлось закрыть. Мы и подумали, нельзя ли провести у тебя хотя бы одну ночь. Ты ведь помнишь моего племянника? Вот он, мы никогда не расстаемся.
Племянник (оглядывая помещение). Славная лавчонка!
Шин. Что это за люди?
Шен Де. Когда я приехала из деревни в город, это были мои первые квартирные хозяева. (Публике.) Когда гроши, которые были со мной, кончились, они выгнали меня на улицу. Они, вероятно, боятся, что я откажу им. Бедняги.
(Приветливо, пришедшим.) Пожалуйста, пожалуйста! Я охотно приму вас. Правда, у меня всего-навсего крохотная комнатка позади лавки.
Мужчина. С нас хватит. Не беспокойся. (Между тем как Шен Де приносит чай.) Мы устроимся вот здесь, чтобы не мешать. Ты, должно быть, выбрала табачную торговлю в память о первом пристанище у нас? Мы смогли бы помочь тебе кое-какими советами. Потому-то и явились сюда.
Шин (насмешливо). Надо надеяться, что появятся еще и покупатели?
Женщина. Это она про нас?
Мужчина. Тсс! Вот и покупатель!
Входит оборванный человек.
Оборванный человек. Простите. Я безработный.
Шин смеется.
Шен Де. Чем могу служить?
Безработный. Я слышал, вы завтра открываете лавку, и подумал, что, когда распаковывают товар, бывает, что-нибудь портится. Не найдется ли у вас лишней сигареты?
Женщина. Это уже слишком — выпрашивать табак! Если бы еще хлеб!
Безработный. Хлеб дорог. Две-три затяжки — и я другой человек. Я так устал.
Шен Де (дает ему сигареты). Это очень важно — стать другим человеком. Будьте же моим первым покупателем. Вы принесете мне счастье.
Безработный быстро закуривает и, кашляя, уходит.
Женщина. Правильно ли ты поступила, милая Шен Де?
Шин. Если вы будете так торговать, то в три дня проторгуетесь.
Мужчина. Бьюсь об заклад — у него в кармане были деньги.
Шен Де. Но он сказал, что у него ничего нет.
Племянник. Откуда вы знаете, что он не солгал?
Шен Де (с возмущением). Откуда я знаю, что он солгал?
Женщина (покачивая головой). Она не умеет сказать «нет»! Ты слишком добра, Шен Де. Если хочешь сохранить лавку, научись отказывать, когда к тебе обращаются.
Мужчина. Скажи, что она не твоя. Скажи, что она принадлежит твоему родственнику, который требует у тебя отчета. Разве это трудно сказать?
Шин. Совсем нетрудно, если бы не страсть разыгрывать из себя благодетельницу.
Шен Де (смеется). Ругайтесь, ругайтесь! Вот я возьму да откажу вам в жилье и рис тоже заберу обратно!
Женщина (испуганно). Как, и рис тоже твой?
Шен Де (публике).
Входит человек маленького роста.
Шин (видит его и спешит уйти). Завтра загляну опять. (Уходит.)
Маленький человек (кричит ей вслед). Постойте, госпожа Шин! Вы-то мне и нужны!
Женщина. Почему она сюда приходит? У нее есть права на тебя, что ли?
Шен Де. Прав нет, но есть голод, это больше.
Маленький человек. Она знает, почему спешит унести ноги. Вы новая владелица лавки? Уже разложили товар по полкам! Предупреждаю, как вас там, они не ваши! Пока не уплатите за них! Дрянь, которая здесь сидела, не рассчиталась со мной. (Остальным.) Я ведь столяр.
Шен Де. Разве полки не принадлежат к обстановке, за которую я заплатила?
Столяр. Обман! Кругом обман! Вы, конечно, заодно с этой Шин! Я требую свои сто серебряных долларов, не будь я Лин То.
Шен Де. Как же я уплачу, если у меня нет больше денег?
Столяр. Тогда я продам их с аукциона! Сию же минуту! Либо вы платите, либо я их продаю!
Мужчина (подсказывает Шен Де). Родственник!
Шен Де. Нельзя ли подождать до следующего месяца?
Столяр (кричит). Нет!
Шен Де. Не будьте жестоки, господин Лин То. Я не в состоянии со всеми сразу рассчитаться. (Публике.)