— Он что-то натворил?
— Чуть не натворил.
— Что именно?
Литмир глянул на Наргха с едва скрываемой враждебностью. Говорить о проступках Толгрида ему явно не хотелось.
— Он чуть не убил Прорицателя. Говорил, дескать, из-за него погиб его отряд, и что он ведет нас по неверному пути. В общем, я не знаю, что и думать, — командующий устало вздохнул.
— Сказать по правде, Прорицатель действительно вам лжет.
— И ты туда же, — скривилось лицо Литмира. — Молчи, не желаю ничего слышать.
Со двора доносились разнородные звуки житейских будней: цокот лошадиных копыт, грохот телег, звон мечей, крики и ругань мужчин. Сам же командующий молчал, задумчиво прищурившись. Наргх тоже не решался нарушать тишины. Мысли о Толгриде не давали ему покоя. За время путешествия от Андлифа до Завесы Ночи он проникся к нему немалым уважением. Был в этом человеке стержень, какой не встретишь у других.
— Ты виделся с Одержимым? — тихо спросил Литмир, вырвав Наргха из раздумий.
Демон кивнул, не сразу переключившись на новый разговор.
— Каков он?
— Очень могущественный. Находясь рядом с ним, теряешь над собой контроль. Он будто начинает управлять тобой.
— Что еще в нем необычного?
— Его глаза горят красным пламенем. И лицо разукрашено странными шрамами.
— Прямо-таки горят? — удивленно дернулись брови командующего.
Наргх кивнул.
— Это все проклятая магия, — проскрежетал Литмир. — Она никогда не доводила до добра.
— И еще мне кажется, что он не совсем… человек. От него веет чем-то… — демон не мог подобрать слов.
— Зловещим?
— Возможно.
— Ты пытался его убить? — Литмир поглядел в глаза Наргху, и демон почувствовал, что вопрос он задал неспроста. Командующий его проверял.
— Да. Но ничего не вышло. Он обрушил на меня магию своего кольца.
— Почему же он тебя не убил?
Демон молчал, тоже вперившись взглядом в Литмира. Он понял, что командующий по-прежнему ему не доверят.
— Он хотел убить меня, но в последний миг понял, что во мне есть что-то, что ему было необходимо, — Наргх не хотел говорить всю правду, но придумать ничего толкового и правдоподобного не успел. К тому же пронзительный взгляд Литмира неотступно требовал истины. Поэтому демон сознался. — Для сотворения нового поколения полукровок он использовал часть моей души.
— Вот как. Значит созданию новых, смею полагать, более сильных и живучих чудовищ он обязан тебе?
— Выходит, что так.
— Однако как все запутано. Прямо театральная трагедия получается, — усмехнулся Литмир. — Не дрогнет ли у тебя рука подняться на полукровок, зная, что они отчасти твои дети?
Наргх никогда не задумывался об этом. Ему, порождению преисподней, чужды подобные привязанности. Но ответить на вопрос ему не дали — в кабинет вошел Толгрид.
Одежда командира была грязная и пыльная, к спине пристало несколько соломинок. В сальных волосах застрял какой-то мусор. Лицо же его блестело от пота, и было унылым, как небо в осеннюю пору. Под глазами светились овалы синяков. Да и сам он весь похудел, осунулся.
— А-а, Толгрид. Смею тебя обрадовать — ты освобожден досрочно, — произнес Литмир без малейших признаков радости в голосе. — А ты, Гинз, можешь идти. И закрой за собой дверь.
Караульный кивнул и попятился. Дверь тут же захлопнулась за ним.
— Какое милосердие, — хмыкнул Толгрид. — Но не стоило. В камере хотя бы не так душно, как здесь, — он повернулся к Наргху. — Демон, и ты тут? — в глазах блеснуло удивление. — Полагаю, досрочным освобождением я обязан тебе.
— Нет, не ему, — сказал Литмир, задумчиво глядя на командира. — Я освободил тебя, чтобы выслушать твое мнение по одному делу.
— Ах вот как, — протянул Толгрид с нескрываемым сарказмом. — Сначала ты бросаешь меня в темницу, как какого-то полукровку, а теперь желаешь выслушать мое мнение. Зачем, Литмир? Кто я такой?
— Прекрати, Тол, ты же знаешь, как я тебя ценю.
— Конечно, знаю. И холодные стены камеры подтвердили это.
— У меня не было другого выхода. Ты был неуправляем.
— Я лишь хотел избавить нас всех от лживого выродка, из-за которого мы потеряли лучших людей братства.
— Все, Тол, — повысил тон командующий. — Я не желаю больше ничего слышать. Не для этого я освободил тебя раньше срока. Вот прочти лучше это, — он пододвинул к краю стола доставленное Наргхом письмо.
— Что это?
— Предложение союза от полукровок.
— Ты шутишь? Какой еще, мать его, союз? — возмутился командир, чуть подавшись вперед.
— Наргх расскажет, — Литмир кивнул в сторону демона. — Давай, поведай ему обо всем.
И демон все рассказал. Толгрид выслушал его с интересом. А после прочитал письмо.
— Я вижу, демон, ты нашел третий вариант, — дочитав послание, Толгрид обратил взор на Наргха.
— Что-то вроде того.
— И что ты думаешь? — спросил Литмир, не сводя пристального взгляда с командира.
— Заговор против Одержимого — звучит как-то бредово. Неужели он до сих пор ничего не заподозрил?
— Подпольщики стараются скрывать свои намерения.
— Но ведь, как ты сам говорил, он способен контролировать всех и каждого. Неужели он не сообразил, что его водят за нос?
— Выходит, что нет.
— Сдается мне, что не такой уж он и могущественный.
— Слабости есть у всех.
— Да, но не все это признают, — Толгрид ухмыльнулся. — Ладно, не могу сказать, что эта затея мне по душе, но проблеск логики здесь есть. Заговорщики поняли, что их скоро спишут, так же, как и их собратьев, и решили принять превентивные меры. Но как бы то ни было, они — полукровки. А доверять полукровкам… хех, о чем мы вообще говорим? Ты сам все должен понимать. Помнишь, что вытворил Змей?
— Помню. Но тогда он не считал людей союзниками.
— А сейчас уже считает? — Толгрид снова усмехнулся.
— Нет. Но наравне с другими заговорщиками надеется на союз с вами.
— Да что Змей? — махнул рукой Литмир. — Достаточно того, что полудемоны убивали людей. Они — враги не только Лесных Волков, но и всего человечества. Люди ненавидят полукровок, и я не вижу повода винить их в этом. К тому же сейчас воинство Одержимого косит деревню за деревней, подбираясь к столице. И как, по-твоему, нам объяснить, что эти полукровки — враги, а те, другие, спрятавшиеся за Завесой Ночи, — друзья?
— Для людей нет разницы в полукровках, они их даже на поколения не разделяют, — добавил Толгрид. — А иные приравнивают к демонам.
— Мы — Лесные Волки, братство, созданное для истребления полудемонов. И мы же станем убеждать людей в том, что нужно примкнуть к нашим заклятым врагам? Трудно будет найти поддержки.
— В истории такое уже бывало. Братство Равновесия сражалось на стороне императора при Святом Бунте, — возразил демон.
— Да, и его потом Орден Инквизиции объявил вне закона и уничтожил. С этим все ясно. Но невольно напрашивается другой вопрос: может ли это предложение быть уловкой? — Литмир обратился к Толгриду.
— Об этом, я думаю, нужно спросить у нашего друга, — командир посмотрел на Наргха. Пристально посмотрел, буквально пронзая насквозь.
— Я думаю, что нет. Лакхаи действительно хотят жить в мире. И Артий не пошел бы на это просто так. Зачем им заманивать армию людей на свою территорию?
— Чтобы уничтожить. Сразу всех, — предположил Литмир.
— Каким же образом? — с сомнением спросил Наргх.
— Не знаю. Одержимый — колдун, и отпрыски его тоже те еще фокусники. Они способны придумать что угодно.
— Если так, то почему сам Агниус не поручил мне это?
— А откуда нам знать, что ты говоришь правду? Быть может, Жрец Бездны самолично послал тебя, придумав всю эту ахинею, чтобы мы тебе поверили? — в глазах Литмира снова появилось недоверие.
— Нет, он не врет, — покачал головой командир, продолжая буравить демона взглядом. — Правда, кое-что все-таки недоговаривает.
— Это так, Наргх? — Литмир еще больше нахмурился.
— Да. Я не сказал лишь про то, что заговорщики обещали сделать меня человеком взамен за помощь.